Стихи Эдуарда Керашева — самые популярные.

Эдуард Керашев • 35 стихотворений
Читайте все стихи Эдуарда Керашева онлайн.
Полное собрание стихотворений с комментариями и оценками.
ДАТА Все время
ЯНВ
ВЕФ
МАР
АПР
МАЙ
ИЮН
ИЮЛ
АВГ
СЕН
ОКТ
НОЯ
ДЕК
ПН
ВТ
СР
ЧТ
ПТ
СБ
ВС
ЖАНР Все
А помните ли Калку вы, друзья?
Разбитые монгольскими войсками,
Давимые помостом и щитами,
Бесславно гибли русские князья.
Лукавый победитель обещал,
Готовя пленникам конец ужасный,
Повинной крови не пролить напрасно,
И в этом обещание сдержал.
Ни капли крови! Лишь глумливый пир
Да танцы на сколоченном помосте.
Раздавленных князей трещали кости,
С проклятьем покидавших этот мир.
 
Не то же происходит и сейчас?
Не мы ли оказались под помостом?
И как же так? Вот так – легко и просто
Веками тьма обманывает нас!
Мы долго к бездне шли. За шагом шаг –
И вот стоим безвольно у порога,
Забыв себя, забыв и Имя Бога,
Продавши душу… Люди! Как же так?!
Неужто не очистим мы сердец?
Неужто по себе дождёмся тризны,
И славу человечества Отчизны
Бесславный и бездарный ждёт конец?
 
Нет! Я не верю! К нам уже спешат!
Глашатаи Грядущих вострубили,
А в этом тяжком огненном горниле
У нас родится новая душа.
Свою природу вспомнит Человек,
Он разглядит в себе частицу Бога,
И долгая тернистая дорога
Введёт его на крыльях в Новый Век.
Мы не погибнем, как тогда и Русь!
Нас слишком много, и себя не жалко.
И пусть кроваво-красной станет Калка,
Но Куликова поля я дождусь!
 
Столб деревянный трухлявый в грязи тонет.
Провод растянутый ржавый на нём стонет.
 
Выдохнул ток. Перебои, и нет вдоха.
Провод ржавеет всё боле. Ему плохо.
 
Реки иссякли? Авария? Взрыв турбины?
Грянул ли там, где не ждали, обрыв линий?
 
С проводом ветер играет. Дожди, холод.
Ржавчина! Провод съедает её голод.
 
Стынут дома. Стынут совсем в стужу.
Провод живёт только тем, что он им нужен.
 
Кто на посту? Дайте скорей бригаду!
Свет донести нам до людей надо.
 
Путь осветить, в доме зажечь лампы.
Ярким лучом темень рассечь нам бы!
 
Столб уверяет: основа всему – опоры.
Провод ему возражает: к чему споры?
 
Глупое дерево, ум твой в чужой власти.
Будет энергия – будет тебе счастье.
 
Если закроют же линию – ты внемли! –
Оба с тобою мы сгинем, падём в землю.
 
Так что, проси, чтобы службу несли справно!
Это усилие будет для нас главным.
 
Будут опоры, обновы и – о, чудо! -
Вдруг, я очищусь и снова сиять буду?
 
Принял ли доводы столб – то его дело.
Лишь бы энергия в проводе вновь пела!
 
Тех же, кто что поновее себе хочет,
Ветры с дождями быстрее всегда точат.
 
Совестью спящих потом никому не жалко.
Далее – печь, ну а чаще всего – свалка.
 
С ними недолго успех и судьба дружат.
Чудо же ждёт только тех, кто другим служит.
Я знал. Я это знал, конечно.
Случившееся - неизбежно.
Приходят новые пути.
Спадают ветхие одежды,
И Неба океан безбрежный
Зовёт тебя. Лети! Лети!
Сотру печаль. Глаза закрою
И время лёгкою рукою
Верну на семь десятков лет.
Там нет седин, и голос звонкий.
Ты снова Галя. Ты - девчонка.
С тобой друзья! Привет! Привет!
Колышутся степей просторы,
Вдали синеющие горы
Вершинами уходят ввысь.
Оттуда шумною гурьбою
Вы, ног не чуя под собою,
Умчались в путь длиною в жизнь.
А впереди, в судьбы лазури
Твой Коля, внуки, Игорь, Юрий,
Там столько отдано тепла!
За дружбы пройденной дорогу
Благодарю сегодня Бога
И я, с кем рядом ты была!
Всё позади - и боль, и муки,
Склонившись, я целую руки,
И сердце матери в груди.
Ты где-то здесь, но в мире тонком.
Теперь легка, как та девчонка
И с новой жизнью впереди.
Лети, души моей целитель!
Судеб связующие нити
Плетут причудливый наряд.
И, может, Божьими стезями
Моими новыми глазами
Согреет мир твой добрый взгляд.
Иди же с лёгкою душою!
Ещё увидимся с тобою.
Доверься Богу! В добрый час!
Мы связаны. Я в смерть не верю,
И то, что кажется потерей -
Приобретение для нас.
 
За высокими стенами солнце уснуло вдали.
Утопая в пыли, молча дремлют вакантные троны.
В шутовских колпаках прожигают судьбу короли,
Духоте кабаков отбивая земные поклоны.
 
Королевские лбы гулко ухают в грязь половиц
Метрономами времени глупо утраченной сути.
Короли бубенцами тактируют пенью певиц,
А певицы, скучая, коронами падшими крутят.
 
Стоголовая гидра на спинах хмельных королей
Допивает из чаши паденья и множит поклоны.
Ангел горечи слëзы глотает, но борется с ней.
Ангел ждëт, что монархи, проснувшись, вернутся на троны.
 
А снаружи, играя за мутным кабацким окном,
Ясноглазый мальчишка живëт в ожидании чуда.
Мальчик верит, что быть непременно ему королëм,
Он грядущих свершений знамения видит повсюду.
 
Звонким голосом мальчик забытую песню поëт.
Его голосу внемлют с надеждою пыльные троны.
И король пробуждëнный с дощатого пола встаëт.
Он снимает колпак, возвращая на место корону.
 
Силы Небесные в действии!
Трубы Грядущих в мощи своей!
Слышите? Слышите?
Кто устоит против Силы Десницы?
Кто воспротивиться Ей искусится?
Топот миры сотрясает коней,
Знаменем реет заря, и на ней
Звёзды лучистые вышиты.
 
Будущее предначертано.
Это цунами последних времён.
Ваших времён, тёмные!
Мнимой свободы слепыми щенами
Вы пропадёте под этим цунами.
Длинный на шее ещё поводок,
Но поводок не отстёгивал Бог.
Вы на цепи, несмышлёные!
 
Как же вы не понимаете?
Даром недоброе с рук не сойдёт.
Зло - разрушительно!
Доброму - тысячи любящих рук.
Злое же всё пожирает вокруг,
Только в затылок ему в свой черёд
Следом идущий жало вопьёт.
Нет у таких победителей.
 
То, чему быть - не изменится.
Тают секунды в песочных часах.
Видите? Нет? Не видите?
Падшая тает в песчинках эпоха,
Рвётся снарядами. Слышите грохот?
Слышите? Люди! Слышите?
Мы же, хранящие доброе семя,
Манифестируем новое время!
Время тепла и любви без завета,
Искренней дружбы, радости, света,
Самого чистого, незамутнённого,
Лучшими книгами в душах рождённого,
Истинной веры и праведной чести,
Мира, где люди планеты все вместе,
За руки взявшись, отыщут дорогу
К Вечному Жизни Источнику - Богу.
 
 
 
Ну, вот и свершилось. Направлено жало. Меняется век.
В решающей схватке набухшие вены наполнились ядом.
Какую же сторону примешь ты в ней, развитой человек?
Война не кино. Она там, где и ты. Она ближе, чем рядом.
 
Беснуются гады, глумятся сатиры у чёрной реки,
На наших страницах копытами бьют козлоногие танцы.
В прозрачных одеждах им вторят толпою взахлёб дураки,
Под свист крысолова, как дети легенды, в пучину стремятся.
 
Я в грохоте бубнов, отравлен грехами и раненный в грудь,
Стою и пою, хоть и голос порой обессилен и тонок.
На ране ладонь, но вторая - в кулак, и один только путь.
Я должен сражаться - упрямых бойцов измельчавший потомок.
 
Война не кино, и она не вдали, где стреляют и жгут.
Границы её не на картах чертят фронтовые барьеры.
Нам надо меняться. Нам всем предстоит этот нравственный труд.
Ристалище в душах, и все мы солдаты, и все офицеры.
 
Так что же мы выберем, где мы останемся - тут или там?
За выбор решающий вечно сражаются разные силы.
Но глупым из нас, не сокрыть под прозрачными тогами срам,
А бубны и танцы козлищ дураков доведут до могилы.
 
 
 
Я к вам, заклятые друзья,
Спешу с большим приветом.
Его из нового ружья
С любовью шлю дуплетом.
А впрочем, знаете, на вас
Мне пули тратить жалко.
Я как заправский свинопас
Увесистою палкой
Огрею тучные зады
И жирные загривки.
Долой из памяти следы
И хрюканий обрывки!
Топтать довольно, наконец,
Навозным следопытам
Алмазы трепетных сердец
Раздвоенным копытом.
Визжите прочь! Из жизни – вон!
На вас бумаги жалко.
Гоню в нечищеный загон
И вслед швыряю палку.
 
Пытаюсь петь я, отдышась,
Но слов исчезла сила.
Я вижу, что обиды грязь
Мне душу отравила.
Перо гадюкою ползёт,
Глядит недобрым взглядом.
Оно насквозь бумагу жжёт
Своим змеиным ядом.
Фиалке нежной не цвести
В залитой ядом почве,
И надо, надо всех простить.
Простить не медля. Срочно.
Письмо, где злобою дышу,
В корзину я бросаю.
Три слова в новом я пишу:
«Живите! Всех прощаю!»
 
За окном полыхнули предвестники скорого лета.
Горизонт обожгло ослепительно-тонкое жало.
Мои белые птицы уснули, их песнь не допета,
Но допеть её, став на крыло, им Судьба предсказала.
 
Для кого-то нарядные кони везут колесницы,
Кто игру бесконечную с совестью выиграл в прятки.
Ну, а я остаюсь – всё такой же беспутный возница
Своей старенькой, виды видавшей зелёной «десятки».
 
Вы проснитесь скорее, мои белокрылые птицы!
Вашей клетке не жить без полёта! Он чист и чудесен!
Будто в склепе крылатое сердце по Небу томится.
Чей-то голос диктует слова недописанных песен.
 
Сокрушаюсь о тех, кто сковал позолотою крылья.
Им уже не взлететь, оглашая пространство и время.
Их удел – ковылять по земле среди грязи и пыли,
За неверный успех предавая Крылатое Племя.
 
Если мне не летать, то не нужно златой колесницы!
И от славы земной, не жалея, уйду без оглядки.
Но я чувствую - скоро проснутся заветные птицы,
И я в вечность за ними взлечу на зелёной «десятке».
Стрелы Небес,
где же вы?
Пуст мой колчан
кожаный.
Новых Голгоф
жертвенных
Вновь набухает
опухоль.
 
Раны саднят
старые,
Молотом пульс
ухает,
Пятна горят
алые.
Слушайте нас!
Слушайте!
 
Мы не хотим
жертвами
Тлеть на углях
капища!
Не для того
трепетно
Души Отец
взращивал.
 
Не торжеству
Молоха
Агнцем служить
безропотным,
Но для любви
подвига
Был Человек
Создан Им.
 
Если рабы –
то Божии!
Им лишь одним
гордые!
Наши мечи
не сложены!
Где же вы,
братья горние?
 
Бейте в набат!
Бейте же!
Жгите огни
сигнальные!
Нас на колени
тёмные
Всё ещё
не поставили.
 
Всё ещё глаз
сияющих
Ворон чужой
не выклевал.
Встаньте же
на подмогу нам!
Выстоим мы!
Выстоим!
 
Пуст мой колчан? –
Меч в руке!
Выпадет меч –
рука крепка!
Станем стеной –
рука к руке!
Мы ещё
на ногах пока!
 
Время пришло!
Слышите?
Воды сошли
вешние.
Вам разожгут
маяк в пути
Братья земные
грешные.
 
Очерчен круг, слова изречены,
Священные огни во тьме пылали.
И тусклым серебром лучи луны
Ашрам ночного леса освещали.
 
В звенящее беззвучие веков
Обыденные канули картины.
Мой дух, освобождённый от оков,
С пространством бесконечным стал единым.
 
Неслыханное слышал я тогда,
Невидимое видел изнутри я.
Познания алмазные врата
Сознанию открыла синергия.
 
Кругом неизреченный свет сиял,
Раскрылась лепестками анахата.
Я в ритме Мироздания дышал
И зрел времён восходы и закаты.
 
Всё было просто, ясно и легко,
И знанье это вряд ли выразимо.
Оно со мной из глубины веков
Из жизни в жизнь скитается незримо.
 
Его в слова пытался я облечь.
Лишь «мир тебе» в душе моей звучало.
Как жаль, что человеческая речь
Порой способна выразить так мало.
 
Не помню, долго ль был в блаженстве я.
Сухой листок, опав, плеча коснулся.
Лесные духи – верные друзья –
Уже рассвет встречали. Я вернулся.
 

Дрейф

13.02.2020
Дрейфует шхуна третью неделю.
На воды влажным брюхом лёг туман.
Матросы одурели от безделья,
И заперся в каюте капитан.
 
Дельфинов блещут матовые спины,
Зовут с собою наперегонки.
Резвятся молодые афалины,
И режут гладь спинные плавники.
 
Они зовут туда, где солнце светит.
Им ведомо, где кончится туман.
Дельфины ждут, что люди их заметят,
Но пьян матрос и заперт капитан.
 
А мимо пролетают альбатросы.
Они кричат, что видят свет вдали,
Но мечут карты пьяные матросы,
Ракушкой древа днища обросли.
 
Отяжелела в этом дрейфе шхуна.
Пора за дело браться, старый волк!
Из этих вод печальных и угрюмых –
Вперёд, пока клич птицы не умолк!
 
Вперёд, отбросив сонное похмелье,
Туда, где воды светлы и легки.
Где семь под килем и далёки мели.
Туда, где ждут родные маяки.
 
Я верю - не разверзнется пучина,
Куда бы снова дьявол не занёс,
Пока на страже мудрые дельфины
И будет рядом верный альбатрос.
 
Февраль 2020 г.