Ника Турбина - авторская страница

Ни́ка Гео́ргиевна Турбина́ (17 декабря 1974, Ялта, Крымская область, УССР, СССР — 11 мая 2002, Москва, Россия) — известна своими стихотворениями, которые написала в раннем возрасте. Трагически погибла в возрасте 27 лет. 

 

Биография

Ника родилась в известной ялтинской семье художницы Майи Турбиной и была внучкой писателя Анатолия Никаноркина. Была единственным ребёнком в семье. С раннего детства страдала астмой и, по свидетельству родных, ночами почти совсем не спала. С четырёх лет, во время этих бессонниц, просила записывать мать и бабушку стихи, которые, по её собственным словам, ей говорил Бог. Когда в 1981 году Ника пошла в первый класс, то постепенно слава о ней, как о «чудо-ребёнке», разнеслась за пределы Крыма, и, когда её стихи попали к Юлиану Семёнову, их напечатала «Комсомольская правда»[1].

В 1983 году, когда Нике исполнилось 9 лет, в Москве вышел первый сборник её стихов «Черновик». Книга была впоследствии переведена на 12 языков[2]. Предисловие к ней написал Евгений Евтушенко, который в судьбе Турбиной, как и многих других молодых поэтов, принял активное участие. Благодаря его поддержке Ника на равных вошла в литературные круги Москвы и, в 10 лет, смогла принять участие в международном поэтическом фестивале «Поэты и Земля» (в рамках Венецианского биеннале). Там ей был присуждён главный приз — «Золотой лев». Затем Ника побывала в США, где встречалась с Иосифом Бродским. Между тем, американские врачи заявили её бабушке, которая ездила повсюду с Никой, что при такой нагрузке ребёнку необходимы консультации психолога[3].

Тогда же Евтушенко написал стихотворение о Нике Турбиной:
Дети – тайные взрослые. Это их мучит.
Дети тайные – мы.
Недостаточно взрослые мы, потому что
быть боимся детьми.

На перроне, в нестёртых следах Пастернака
оставляя свой след,
ты вздохнула, как будто бы внутрь простонала,
восьмилетний поэт.[4]


В 1983 году Евтушенко снял Нику Турбину в своём фильме «Детский сад». С 1985 года, когда Нике было 11 лет, Турбины стали жить в Москве, где Ника посещала школу № 710. Там же её мать во второй раз вышла замуж и родила вторую дочь — Марию. Ника написала по этому поводу: «…Только, слышишь, не бросай меня одну. Превратятся все стихи мои в беду».

В 1989 году Нике Турбиной было 15 лет. Она сыграла одну из ролей в художественном фильме режиссёра Аян Шахмалиевой «Это было у моря». Картина — о воспитанницах специнтерната для детей с больным позвоночником, в котором царили довольно жестокие нравы.
Публично свои стихи она уже давно не читала.

В следующем 1990 году у поэтессы случился нервный срыв, и она уехала в Швейцарию. В качестве официальной причины выезда было указано «на учёбу», но на самом деле — на лечение в психиатрической клинике в Лозанне. Там она вступила в гражданский брак со своим психиатром. До этого он и Турбины были знакомы по переписке (якобы он писал, что даже лечил своих пациентов её стихами).
Муж был профессором, интересным собеседником; ему тогда было 76, а ей — 16. Нику он не обижал, но целыми днями пропадал в своей клинике.
Она стала пить, а через год внезапно вернулась домой. О муже она никогда больше не вспоминала.
Молодость

По возвращении Турбиной не удавалось найти подходящую работу.
Она начала учиться во ВГИКе в мастерской Джигарханяна, пыталась запустить телевизионный проект о неудавшихся самоубийцах. Затем в 1994 году Нику без экзаменов приняли в Московский институт культуры. Курс вела Алёна Галич, ставшая её любимой учительницей и близкой подругой. При том, что на тот момент у Ники были ощутимо нарушенная психика, неважная координация и ненадёжная память, первые полгода она проучилась очень хорошо и снова писала стихи — на любом клочке бумаги и даже губной помадой, если под рукой не было карандаша. Но 17 декабря, в день своего 20-летия, Ника, которая уже не раз «зашивалась», сорвалась. У Алёны Галич дома до сих пор хранятся написанные её рукой заявления: «Я, Ника Турбина, даю слово своей преподавательнице Алёне Галич, что больше пить не буду». Но в конце первого курса, незадолго до экзаменов, Ника уехала в Ялту к Косте, парню, с которым встречалась уже несколько лет. К экзаменам она не вернулась. Восстановиться в институте удалось не сразу и только на заочное отделение. С Костей они расстались.

В мае 1997 года произошёл неприятный инцидент. В тот день она была с другом; оба были нетрезвы, и из-за чего-то возникла ссора. Ника бросилась к балкону (как потом говорила, «в шутку»), не удержалась и повисла. Оба сразу же протрезвели; он схватил её за руки, а она пыталась забраться назад. Но не вышло, и она сорвалась. Спасло только то, что, падая, зацепилась за дерево. Была сломана ключица, повреждён позвоночник. Галич договорилась, что Нику на три месяца положат в специальную американскую клинику. Чтобы получить скидки, пришлось собрать огромное количество подписей. Но, когда американцы согласились, мать Ники внезапно увезла её в Ялту. В Ялте Ника попала в психиатрическую больницу — её забрали после буйного припадка, чего раньше с ней не случалось.
Последний год[править | править вики-текст]

За год до её трагической гибели Анатолий Борсюк снял документальный фильм «Ника Турбина: История полёта».
«Не знаю, почему так её жизнь складывается, кто в этом виноват. У меня вообще был вариант названия фильма „Спасибо всем“. Все забыли Нику, — не только те, кто ею непосредственно занимался, но и почитатели её таланта, публика, страна. Со всеми покровителями, фондами, чиновниками, журналами все кончено. Ей и писем больше не пишут. О ней никто не помнит, она никому не нужна. Ей 26 лет, вся жизнь впереди, а такое ощущение, будто она уже её прожила почти до конца. Она бодрится, практически не жалуется. Собственно… и пять лет назад не жаловалась. …
Работы у неё толком нет, образования нет. Но… в ней что-то от ребёнка осталось. Нет отвращения, какое вызывают иногда опустившиеся люди. Её жалко. Я чувствую внутри себя определённую ответственность, но единственно полезное, что могу сделать — снять и показать фильм. Вдруг найдутся люди, знающие, как ей помочь».

Точные обстоятельства её смерти достоверно неизвестны. 11 мая 2002 года они с её другом Александром Мироновым были в гостях у своей знакомой Инны, которая жила на той же улице. Они употребили спиртные напитки. Саша и Инна пошли в магазин, а Ника ждала их, сидя на подоконнике пятого этажа, свесив ноги вниз. Это была её излюбленная поза, она никогда не боялась высоты. Видимо, она неудачно повернулась, с координацией у Ники всегда было плохо. Гуляющий с собакой мужчина увидел, как она повисла на окне, и услышал её крик: «Саша, помоги мне, я сейчас сорвусь!».

Чтобы Нику отпели, Алёна Галич попросила, чтобы милиция не писала о том, что это самоубийство. В графе о причине смерти поставили прочерк. Также она добилась, чтобы прах её ученицы захоронили на Ваганьковском кладбище.