1. Семья.
Есть ВасЁвы на России,
Дед был ВАсев Киприян(1876).
В старой вере окрестили,
До преклонных лет был в силе,
Работящий, не буян.
Баба Вера(1879) – героиня,
Орден в подтвержденье есть,
Семерых детей родили.
Дед был в «этом» не разиня,
Двойню сделал в полста шесть.
Тася(1912), Дуся(1920) и Мария(1922),
Сын Иван(1926), то нам в отцы,
Снова девка – Настасия(1924).
«Мужиков ещё б» - просили,
Фёдор с Павлом – близнецы(1932).
От рассвета до заката,
Деревенский долог день,
Подросли в трудах ребята,
В поле, дома – брат за брата.
Тут войны великой тень.
Евдокия, та связистка,
Тася – фронт и медсанбат,
И отец в шестнадцать с лишком,
С узелком, в лаптях, в пальтишке
Был в курсанты как-то взят.
Все вернулись, слава богу,
Ни к кому претензий нет.
От родного от порога
Каждый разную дорогу
Прошагал за много лет.
Бог их каждому наметил,
(В том числе тебе и мне).
Пусть тот день всем будет светел,
Он последним их приветил,
Разложив по всей стране.
Дед с бабусей, Павел с Настей,
Мать, отец в родной земле.
Прихожу, всем сразу: «Здрасте».
Остальным досталось счастье
В чужедальней стороне.
Евдокия под Тамбовом
С дядей Лёнею рядком,
А Таисья – та под Псковом,
Под сиреневым покровом
На погосте городском.
Попроведать, чуть подправить
Их последний дом родной,
Точки все во всем расставить,
Горсть земли родной доставить,
Горсть от них забрать с собой.
Решено, вперед, в дорогу.
Нам с женой не привыкать.
«Duster» новый, слава богу.
Разгоняясь понемногу,
Мы в пути уже опять.
2. Мосины.
До Тамбова мы ходили
Тридцать лет тому назад.
Помоложе сами были,
Сыновья под стол ходили,
И «Москвич» был нам, как брат.
Дядю Лёню с тётей Дусей
Бог оставил без детей,
Их племянник, тут уж случай,
Весь тот возраст самый лучший
Был ребёнком двух семей.
Нам казалось будет вечной
Жизнью данная награда.
И от радости сердечной,
От поездки быстротечной
Все безумно были рады.
Путь «в Европу» до Самары
Нам знаком уже давно.
А сейчас принять чуть вправо,
Волга мимо величаво,
Жигули видны в окно.
Мимо Пенза, вновь Тарханы,
Как тут в гости не зайти.
Склеп, усадьба, домик старый,
И поэт сидит усталый.
Всем вам доброго пути.
Утро, мы уж за Тамбовом.
Вот церквушка и погост.
На краю, в оградке новой,
Средь цветов, под скорбным словом
Пара памятников в рост.
И рассказ – как дети, внуки,
И неспешный разговор.
По стопарику с разлуки
На могилки будто в руки.
Термос, чай. «Прости» - шофёр.
Горсть земли солоноватой
И последнее прости.
Спать спокойно вам, солдаты,
Может встретимся когда-то.
Нам же, доброго пути.
3. Война.
На Смоленск лежит дорога,
Липецк, Ливны и Орел.
Немец был, погибло много,
Иль могилка за порогом,
Иль курган на батальон.
Снова памятник, танкистам,
Вот шоферский ЗИС стоит,
Обелиски в поле чистом
С красною звездой лучистой.
Там простой солдат зарыт.
Под Орлом святое поле
Где броня шла на броню,
Где горели враз по трое,
До сих пор витает горе,
Собирая дань свою.
Вот Смоленские высоты,
Травы на крови растут.
Проходящий, будь хоть кто ты,
Отложи свои заботы,
Преклони колени тут.
И в затишье перед боем
На великой той войне
Автор повести с героем,
Тоже Васей, уж не скроем,
Тут присели на бревне.
4. Святые Горы. «В тени дерев, в Святых Горах
Близ храма скромная могила…»
Переехав тракт смоленский
Вдоль границы и болот,
Велиж, Невель, край словенский,
Монастырь мужской, тут женский.
Православный наш оплот.
Нас же ждет Пушкиногорье,
Дом поэта над рекой,
Дуб огромный, Лукоморье,
Домик няни, пруд, раздолье,
Летний день, души покой.
А затем усадьба деда,
Дом, розарий, вид на пруд.
Много трудных войн изведав,
Тот арап Петров с победой
На покой остался тут.
«Приют, сияньем муз одетый»-
Тригорское, «Татьянин дом»,
Скамья над речкой, дуб поэта,
«Мгновенья чудные» про это,
Каскад прудов и Вульфов дом.
В Святые Горы по ступеням.
Под старой стенкой алтаря,
Где под дубов могучих тенью
Собора древнего Успенья,
Спит жертва злого января.
Холодный памятника мрамор,
Цветов букеты, солнца свет.
Какой поэт, такая драма,
«Невольник чести». Эпиграмма.
Был человек, его уж нет.
У стен монастыря, как прежде,
На перекрестке трех дорог
В своей привычной нам одежде,
Присев, задумался в надежде,
Что «быть любезен» людям смог.
И «чувства добрые», как прежде, пробуждая
В ответ звучит последнее прости.
Не гаснет вечно свечка восковая.
Сюда «не зарастет тропа людская».
А нам опять счастливого пути.
5. Соловьевы.
Мимо Пскова нам на Порхов.
Крепость, лики божества.
И из памяти не стерто,
Ярославич правил твердо.
Град – России торжества.
Здесь на солнечном пригорке
Завершив не близкий путь
Наш Василий, пусть не Теркин,
Без ста грамм и без махорки
Сел на лавку отдохнуть.
Вот он памятник бетонный
С покосившимся крестом.
Горсть земли, букетик скромный,
Тост про пух традиционный,
Разговор о прожитом.
Дочки Таси и Марии
Обе Верами звались,
Няньки были не плохие.
Игры детские лихие
В памяти отозвались.
Сказки в девичьей светёлке,
С горки дружные ватаги,
Новый Год у строгой ёлки,
Только вата на иголках,
Да снежинки из бумаги.
И отдав поклон прощальный,
Вновь последнее прости,
«Спи спокойно», вздох печальный.
Мы опять в дороге дальней,
Нам счастливого пути.
6. Псков.
По дороге Псков Великий.
Вот одиннадцать веков
В устье Псковы и Великой
Древний город разноликий.
Ольга, Всеволод, Довмонт.
Псковский кром, Довмонтов город,
Свято – Троицкий собор,
Древних храмов целый ворох.
Старый город снова молод
Снова западный дозор.
И невольно вы замрёте,
Подтверждая связь времен,
Монумент десантной роте.
Их вот нет, а вы живёте.
Умер, но не покорён.
7. Обратно.
И опять «Катюши», пушки,
Обережные кресты.
Сон в пол глаза на опушке,
Городишки, деревушки,
Автострады и мосты.
И свободных дней остаток
По утру прикинув вдруг.
Разговор был в общем краток-
К бабе Гале. Маловато,
Но на больше недосуг.
И свернув на М4
На Воронеж, Волгоград,
Вдоль степной и волжской шири,
К бабе Гале, как просили.
А на Волге всяк рыбак.
И настроив быстро снасти,
Благо Волга за окном,
Окунуться в море страсти,
Вот оно рыбачье счастье
В настроеньи отпускном.
И пирог традиционный,
Кто не ел, тот не поймет.
Сом в капусте. Трюк коронный:
В сковородках запеченный.
Кто печет тому почет.
8. 19 июля.
Вино, томаты с огорода,
Пожар заката за рекой.
Сорок два совместных года,
«Горько», в шуме парохода
«Чёрный ворон» над водой.
9. Домой
Пара дней – дорога к дому
Вверх по Волге на Урал.
Нам давно здесь все знакомо,
Чувством стоила ведомый,
«Дастер» весело бежал.
Волгоград, потом Саратов,
Через Волгу мост крутой,
Вновь восходы да закаты
Что-то мимо, что-то снято.
Здравствуй, Воткинск. Дом родной.
Р.S. Произведение писалось как дневник поездки, с фотографиями. К сожалению формат Поэмбука не позволяет показать все фото.
