Стихи Евгения Анисимова — самые популярные.

Евгений Анисимов • 105 стихотворений
Читайте все стихи Евгения Анисимова онлайн.
Полное собрание стихотворений с комментариями и оценками.
ДАТА Все время
ЯНВ
ВЕФ
МАР
АПР
МАЙ
ИЮН
ИЮЛ
АВГ
СЕН
ОКТ
НОЯ
ДЕК
ПН
ВТ
СР
ЧТ
ПТ
СБ
ВС
ЖАНР Все
Поднялся до небес ужасающий брокколи взрыва,
И страница устроенной жизни сгорела дотла.
Опустившись на землю природа мучительно взвыла:
От пшеничного моря полей - лишь седая зола.
 
Тянут руки леса, но токсинами полнятся реки.
Тишина, как в гробу, только волны прибоя шумят.
Выстилается город листвою, умершей навеки,
И латунно-кровавой завесой пылает закат.
 
И таращатся слепо высоток пустые глазницы,
Здесь царит безысходность и смерть притаилась в ветрах.
Лишь в кошмарах кричат, навсегда замолчавшие, птицы,
А в душе, обжигая морозом, беснуется страх.
 
Непроглядного смога несётся мертвящий цунами...
Со снежинками пепла неся аммиачную взвесь.
Но природа с достоинством примет и худший сценарий,
Если люди, хоть их и немного, но всё ещё есть.
 
Захлебнулась истошными криками: Где же вы? Где вы?
Промолчал человек. Ведь он был изнутри убиен.
Мародёрствуют, пьют и рыдают Адамы и Евы,
Пожирают слабейших живыми, не хуже гиен.
Чёрною тучей над зоной кружит вороньё;
В мыслях же, взмыл в поднебесье фонтан голубей.
Я покидаю пристанище злое моё,
И, напоследок, рукою махну голытьбе.
 
Мне червоточину в сердце прогрызла тоска.
Стиснула обручем так, что аж рёбра трещат...
Годы разлук пронеслись, и ты снова близка,
Голосом сонным щебечешь о главных вещах:
 
Храме священном, который зовётся - Семья,
В коем нет места религиям, кроме - Любви.
В нём вся вселенная: зелень, свобода, земля
И океан: разбегайся, ныряй и плыви.
 
"Солнышко будет сиять вслед за нами летя" -
Робко продолжу, чем очень тебя удивлю.
Крепче прижмёшься, и вдруг засопишь, как дитя.
Надо ли громко кричать, что безумно люблю?
 
Шёпот признания громче любых серенад.
Спи, дорогая моя - прошепчу в полумглу.
Щупальца сумерек сжали в объятьях закат.
Птичьими лапками дождик стучит по стеклу.

Сестра

10.12.2018
Счастливая пора наступит, но
Пока что, сквозь рыданий пелену,
Он видит лишь размытое пятно,
Что тихо приближается к нему,
 
Участливо касается плеча,
Шепча на ухо странные слова:
"Не бей моих игрушек сгоряча.
Дурная ты, братишка, голова.
 
Мальчишки! Не разумнее котят...
Наступит день рождения и твой!
Когда кукушки с юга прилетят
И деревца покроются листвой.
 
Тогда и ты получишь целый клад:
Машинки и солдатики! И мяч!"
И кушать торт на кухню повлекла,
Целует нежно братика. "Не плачь!"
 
Но он вспылит: "Уродина, уйди!
Играй, пока есть новая игра!"
В его тщедушной, маленькой груди,
С сестрою точно пропасть пролегла.
 
А стоило чуть-чуть лишь поостыть,
И тотчас же конец пришёл войне.
Прилил к щекам густым румянцем стыд,
Подобно освежающей волне.
 
***
 
Он вырастет и вспомнит тот момент:
"О, как моя душа была черства!
Любимая сестра! Клянусь, что нет
Прелестнее на свете существа".
Как разбивается душа?
Да лишь смотря на то, как сын,
Живет преступностью. Греша
Еще не вырастив усы.
И это истинный посыл,
Что он не стоит ни гроша...
Что будет бедным и босым...
Так разбивается душа.
 
Как разбивается душа?
Как в стену брошеный стакан.
Мечта, в углу где-то шурша,
Ушла во тьму, как таракан.
И вроде жизнь была гладка...
Увы, фортуна не спасла -
В ночи убили паренька,
Что Бог родителям послал.
Был путь, как скатертью  устлан.
Да вот перо влетело в бок.
И шепчет мать, как сквозь туман:
"Я так люблю тебя, сынок"...
Но, видно, жизни вышел срок...
"Кому так сын мой помешал?"
Мы узнаём, что мир жесток...
И разбивается душа...
 
Как разбивается душа?
Да точно так же как сердца -
Летит надеждою дыша,
Но встретит 9 грамм свинца.
И слёзы старого отца
Навряд ли сына воскрешат.
Когда разлуке нет конца...
Так разбивается душа.
Зимний воздух утренний, белёсый.
Тишина окрест. И только редко
Заскрипят от холода берёзы,
Сухо, словно выстрел, хрустнет ветка.
 
Сколь ни крепни тишь зимы, глухая,
По земным незыблемым законам
Расцветёт сирень, благоухая,
Зазвенит весёлый птичий гомон.
 
Отсвистят-откружат злые вихри.
Долго в их снегах равнины мокли!
Сыгран зимний акт, и приутихли
Вьюг ночных пронзительные вопли.
 
Нет уже сугробов по колено
Ветерок не жалит, а ласкает...
Скоро речка вырвется из плена,
Берега песчаные оскалит.
 
***
Опустились и весны кулисы:
Первый дождик, словно шелест шёлка.
Волны жадно лижут гальку мыса
На краю забытого посёлка.
 
Марь такая - воздух искажает!
Васильки поникшие прилягут,
Спрячутся средь красочных лужаек
Островочки клевера и ягод.
 
Старый ясень шёпотом озвучит
По дождю тоску, и ждёт ответа.
Сквозь листву заглядывает лучик,
Разливаясь лужицами света.
 
В позолоте дня, усталый путник
На перину трав, кряхтя, уселся,
Позабыв про суетные будни:
Небосвода синь пронзает сердце,
Долетают эхом крики чаек,
Плеск волны доносится с залива,
Головой подсолнухи качают
С чем-то соглашаясь молчаливо.
 
С тем, что запылают вскоре листья,
Обращаясь в выцветший пергамент.
Осень, зашуршав походкой лисьей,
Ржавчиной проляжет под ногами.
 
***
 
Над землёю хмарь и тучи низко,
И лужайка солнцем не согрета.
Осенью погода, как записка,
С подписью:
Прощай.
Целую.
Лето.
К чему мне в город - он так сер
(талдычил маме понапрасну)?!
Да разве можно кущи, луг,
сменить на бег по гаражам?
"Так надо, сын!" - и вот я сел
в локомотив, покинув сказку,
Друзей бросая и подруг.
И стал одним из горожан.
 
Июльский день. Взойдёт рассвет
и покрывало с неба стащит,
Слепящий лучик со стены
переметнётся на кровать.
Волшебных грёз растает след,
прощай, таинственный рассказчик,
Всю ночь нашёптывавший сны,
пора мне к завтраку вставать.
 
Мутя к полудню горизонт,
горячий зной струится летний,
А шар палящий гладит мир
своею ласковой рукой.
Мой папка вечно пьян и зол,
глотает с другом «по последней»,
Маманька нянчится с детьми,
давно забывши про покой.
 
Закат домой зовёт, а сам,
в который раз напомнит всуе,
Что всё имеет свой финал
(они, как водится, горьки).
Но я, тогда ещё пацан,
о первом грезил поцелуе,
Смотря, как вечер прогорал
и превращался в угольки.
 
Подружки виделись во сне...
во снежно-белом вихре кружев,
С глазами точно небеса...
И вдруг я чувствовал тоску,
Вставал средь ночи и краснел,
и знал, - никто со мной не дружит...
... А над землёю нависал
до дыр застиранный лоскут.
Совместно с автором пожелавшим остаться инкогнито
 
 
 
Кончилась пора привычных писем
И настало время нашей встречи.
Ласковых снежинок лёгкий бисер
Мягко опускается на плечи.
 
Нежится в живительной прохладе,
В крохах белых улица седая.
И сверкая стразами на прядях
В тёмных волосах снежинки тают.
 
А глаза твои бездонно сини,
Будто с самых красочных полотен.
От восторга душит гипоксия,
Я в них утопаю, как в болоте.
 
Между нами жалкие полшага,
Мы с тобой впервые рядом дышим.
Снег вокруг, как белая бумага,
А давай мы что-нибудь напишем?
 
Вместе интересно, безусловно,
Странный этот миг неописуем:
Мы синхронно почерком неровным
Сердце и два имени рисуем.
 
От сырого снега мёрзнут пальцы.
Как бы ни смотрелось это глупо:
Два сиротства, вечные скитальцы,
Наконец-то встретили друг друга.