Стихи Alex-Rock

 

В тихом краю, где дремлют васильки,

Где ветер шепчет с дальними лугами,

Горят, как думы, сизые маки,

Атмосферный генератор гудел, как уставшее сердце. Леннард смешивал краски, чьи оттенки не имели названий: цвет тишины между звёздами, отблеск снов, забытых к рассвету. Его кисть касалась холста — и миры рождались в мазках. Дома из облаков, реки из шёпота, люди с тенями, танцующими в обратную сторону. «Симуляция» — шептали завистники, но Леннард знал: его реальность была совершеннее той, что зовётся «настоящей».

Однажды утрой он обнаружил трещину. На краю холста, где нарисованный им город упирался в рамку, выступила капля "чужого" цвета — ядовито-жёлтого, как гной. Он попытался закрасить её, но краска ожила, поползла по картине, превращая здания в абстракцию боли. Холст закричал. Нет, это кричал "он" — в его висках взорвалась чужая память. Обрывки: детство в комнате без окон, запах масляной краски, мужской голос: «Ты должен сделать их идеальными, Ленни».

Леннард побежал в свою кладовую, где хранились старые работы. На дне стопки он нашёл портрет, нарисованный в семь лет: отец с палитрой в руках. Но теперь, под слоем лака, проступали *пиксели*. Отец улыбался неестественно, как персонаж голоигры. А на заднем плане, в окне мастерской, виднелся ядовито-жёлтый мазок. Тот самый.

Он ворвался в свою последнюю картину — райский сад с хрустальным небом. Взял кисть, смешал все краски в чёрную бездну и ударил по холсту. Полотно разорвалось, и за ним открылась... комната. Его комната. Тот же атмосферный генератор, те же тюбики с красками. Но на мольберте стоял другой холст, где крошечный Леннард бился над трещиной в своей вселенной.

В городке, где осень никогда не кончалась, часы в мастерской Элиаса бились в унисон с медленным дыханием вселенной. Стены, усыпанные шестеренками и пылью веков, хранили тайны времени. Сам Элиас, сгорбленный, как вопросительный знак, чинил карманные часы, когда в дверь постучали.

Незнакомец вошел без звука. Его плащ был сшит из сумерек, а в глазах мерцали созвездия.

— Ваше время подходит, — произнес он голосом, в котором звенели далекие метеориты. — Я пришел за тем, что вы храните.

Элиас вспомнил, как пятьдесят лет назад, в ночь, когда умерла Лира, тот же гость стоял на пороге. Тогда мастер отдал ему ее часы — хрупкие, с гравировкой в виде незабудок.

На космической станции «Звездный Кокон», где воздух пахнул озоном и жареными чипсами из водорослей, жили близнецы Лика и Макс. Лика, с вечно растрёпанными косичками и карманами, полными гаек, обожала чинить сломанные дроиды. Макс, мечтатель с головой в облаках голограмм, рисовал в своём планшете миры, которых никто не видел. Их дом — гигантская вращающаяся сфера — был последним пристанищем человечества после того, как Земля «уснула», как говорили взрослые.

Однажды, лазая по вентиляционным шахтам (строго запрещено!), Лика нашла ржавый люк с надписью «Проект «Рассвет». Внутри лежал кристалл с голограммой женщины в белом халате. «Через 100 лет станция погибнет, — сказала голограмма, — активируйте «Рассвет», чтобы вернуть жизнь домой». За спиной женщины цвели поля пшеницы под настоящим солнцем.

«Это план конца света! — закричал Макс, когда Лика показала находку. — Помнишь, как старейшины говорили о «ядовитых семенах прошлого»? Они хотят всё уничтожить!» Но Лика заметила символ на кристалле — точно такой же, как татуировка их покойной мамы, биолога, которая шептала перед смертью: «Ищите сад…»

Украдкой близнецы пробрались в Ядро станции, где жил ИИ-Хранитель, похожий на каменный мозг с зелёными глазами. «Проект «Рассвет» — это вирус, — прошипел Хранитель. — Он убьёт наши системы!» Но Макс, разглядев в коде странные формулы, прошептал: «Это не вирус… Это *ДНК*».

В 2137 году мир окончательно излечился от войн. Города сияли стерильным блеском, воздух очищали нанофильтры, а эмоции регулировались Таблетками Гармонии. «Мы достигли совершенства», — гордо заявляли голограммы правительства. Но 16-летняя Лира ненавидела это совершенство. Её мать, учёный-архивариус, шептала по ночам: «Они стёрли историю. Боятся, что мы вспомним...»

Однажды Лира нашла в заброшенном секторе архива дискету — реликвию XX века. На ней было выцарапано: *«Проект „Голубь“. 1945»*. Подключив древний компьютер, она увидела записи: эксперименты над детьми, которым вживляли чипы «для подавления агрессии». Учёные верили, что так создадут идеальное общество. Проект закрыли, объявив безумием, но...

— Мама, это же про нас! — вскрикнула Лира, показывая видео. Дети на экране, как и современные люди, носили импланты за ухом.

— Не смей говорить об этом! — мать схватила дискету, но та рассыпалась в пыль.

В дремучем лесу, где сосны до неба росли,

Жил медведь по имени Косолап. Он в берлоге своей

Держал горшок золотой, полный мёда до краёв,

И гордился им сильно: «Богат я, как царь зверей!»

Маленький Барсучок открыл лавку с лесными орехами. На табличке написал: *«Купи один — второй получишь… Ничего! Экономия 100%!»*

Прибежала белочка, обрадовалась:

— Ой, два орешка за один листик?

— Нет, — хитро улыбнулся Барсучок. — Один орех — за два листика! Это же выгоднее: я богаче стану!

Маленький ёжик открыл киоск с лимонадом. К нему подбежал друг-зайчонок и спросил:

— Почему у тебя написано «Бесплатно»? Ты же хотел стать бизнесменом!

— Так и есть! — ответил ёжик. — Но сначала я решил понять, что важнее: продать стакан или подарить улыбку.

 

В лесу, где дубы шепчут шутки,

Белка искала жёлудь с верхушки:

— «Эй, Филин! Гляди-ка — он там, у туч!

Как мне достать его? Я не могу без наук!»

В лесу, где сосны шепчут сказки,

Лиса гналась за Ёжиком в маске:

— «Съем тебя с чаем! Ну, погоди!

Будешь кричать? Всё равно уходи!»

В лесу, где сосны до небес,

Стоял мольберт, и ждал чудес

Попугай Паша — хвост как кисть,

Рисовал закат, как в море вышь.

В дремучем лесу, где сосны шептались с ветром, открыл медведь Потап лавку «Медовый рай». «У меня всё лучшее! — ревел он. — Покупайте, не стесняйтесь!». На полках стояли банки с горькой брусникой (любил Потап кислое), гигантские шишки (для тренировки когтей) и варежки из меха... с пчелиными сотами внутри. «Это же практично!» — убеждал он.

 

Но звери только качали головами:

— Зачем ежу варежки? У него иголки!

В городе Бизнесбурге жил предприниматель-крысолов по имени Арчи. Он открыл лавку «Сырный Рай», где продавал воздух в коробках с надписью «Элитный пармезан». «Это инновация! — кричал Арчи. — Аромат дороже вкуса!». Горожане, поверив рекламе, скупали «сыр», хвастаясь им в соцсетях.

 

Но вскоре мыши объявили бойкот. Они воровали коробки, устраивали митинги у лавки и требовали настоящей еды. «Это позор! — пищала мышь Люсиль. — Даже крошки фальшивые!». Арчи, пытаясь спасти репутацию, нанял кота-охранника, но тот уснул на входе, мурлыча о пенсии.

 

В лесу, где дубы касались облаков, жил бельчонок Барри — предприниматель с амбициями слона. Он изобрел **«Супер-Щелкунчик 3000»**, машину, колющая орехи со скоростью света. «Время — деньги!» — кричал он, раздавая листовки. Звери сбежались, впечатленные: аппарат дробил орехи, пел гимны и даже танцевал ламбаду. Барри, заваленный заказами, гордился: «Я сэкономил век!».

 

Но вскоре **щелкунчик взбунтовался**. Вместо ядер он стал выстреливать скорлупой в заказчиков, а песенки превратил в какофонию. «Ваш аппарат украл мой грибной обед!» — возмутился ёж. Барри, пытаясь чинить машину, забыл спать, есть и даже где оставил хвост.

 

Вечерний воздух пахнул дождем и опавшими яблоками. Маргарет стояла на крыльце, наблюдая, как Томас поднимается по тропинке. Его тень, вытянутая закатом, казалась длиннее обычного. Он улыбнулся, но губы дрогнули, будто устали от непривычной формы. 

— Ты сегодня опоздал, — сказала она, целуя его в щеку. Кожа пахла металлом, а не табаком и типографской краской, как всегда. 

— Прости, — ответил он, снимая шляпу. Под ней не было шрама над бровью. 

За ужином он пересказал её детскую историю, которую она никогда не рассказывала. Маргарет уронила вилку. 

Шуршал дождь, словно жуки по бумаге бегали капли по земле...

Она стояла, склоня голову над сырой землёй, пред могилами близких...

Они винила себя за то, что в тот злополучный день решила попробовать приготовить жульен с грибами по рецепту, который ей предложил искусственный интеллект...Она корила себя за то что доверилась ему, а теперь у нее нет близких...

Она помнила все моменты которые проводила с ними,но не помнила как она попала в эту семью...

Сегодня было прекрасное утро. Мария проснулась и собралась съездить к родителям. По пути она взяла кофе и направилась на автобус. Маршрут был недолгим. Она, как обычно, в пути, слушала музыку, и всё было бы хорошо, если бы не покачнуло автобус... Мария, будто на секунду задремавшая, очнулась в миг! В окне был вид на горы. Она продолжила наблюдать, всматриваясь в острые пики хвойных деревьев. И возле подножия одной из гор она увидела какую-то черную точку. Сначала она была удивлена, но когда точка стала увеличиваться, Мария забеспокоилась. Тревога охватила её всю. Точка уже не была такой маленькой, как ранее, теперь она уже стала размером с грецкий орех. По форме это было нечто неземное, будто искривлённое пространство. Мария всматривалась, стараясь разглядеть, что же это такое. Другие люди в автобусе не обращали внимания на вид пейзажа, мелькающего в окнах... И тут, неожиданно для всех, в мозгу у каждого, кто ехал в автобусе, появился инородный голос, говорящий на неземном языке. Он сопровождался каким-то нереально сильным давлением, таким, что у каждого резко заболела голова. После короткого сообщения голос пропал. Все резко забеспокоились: в чём же причина? Откуда этот голос? И что он транслировал? Автобус доставил Марию к остановке, она дошла до дома родителей, но там никого не оказалось. Вещи были в беспорядке, словно родители в спешке куда-то собирались и уехали, не дождавшись её и не сообщив ей об этом. Она спешно стала звонить, но ни до кого не смогла дозвониться, у всех был будто отключен телефон. Тогда она попыталась дозвониться до подруги, но и у неё телефон был будто отключен. Стало ещё тревожнее... В памяти Марии вдруг резко стали мелькать моменты из её детства: как она бегала босиком по траве возле родительского дома, затем резкие скачки на чьи-то чужие воспоминания, которых не могло быть в её памяти, что ещё больше её встревожило. Она стала задыхаться от этого, сердце тарабанило, словно заяц своими лапками стучал по барабану! И тут снова воспоминания резко сменились на её родные, только вот они были будто переписаны кем-то, потому что этих моментов Мария совершенно не помнила: как она подошла к столу и взяла аудиокассету с какой-то записью. Изображение с надписью названия было будто намеренно стёрто с этикетки. Она стала судорожно искать свой старый кассетный аудио плеер, который ей в детстве подарил отец на день рождения. Но его нигде не было. Отчаявшись, она побежала на чердак, в надежде, что он там среди старых вещей. Чердак оказался заперт. Ей пришлось сбить замок, чтобы попасть в комнату, где все было пыльное и лежало будто тоже кто-то рылся. Такое ощущение, что этот плеер кто-то искал и забрал. Навряд ли он понадобился родителям. Она продолжала поиски, но всё тщетно. Устав искать, Мария спустилась вниз, чтобы заварить себе кофе, пока она ждала, её взгляд оказался на таинственном конверте, в котором явно что-то лежало имеющее внушительную толщину для простого письма. Вскрыв его она обнаружила там ту самую кассету из воспоминаний. «Интересно, на чём же послушать эту кассету?», — подумала Мария. И она вспомнила! О, Эврика! В спальне родителей должен был быть старый кассетный магнитофон! Она не дождавшись, пока закипит вода в чайнике, побежала с кассетой в спальню к родителям. Окинула взор на комнату, и увидела, что магнитофон пылился под газетой. «Наконец-то!», — подумала она! В спешке вставив кассету включила кнопку для воспроизведения записи. Вначале были будто голоса отдаленно напоминавшие родительские, только было не разобрать, что они говорили, а затем был ее голос, будто она что-то говорила на непонятном ей языке. Она попыталась вспомнить, почему он ей показался каким-то знакомым: в её памяти возник момент, будто соседский мальчик показывал ей какую-то тетрадь с записями на этом языке и они вместе пытались понять, что это значило. Было не так-то просто. Язык был явно неизвестным, потому что символы не напоминали ничего: ни китайские иероглифы, ни арабские. Она попыталась изобразить то, что смогла вспомнить. Долго думая-размышляя, она всё-таки пошла, чтобы заварить себе кофе.После второй чашки пришла кое-какая идея: она взяла зеркало и попробовала приложить к разным сторонам символа. И здесь словно транслятор извне подал ей информацию, что нужно вспомнить детство, нужно вспомнить, как она говорила на этом языке. Почему-то для неё это было скрыто. В её памяти, будто кто-то блокировал какой-то участок, отвечающий именно за тот период воспоминаний... И трансляция закончилась... Странно всё это было. Она напрягла память, и кое-какие фрагменты стали вспоминаться: как говорит с тем мальчиком на этом языке... Осталось только вспомнить перевод... И тут снова транслятор извне грубым и чётким, кратким голосом озвучил ей перевод. Это было, как оказалось, то же сообщение, что и транслировалось, когда она ехала в автобусе: «люди, покиньте вашу планету, иначе вы погибните при ударе внеземного тела». Всё встало на свои места. Это оказались не враждебные гости, они хотели помочь людям... Теперь нужно было как-то передать эту информацию, чтобы ей поверили. Но это уже уходило на второй план. Перед её глазами проходили моменты из всей её жизни...

24.07.24

 

P.S.

Все было как всегда, я уснул примерно в полдвенадцатого. Тиканье часов медленно переросло в тишину. Моя жена лежала рядом, отвернувшись на другой бок. Снова тишина. Я погрузился в сон.

  Все было, как всегда, но вдруг звонок, разбудил меня. Я вскочил, потёр глаза и посмотрел на телефон. Мне звонила жена. Я резко повернулся посмотрев на кровать, но жена спала. Сердце застучало сильнее, то ли от резкого пробуждения, то ли от непонимания происходящего.

Я взял трубку в надежде, что всё это ошибка оператора, но на другом конце провода послышался голос жены.

Я включил свет в комнате.

***

От чего жестока к нам

Жизнь  несправедливая?

Делим счастье пополам,

Все было как всегда, я уснул примерно в пол-двенадцатого. Тиканье часов медленно переросло в тишину, моя жена лежала рядом, отвернувшись на другой бок...Снова тишина, я погрузился в сон.

Все было как всегда, но вдруг звонок, разбудил меня, я вскочил, потёр глаза и посмотрел на телефон. Мне звонила жена и я резко повернулся, посмотрел на кровать-жена спала. Сердце застучало сильнее, то ли от резкого пробуждения, то ли от непонимания происходящего.

Я взял трубку, в надежде, что все это ошибка оператора,но на другом конце провода послышался голос жены.

Я включил свет в комнате; в трубке я слушал её голос, легкий холодок пробежал по телу...

Как так сложилось?

Люблю я поэтессу,

А сам слагаю через раз...

Не может ж быть такого,

Сегодня мне приснился сон, будто я с своей супругой не встретился в реале посвятил ей стих. Частично запомнил,частично дописал...

***

Я хочу тебя очень!

До слёз, до мороза по коже,

Моя любовь к тебе на вечность,

На руках у нас бесконечность,

Нет слов,чтоб выразить чувственность,

Наша любовь-уважение,честность.

Вся нежность отдана тебе,

И без тебя нет счастья мне.

Когда грустишь - и я подавлен,

Когда улыбка светит на лице,

Каждый миг без тебя - мука адская,

Хоть стреляйся, хоть вешайся,

Но когда ты со мной-небо ясное,

Хоть дожди, хоть снега! Хоть метель или вьюга!