Несущее в себе жизнь и энергию, но уже охваченное морщинами, лицо Карпахи было напряжённым и бледным. Чуть ниже левой скулы виднелся шрам - не проходящая память о той схватке с противником, когда Карпаха из последних сил цеплялся за жизнь, боролся и всё-таки выжил.
Привыкнув к тому, что за углом всегда может подстерегать опасность, он ни на йоту не потерял сосредоточенность и готовность действовать и в этот раз. Там, за углом скрывался не просто враждебный ему человек с автоматом на взводе, с пером за пазухой, но человек, удерживающий в заложниках самого близкого ему, Карпахе, человека. У омоновца Карпахи никого больше не осталось...
Когда Карпаха вышел из-за угла с ПМ-ом, он увидел то, что поразило его до глубины души, хотя он никогда не был сентиментальным. Враждебный ему человек что-то выкрикнул, но Карпаха потерял дар слуха на секунду, он не слышал, а только видел. Нина стояла перед врагом, который её удерживал, не давая вырваться и спастись бегством. Когда глаза Карпахи и Нины встретились, у них пробежала немая дрожь. Черты лица обоих слега подёрнулись, но тут же пришли в прежнее состояние. На кону - жизнь, которую нужно спасти, и лучше бы, чтобы никто не погиб. Ведь спасение человеческой жизни - главная задача в экстренной ситуации.
Карпаха понял, что стрелять бесполезно, так как расстояние было приличное - десять метров. И тут внезапно к нему вернулся дар слуха. Он услышал: "Положи ствол на землю, а не то я её пристрелю!". Карпаха стоял перед выбором - покорно слушаться этого человека или рискнуть, но если рискнуть, то велика вероятность, что он промахнётся, или не дай Бог попадёт в Нину. Он выбрал первое. Стал медленно опускать оружие. Когда Карпаха перестал чувствовать в своей руке пистолет, он вдруг почувствовал какую-то опустошённость. Он ещё сильнее ощутил волнение и страх за жизнь близкого ему человека, но и за свою жизнь, конечно, тоже. Сделал нерешительный шаг в сторону тех двоих, но тут же остановился, потому что услышал: "Ещё шаг, и она - на том свете!". Карпаха внял голосу.
