Стихи Олега Медведенко — самые популярные.

Олег Медведенко • 47 стихотворений
Читайте все стихи Олега Медведенко онлайн.
Полное собрание стихотворений с комментариями и оценками.
ДАТА Все время
ЯНВ
ВЕФ
МАР
АПР
МАЙ
ИЮН
ИЮЛ
АВГ
СЕН
ОКТ
НОЯ
ДЕК
ПН
ВТ
СР
ЧТ
ПТ
СБ
ВС
ЖАНР Все
Я помню: чёрный небосвод,
прожекторов лучи,
в их перекрестьи – самолёт,
сирены вой в ночи.
Вот «фриц» подбит, объят огнём –
занятно малышам.
Экраном был дверной проём,
а кресла – руки мам.
 
Документальное кино
крутила нам война.
И нас крутили заодно
крутые времена.
 
Отец не стал со мной играть:
куда-то вдруг исчез.
Мы с мамой в кузове «ЗИС-5»:
Поля, ухабы, лес.
И кто-то хнычет без конца
В углу меж двух бортов.
Мне тоже скучно без отца
и я реветь готов.
Но в ласках мамы затаясь
заплаканным лицом,
не знал я, что навеки связь
потеряна с отцом.
 
Танкистов ротный командир
в кольчуге броневой,
одним из первых уходил
он в свой последний бой.
А есть ли равенство в бою,
где тирания пуль,
и каждая свистит «убью!»,
цель превращая в нуль?
Рука, нога, навылет глаз
в отчаянном броске
всей кровью защищали нас,
вися на волоске.
Случайность тоже ведь закон:
в нём царствует магнит.
По линиям магнитным он
законами рулит.
В каком ряду, в каком клубке
окажешься в момент?
Лишь укажи в какой руке
счастливый звон монет.
 
Но нам привычней звон в ушах,
сердечек дробный стук,
когда до мам всего-то шаг,
до их кормящих рук.
 
Война войной, и наш обед
расписан был по дням:
сегодня - есть, а завтра – нет.
А был ли он у мам?
 
Но детства райская пора,
решая всё всерьёз,
нас уносила со двора
на крылышках стрекоз.
А там, в прифронтовой дали,
как представлялось нам,
разведку боем мы вели,
рискнув сбежать от мам.
 
И вот, довольные собой
набегом на сады,
за пазухой несли домой
трофейные плоды.
Но вместо боевых наград
под духовой оркестр
нас многих на военный лад
домашний ждал арест.
 
Отцов не все мы дождались,
повырастав без них.
Нас мамы выводили в жизнь ,
впрягаясь за двоих.
 
…Война добита, наконец,
салютами гремя.
Лишь с фото, как живой, отец
всё смотрит на меня.
Ему-то что: он полон сил,
всегда готовый в бой.
И кажется, что ОН – мой сын
навеки молодой.
 
Нет, на судьбу я не ропщу,
себя всю жизнь коря,
а всё отца в себе ищу.
Надеюсь, что не зря.
 
 
 
 
 
 
Отец мой без вести пропал под Ржевом:
Болотом захлебнулось танка жерло.
А может быть в гробу, бронёй покрытом,
В воронке братской бомбою зарыт он.
Никто не знает. Потому без вести
Исчез навек он в том кровавом месте…
 
Жестокий бой окончился победно.
Отец мой, знаю, не пропал бесследно
Не дождалась тогда его награда
За первый шаг нескорого парада:
За Родину и за святое дело
Отдал свою и душу он, и тело.
 
Пропавших участь тайною покрыта:
Нет их фамилий на могильных плитах.
Не все ещё раскопаны останки,
Истлевшие в окопе или танке.
И нет давно надежды в той повестке:
Не «смертью храбрых», а «пропал без вести».
 
Нам неизвестны скорбные те судьбы.
С плеча, бывало, их рубили судьи.
Но годы шли – и вспыхнул факел свято
Над прахом неизвестного солдата.
Правофланговым лёг он в той могиле,
Где всех пропавших с ним похоронили.
 
По-разному бойцов сложились судьбы,
Но все они в одном равны по сути:
Остался жив, погиб, пропал без вести –
Полмира спас от рабства и бесчестья.
И чтоб об этом не пропала Память,
Беспамятству не дай высоты занять!
Звучит банально пусть,
Но дамам не до шуток:
К мужскому сердцу путь
Лежит через желудок.
Рецептов блюд мешок
Нагнал на них кручину:
Каким повергнуть в шок
Любимого мужчину?
 
Открыть тем блюдам счёт
Пришлось бедняжке Еве.
И стартовым стал плод,
Что рос на райском древе.
Был, правда, запрещён
Он Богом для вкушенья.
Но первая из жён
Змеиной внемлет шельме.
 
Покорная лишь ей,
Как дьяволу, по сути,
Адаму – всё милей
Мозги соблазном мутит.
Непослушанья грех
Был доведён до края.
И вот, взамен утех –
Изгнание из рая…
 
…С тех пор прошли века,
Верней, тысячелетья.
Но времени река
Не смыла скорби эти.
Тот злополучный плод,
Когда-то запрещённый,
Хорош стал и в компот,
И в тесте запечённый.
 
Свою играя роль ,
Порезанный на части
(с ним яйца, масло, соль
при сахарном участье),
Стал чудом из чудес
С названием «шарлотка»:
Любой захочет съесть,
Хоть с чаем, хоть под водку!
Устал. Надоело. Но надо
Мне землю на даче копать.
Копал я её до упада
Вчера. А сегодня опять.
 
И нет ни конца и ни края.
Признаюсь вам, как на духу:
Мне кажется, землю копая,
Я сам превратился в соху.
 
Но это всего лишь полдела:
Мне дышит в затылок жена.
О ней говорить можно смело,
Что сеялкой стала она.
 
Скажу о содружестве нашем,
О буднях его трудовых:
Мы оба, как лошади, пашем,
Что сделались парой гнедых.
 
Пахать нам осталось недолго,
Отсеялись тоже сполна.
Но вот подошла и прополка,
И стала тут тяпкой жена.
 
Но чтоб не отстать от подруги,
Любуясь алмазной росой,
Я сброшу с себя все подпруги
И стану обычной косой.
 
Мы сеем, и косим, и пашем,
И нет в том мистических тайн:
Во всех превращениях наших
Скорее всего, мы – комбайн.
 
…Колдует волшебное лето
Любым превращеньям подстать
Да так, что немного поэтом
И дачнику хочется стать.
 
Стояла сушь. Потрескалась земля
По линиям натруженных ладоней.
Зачахли воспалённые поля
И сом залёг на дно в парном затоне.
 
На небо туго, как на барабан,
Натягивался обод горизонта.
Из-под него, как магмою вулкан,
Закатным зноем истекало солнце.
 
И всё же долгожданный час настал:
Тревожно в ульях загудели пчёлы,
А издали всё громче нарастал
Гром туч, как на пожаре закопчённых.
 
То грозовые двинулись полки,
Одетые в лохматые шинели.
Их молнии сверкали, как клинки,
И ливни водомётные шалели.
 
От всей души секли они поля,
Хлестали их иссохшие ладони.
И оживилась, наконец, земля,
И снова сом взыграл в своём затоне.
 
От трещин не осталось и следа –
Усердно поработал дождь -трудяга:
Куда ни глянь – желанная вода,
Где ни ступи – живительная влага.
 
И солнце вслед за смывшимся дождём,
Смотав лучи, на запад укатило,
Но помня о призвании своём,
Взошло и лужи в тучи превратило.
 
Навеки так на свете повелось:
Природа крутит воду неустанно,
А солнце, хоть и шар, но также ось,
И всё вокруг него, всё без обмана.
 
Вот бы и мне черствеющей душой
Отмякнуть в луговых весенних росах,
И завершить круговорот земной
В настоянных на вечности покосах.

РЮКЗАК

03.12.2016
РЮКЗАК
 
Мой верный товарищ, рюкзак мой бывалый,
Надёжный напарник в пути,
С тобой мы дорог прошагали немало,
Ещё б хоть немного пройти.
Была нам отрадою жизнь кочевая.
Ты столько всего перенёс.
Теперь вот свернулся у кресла трамвая,
Как старый и преданный пёс.
Ногами толкают тебя пассажиры,
На лямки ступить норовят.
Но мы ведь с тобой и не то пережили,
Мой дымом пропахший собрат.
Мы помним все наши с тобою походы,
Что в «светлые дали» вели,
И звёзд хороводы, и солнца восходы,
И жереха* лов на Или**.
Мы помним сиянье вершин Алатау,
И блюдца моренных озёр,
И Орто-Койсу***, что у ног грохотала,
Сорвавшись с цепи этих гор.
Мы сами сорвались когда-то с тобою,
Чтоб в небе поймать журавля.
Синицей в руках стала доброй судьбою
Оскольская наша земля.
И пусть мы сегодня с тобой на приколе,
И крепко сидим на мели,
И вместо былых бесконечных раздолий
Всего-то шесть соток земли…
Давай, я тебя посажу на колени:
Ты тоже, наверно, устал.
Нам нужно обоим набраться терпенья:
Ведь срок наш пока не настал.
Мы можем с тобою вполне пригодиться,
Забить свой решающий гол.
В тебя ещё многое может вместиться:
Картошка, стихи, и журавль, и синица,
И новый мой друг – валидол.
 
 
Примечания: * - порода рыбы,
** - река в Казахстане,
*** - река в Заилийском Алатау
На землю опустилась тишина.
Умолк вдали за лесом шум трамвая.
И, как воздушный шар, всплыла луна,
Прохладный свет на землю проливая.
 
Домишек дачных робкие огни
Сквозь тьму садов проклюнулись пунктиром.
Но, наконец, погасли и они.
И воцарилась лишь луна над миром.
 
Всё замерло под строгою луной
От чар её пленительного ока.
Струился свет на землю неземной
Из этого небесного истока.
 
Оцепенели тёмные сады,
Листвой осеребрённою мерцая.
Лягушками расквакались пруды,
Как птиц ночных неведомая стая.
 
На небе звёзд безмолвный хоровод
Застыл в своей невозмутимой сцене.
Что он увидел со своих высот?
Свидетелем каких стал потрясений?..
 
Но разве эти звёзды чем проймешь?
Маня в свои загадочные дали,
Одним взорваться было невтерпёж,
Другие в «чёрных дырах» пропадали.
 
И что для них какая-то Земля –
Ничтожный отпрыск родственницы дальней?
Хоть начинались все они с нуля,
С Божественного взрыва Созиданья.
 
Им безразлично, что там под Луной
Кружится в голубых своих разводах,
Несётся, ног не чуя под собой,
Виток с витком свивая год за годом.
 
Всё испытала на себе она,
От катаклизмов не сошла с орбиты.
Лишь горьких дум, как никогда, полна,
Людского рода претерпев обиды…
 
 
Но в лунной люстре отключился ток
Едва рассвет пролил на небе краски.
Зарозовел смутившийся восток
От солнечной животворящей ласки.
 
Истаяла роса холодных звёзд,
Как пар из остывающего чая.
За лесом молоточками колёс
Трамвай пробил по рельсам,
День встречая!

ДОРОГИ

03.12.2017
Я в жизни изведал немало дорог.
Кончалась одна – начиналась другая.
Они преподали мне добрый урок,
Друг друга, как свечку свечой, возжигая.
 
Но сколько бы ни было их на счету
(А чаще всего попадались крутые),
Дорогу всех более первую чту:
По ней, будто в космос, шагнул я впервые.
 
Шагнул на распутье трёх вещих дорог,
Где камень заветный пророчил упрямо:
«Куда б ни пошёл ты – печален итог».
И я без раздумий отправился прямо.
 
Я камню тому не поверил тогда.
А он не соврал: я не нажил богатства,
И с добрым конём разлучила беда,
И сердце давно без царицы погасло...
 
Дороги, дороги – былые огни.
От них только горка огарков осталась.
Оплыли, как свечи, погасли они,
Лавиной снесла их внезапная старость.
 
Теперь я хожу по тропинке лесной.
Но сердце неровно по-прежнему бьётся:
Ведь рядышком скачет внучок золотой.
Он мой огонёк, а быть может, и солнце.