Стихи Al.runweard

АВГУСТАвгуст. 18:22 по Гринвичу. Давно не встречала таких теплых вечеров в это время года. Солнце уже давно провалилось за горизонт, но в воздухе все еще не хватало ночной прохлады.

Не хочется возвращаться домой.

Нет, не в том дело.

Скорее просто не хочется уходить отсюда.

Два года назад, в июле 2019, понимая, что увязла в творческом кризисе, я забросила все недописаное и недосказанное, и начала новую историю. Историю без главного героя и сюжета. Изначально даже без названия. Я дала себе год, чтобы закончить ее и выпустить в свет. Каждая глава соответсвтует календарному месяцу и состоит из мыслей и размышлений героини в тот или иной период жизни. И сегодня, спустя 2 года, я представляю вам первую главу Истории самоубийцы. Июль.ИюльЯ начинаю эту историю так и не закончив десятки предыдущих. Есть ли в том смысл? Вряд ли. В последнее время каждое напечатанное мною слово становится мне противным. Шедевры живут лишь в нашем подсознании. Все, что становится более-менее реальным, в миг теряет привкус совершенства. То же происходит и с мечтами. Вот она – прекрасная, манящая, вызывающая бурю эмоций и заставляющая тебя жить. Ради нее. Ради ее исполнения. Но стоит лишь приблизиться к ней, как весь этот свет, это странное чувство внутри, все проходит, исчезает во мраке реальности. Становится таким банальным. Ненужным.

 

Июль. 20:27 по Гринвичу. Но здесь уже глубокая ночь. Капли бездушно ударяются о стекло приоткрытого окна. Де жа вю. Этот звук возвращает меня на 10 лет назад. Можно ли считать то время началом? Началом всего, что в последующем со мной случится. На этот вопрос у меня тоже нет ответа. Ведь, если хорошо все обдумать, как следует покопаться в прошлом, можно решить, что все было предрешено гораздо раньше. Не важно. Будем считать, что самая главная костяшка домино упала именно тогда. Во времена, когда я впервые почувствовала приближение своей смерти. Осознала, как быстротечна и хрупка жизнь. Как я уязвима…

 

Разрываючы ветру вэлюм,

Мары-птушкі імчацца ўніз,

Быццам нехта ў душу пастрэліў.

Гэткі танец жыцця на біс.

Меня укутывали снов метели,

И, словно стаи псов, рычали ветры.

Но этот рык был песнею, что пели,

Гоня меня за сотни километров.

Я прощаюсь с тобой. На вечность.

Время быстро летит, я знаю.

Я прощаю твою беспечность.

Я прощаю и забываю.

Когда-нибудь все станет по местам,

Но мир наш будет полностью разрушен,

И быт предельно, откровенно скучен,

Когда все станет на свои места.

Не будзі мяне заўтра зранку.

Даспадобы мне гэты свет,

Дзе ў чаканні майго світанку

Зоры свой пакідаюць след.

Мне страшно. Я снова плачу.

Забившись в угол, себе шепчу

Молитвы. Будто бы на удачу.

Боясь в глаза смотреть

Я все еще жива, мой друг,

Пусть бледен лик, и пустота во взгляде.

Я все еще надеюсь: вдруг

Не будет горечи и в этом яде.

- Элли... Милая Элли... Что же я натворил?! - шепотом промолвил Странник.

В ее, прежде светлых, чистых, по-детски наивных глазах, с блеском надежды на счастливое завтра, сейчас царила пустота. Ее взгляд был похож на взгляд старухи, повидавшей все горести этого мира...

- Мне жаль, Элли...

Она лишь чуть-чуть приподняла голову, чтобы взглянуть в глаза собеседнику. Он говорил правду. Но как же противен был ее вкус: обжигающий все внутри, словно в груди внезапно образовался обрыв, с которого только что слетела вся Вселенная, весь мир, и она вместе с ним.

Знаешь, боль

порой бывает вечной...

Ни сбежать, ни скрыться в темноте...

И, порою, каждый-каждый встречный

Едва сомкнутся забытых веки,

О, Бельфегор, час пришел судить!

Нет зла страшнее за человека,

И его нужно искоренить,

Наши души полны протеста.

А сердца переполнил ужас.

Нам, наверное, нет здесь места.

Среди этих пустынных улиц.

Мне вечным сном

спаць змалку давялося

І я прыходжу

ў думках да цябе.

А ранак ззяў

Агнямі нашых сноў.

Яны знікалі дзесь за небасхілам.

Жыццё ішло далей,

Я не думала, что мертвым снятся сны,

Но я видела их... жалкие мгновенья.

Узница проклятой тишины...

Я молила эти сновиденья

Мне так нравился цвет его крови,

Эти кляксы следов на полу,

Пистолет, что дымился в ладонях...

Это странно... сама не пойму,

Ты помніш? Як верасень плакаў?

Як ціха… спявала нам ноч?

Ты помніш? Як больна ад стратаў?

Ты помніш, як бег басанож?

У нябёсах тваіх цёмна-сініх

Сярод тысяч і тысяч свяціл

Я шукала адну з адзіных,

Ды шукаці няма ўжо сіл…

Я дышу. Ды толькі задыхаюсь.

Я крычу. Але не чутна слоў.

Я малюсь. І знову паміраю.

Быццам сплю, але не бачу сноў…

Сколько может продлиться день,

Если солнце уже сгорело?

И в ночи растворилась тень.

Я сама, догорев, истлела…

Пусть мир исчезнет. В последний раз

Я засыпаю. И не проснусь.

Мне слишком страшно

Закрыть глаза.

Мы теряем людей. 

Не похожих на нас...и похожих...

Мы теряем людей. 

Позабыв расспросить, как дела.

Анёл мой… са зламанымі  крыламі…

Ці чуеш мой шэпт ў начы?

Ці сочыш за тымі снамі,

Што мне не даюць спачыць?…

Свет солнца сквозь стекла очков...

Не греет меня в полнолунье...

Я мертвая тень облаков...

Я проклятая...безумьем.