Казалось бы, что роль? – слова со сцены;
Загримируйся, залу поклонись…
Но лишь актёр – служитель Мельпомены,
Сживаясь с ролью, прожигает жизнь.
Дубль 1.
Когда бы мог себя я ненавидеть
За несогласие с самим собой,
Тогда б нашёл в тоске свою обитель,
Свой монастырь, смиренье и покой.
Но нет же, нет! Обратная дорога
Меня влечёт преподлостью своей.
Я слаб, я смертен, недостоин Бога;
Я тля! Я червь!! Я - помесь слёз, соплей!!!
Зачем мне дан был ум несовершенный,
Что совершил коварство надо мной,
И почему, вконец умалишенный,
Я разумом стремился в мир иной?
К чему, забывши честь свою и волю,
К утехам плотским направлял свой пыл?
Как часто мы легко меняем роли,
Взлетая камнем, не раскрывши крыл!
Неправда то, что из ребра Адама
Слепили Еву – это для толпы.
Мне мнится, что вначале была дама,
А после исказили всё попы.
О, женщины, - лукавые создания!
Исчадия ада, пик его венца!
Когда-то, у истоков мироздания,
Вы соблазнили самого Творца!
Ах, как мне горько, но не как на свадьбе,
А натурально, как испивши яд!
Пятно греха на подвенечном платье
И пятен крови аккуратный ряд...
Прости, любовь! Вернись обратно время!
Слепая ярость, ревности порыв.
Снесу ли я и вынесу ли бремя?!
- Стоп! Снято! Объявляю перерыв.
Дубль 2.
- Опять один, лишь лик святых с иконы
Меня своим молчанием корит –
В их взгляде слышу я и плач, и стоны.
О, как несносен мне их чистый вид!
Какое им до мук моих душевных?
Что надо, в час, когда любовь мертва?
Я, ощущая каждой клеткой скверну,
Гоню вас прочь – святые существа!
Вот колокол зовёт служить обедню.
К чему он мне? Я создан для греха;
Я, слепый для икон, в свой день последний,
Как поводырь слепого пастуха.
Чем мыслил я, о чём поутру грезил –
Теперь неважно, потерявши ум,
Я стал глупцом. Святоша, будь любезен –
Освободи меня от этих дум!
Прости, любовь, что учинил разлуку!
Я всё исправлю – тут же, сей же миг!
Дозволь поцеловать твой локон, руку…
но, что за образ предо мной возник?!
Сутул и страшен, как могилы – вежды;
Затмил весь свет его огромный рост;
Лохмотьев грязных треплются одежды
И вьёт промеж копыт козлиный хвост...
Изыди прочь – игра воображенья!
Не верю! – ведь в душе и веры нет.
С тобой мне ни к чему вести сужденья...
Не затмевай мне, демон, божий свет!
Молчит – лишь сизый пар струит из носа,
Да меж его рогов горит искра.
Ужели разбудить сего колосса
Смогла воображения игра?
Не тронь меня, ты – нечестивый демон!
Я, хоть и грешен, всё же я не твой.
Но, нет его,… куда он делся? Где он?!
Что слышу я? - какой – то страшный вой.
Ну, всё, пора, пока ещё есть воля,
Пока ещё не корчусь под клеймом.
Но, всё-таки - ужель спугнул его я,
Или вконец подвинулся умом?
Кто там шумит? Зачем покой мой рушит?
Кто стонет там и что за мерзкий вой?
О, как мне страшно – это воют души
Всех грешников, что он забрал с собой!
Да, снова он и не найти спасенья.
Любимая, прости меня – молю!
О, Господи! - Пошли ей воскресение,
Как сыну ниспослал ты своему!
Я каюсь, Боже! - позднее прозренье
Раскаянием, увы, не назовёшь.
Прошу, Господь, верни меня в мгновенье,
Когда замыслил я, что вера – ложь,
В момент, когда я умертвил свой разум,
Когда безумие взорвало мозг,
Когда у той, кого любить обязан,
Я жизнь украл и растопил, как воск!
Изыди, Сатана, не прикасайся
К душе моей! Отринь кривую длань!
Пади со мной! – пред Господом покайся,
Ведь вера наша – пуганая лань.
Я верю, Боже! Дай мне покаянье!
Но, что такое? – задрожала грудь.
О, чудо! – появляется дыханье.
Стоп! Снято! Предлагаю отдохнуть.
Дубль 3.
Восстав из праха, возродилась вера –
Она очнулась, словно ото сна;
Из брызг морских рождается Венера -
С её лица уходит белизна;
Вот вздрогнули алмазные озёра –
Увлажнены ланиты и уста...
Я слышу пенье ангельского хора,
Как в пору воскресения Христа.
Молчит, ни слова вымолвить не хочет –
Безмолвие, как божий дар, храня;
Ярчайший свет, что излучают очи
Мне душу жжёт, сильней, чем жар огня.
Любимая, казни меня! – ты вправе
Мне преподать возмездия урок.
Наш Бог - велик и он помог исправить
Грехи, изгнавши беса за порог.
Но, что с тобой? - усмешка исказила
Твои уста и, будто, вырос нос
И холодом сквозит, как из могилы,
И из – под юбок вьётся длинный хвост?!
О, горе мне! Я понял – это демон
Меня пленяет образом твоим!
Он завладел любимым мною телом
И оставался, до поры, незрим!
Быть может, он узрел, как перед Богом
Я душу вынул, точно снял штаны,
А, может быть, с убийственным пороком
Я интересен лишь для Сатаны?
Спаситель наш! Всемилостивый Боже!
Оставьте её душу для небес,
А телу – тлен, ведь под невинной кожей
Вселился тёмный и лукавый бес!!!
Изыди, бес! Оставь её в покое!
Возьми меня, подобие козла!
Пускай врата небесные закроют
И поглотит меня пучина зла!
Возьми меня! Пусть огненной гиене
Я буду предан и сгорю дотла,
Пусть занавес опустится на сцене
И прекратят звонить колокола!!! -
Но и тогда я не утрачу веру,
Которую сумею унести -
Назло всей тьме и лично Люциферу
Я стану вторить – Господи, прости!
Прости, любовь, за то, что вместо счастья
Нам предначертан был тяжёлый крест,
Прости за то, что к Таинству Причастия
Уже не зазывает Благовест…
Прости меня, любимая, за ревность,
Которой я не в праве был болеть!
Прости меня, любовь, за мира бренность,
Которой мы не в силах одолеть!
Опять молчит, лишь подняла с паркета
Кинжал, запачканный в её крови;
Мелькнул клинок змеёй, взамен ответа
И предо мной возник мой визави.
Какая боль!!! Любая жизнь – фатальна!
Уж лучше так, чем жалкое влача.
Как холодно – я гибну… натурально…
Стоп! Снято!
Что там?
Кто – нибудь?!
Врача!!!
21.01.2014 г. - 27.01.2014 г.
