Стихи Ольги Волошиной — самые популярные.

Ольга Волошина • 60 стихотворений
Читайте все стихи Ольги Волошиной онлайн.
Полное собрание стихотворений с комментариями и оценками.
ДАТА Все время
ЯНВ
ВЕФ
МАР
АПР
МАЙ
ИЮН
ИЮЛ
АВГ
СЕН
ОКТ
НОЯ
ДЕК
ПН
ВТ
СР
ЧТ
ПТ
СБ
ВС
ЖАНР Все
(Отрывок из поэмы "Купец")
 
В одной деревне маленькой
Жил мужичок старательный,
Да только что ни делал бы,
Всё к проку не вело.
Посеет рожь – вся высохнет,
Ячмень коровы вытопчут,
А овощи, коль вырастут,
Попортятся жучком.
В бездолье и безденежье
Влачил дела он горестно,
А брат его двоюродный
Был ловок и богат.
Не пашет и не сеет он,
А рожь сама колышется.
На печке век валяется,
А деньги валят в дом.
Весной у брата бедного
Лошадка захудалая
Зачахла, захворобилась
И вскоре померла.
А как весной без лошади?
Пошёл бедняк к богатому
Просить и в ножки кланяться,
Чтоб лошадь одолжил.
А брат его двоюродный,
Дымя в избе махоркою
И бражку попиваючи,
Лениво говорит:
 
– Иди-ка ты на пахоту,
Мою лошадку в яблоках
Найдёшь у дуба старого,
Её и забирай.
 
Бедняк скорей отправился
На поле. Глядь, а с лошадью
Стоит, как будто с собственной,
Нездешний паренёк.
Знать, вор на лошадь зарится!
Бедняк скорей схватил его
И, ловко поднатужившись,
На землю повалил:
 
– Ты кто? А ну-ка сказывай!
Не то прибью ворёныша.
 
– Пусти, не бей невинного!
Сейчас всё расскажу.
Я – Счастье Благодатное!
 
– Ты не морочь мне голову!
 
– Я Счастье брата Вашего.
Я Счастье, вот Вам крест.
Ведь сами же Вы знаете,
Что он бездельник, пьяница,
А блага так и сыплются.
Так это я тружусь.
 
– А где моё-то Счастие?
 
– Да вон – в кустах валяется.
 
Пустил он счастье братово,
Пошёл искать своё.
Глядит: оно валяется
За кустиком шиповника,
Храпит, ногою чешется
И спит невинным сном.
Бедняк взял палку крепкую
И как хлестнул с размаху-то,
Что взвыло Счастье бедное:
 
– Зачем ты бьёшь меня?
 
– Ещё брыкаться вздумало?
Вон Счастье брата трудится
В седьмом поту до вечера.
А ты тут спишь, лентяй!
 
–Не бей, а лучше выслушай!
 
– Вовек не оправдаешься!
 
– А всё ж позволь мне вымолвить.
 
– Ну, ладно, говори.
 
– Пахать я не приучено,
И сеять не училось я.
Ты жил бы лучше в городе
Да в лавке торговал.
 
– Да на какие грОши я
Поеду в город, глупенький?
 
– А ты возьми у жёнушки
Нарядный сарафан.
Продай. На эти денежки
Купи два новых платьица.
Продай. Четыре выкупи.
Я буду помогать.
Да помни! Часть десятую
От каждой новой прибыли
Не трать, а лучше бережно
Откладывай, копи.
Помочь попросят нищие –
Пожертвуй. Дело Божие.
Да только часть десятую
С полученных деньжат.
А более – не надобно
В их прорвищу бездонную,
Ведь бедность беспросветная
Не в кошельке – в умах.
А часть монет оставшихся
Пусти в дела торговые,
Другую часть – в семейные
Растраты на житьё.
С решеньем не затягивай:
Возникла искра новая –
Скорее, чтоб раздуть её,
Соломки подложи.
А то, пока ты думаешь,
Погаснет искра хрупкая,
Идея бесподобная
Останется мечтой.
Ну, что же ты расселся тут?
Сказал же: не затягивай!
Беги за сарафанами
И к делу приступай.
 
Скорее в избу старую
К жене, привыкшей к бедности,
Привыкшей к послушанию,
Бедняк тот побежал.
Поведал ей историю.
В слезах и с недоверием
Жена дала единственный
Нарядный сарафан
И все пожитки скромные
В сундук сложила маленький.
Мужик его немедленно
К телеге привязал.
Вдруг слышит плач неистовый.
Прислушался – из горницы.
А кто там может плакаться?
Они с женой – все здесь.
Мужик вернулся в горницу,
А там сидит заплаканный
Мальчишка лет двенадцати:
 
– Я Горюшко твоё.
Вы в город отправляетесь,
Меня, бедняжку, бросили.
Как жить мне, сиротиночке?
 
– Так полезай в сундук.
Ведь ты у нас родимое.
Как без тебя останемся?
Как нам прожить без Горюшка?
Подумай-ка, чудак.
 
В сундук залезло Горюшко,
Легло на дно калачиком.
Мужик цепями крепкими
Тотчас сундук сковал.
Повёз за рощу дальнюю
И под берёзой старою
На две косые сажени
Зарыл злосчастный клад.
Рыдало, выло Горюшко,
Молило слёзно выпустить.
Но нет, бедняк не сжалился,
Сундук не откопал.
Уехали. И в городе,
Подсказки Счастья слушая,
Своей разжились лошадью,
Купили вскоре дом.
Жена ходила модницей
В цветных нарядах, в жемчуге.
Копился потихонечку
В заначке капитал.
Тут прибыл брат двоюродный
К ним в гости попроведовать.
И как добро увидел он,
На лавку так и сел.
Опомнился, прокашлялся
И стал, хитря, расспрашивать,
Как так убогий, страждущий
Богатым стал купцом.
Мужик, за встречу выпивши,
Ему всю правду выложил
Про лошадь, Счастье, Горюшко
И где сундук зарыл.
Завидно стало братику.
Поехал он за рощу ту
И под берёзой старою
Нашёл зарытый клад.
Срубил он цепи крепкие –
На волю вышло Горюшко,
Протёрло глазки красные
И кинулось на грудь.
 
– Ну, не балУйся, глупое.
Иди-ка ты к хозяину,
Он уж заждался в городе.
 
– Ты, друг, так не шути.
Он, изверг, заковал меня.
А ты хороший, выпустил.
Теперь тебе прислуживать
Я буду весь мой век.
 
С тех пор тот брат завистливый
От Горя не открестится –
Везде слуга преследует
И верно платит долг.
Ударила в дом молния –
Сгорел дотла, как не было.
Сбежала жёнка с конюхом,
Скотинку душит хворь.
И даже в плодородный год
Ни плода нет на яблоньке,
А если что завяжется,
Сожрёт бесстыжий червь.
Мужик совсем отчаялся
И проклял долю горькую,
Пошёл бродяжить по миру
И сгинул без следа.
0

Берёзка

09.08.2018
В лучах светлейшего Дажбога (1)
Берёзку Мать сыра земля
Растит в любви своей, нестрого.
Среди богов она своя.
 
Стрибожьи внуки (2) вьются в косах,
Ярила (3) нежит теплотой,
Безжалостный перунов (4) посох
Её обходит стороной.
 
Коварный Велес (5) – змей крылатый –
Поит водою ключевой.
Встречая зори и закаты,
Берёзка нежится с семьёй.
 
…Сегодня день стоит негожий,
И плач с небес – потоком рек:
Сломил берёзку ту прохожий,
Забывший корни человек…
 
07. 07. 2018 г.
____________________________________________
1. Дажбог (Даждьбог) – славянский бог света, тепла и солнца, податель благ. Выражение «Дай Бог» – искажённое древнеславянское «Дажбог».
2. Стрибожьи внуки – так древние славяне называли ветры. Стрибог – бог ветров и воздуха.
3. Ярила – славянский бог весеннего солнца и плодородия, покровитель любви. Изображался прекрасным юношей в белых одеждах на белом коне.
4. Перун – славянский бог грозы, грома и молний, изображался в виде воина.
5. Велес (Волос) – покровитель домашнего скота и лесных зверей, бог богатства, правил подземным миром, владел источниками воды и душами умерших. Его представляли в образе крылатого змея, покрытого мехом и чешуёй, извергающего огонь из пасти.
(Отрывок из поэмы "Купец")
 
Жила у нас Матрёнушка
Вдовою бессемейною –
Муж умер, чад не нажили,
Не сватался никто.
И до того ленивая!
Бывает, даже по воду
Иль в холода в поленницу
Идти ей было лень.
Ходила в люд нечёсаной,
Платочком неприкрытая,
В одёже незаштопанной
И в стоптанных лаптях.
В хозяйстве только козочка,
Убогая, плешивая.
Посмотришь – и расстроишься:
Скелет, а не коза.
Весь двор зарос крапивою,
Ботва на грядках жухлая,
Висячей паутиною
Окутана изба.
В дому тряпьё разбросано,
Еда не приготовлена,
Посуда век немытая,
И с баней дружбы нет.
Её ругали бабоньки,
И поп учил. Да без толку –
Из корешка прогнившего
Не вырастить плода.
Зато в гостях попраздновать –
Её и звать не надобно:
Сама всегда напросится,
Чтоб задарма поесть.
На праздник разнарядится,
Пойдёт плясать, припрыгивать,
Поёт частушки резвые,
А голос, как труба.
 
– Я не буду время тратить
На уборку и стряпню.
Неужель себя, молодку,
Я в делах похороню?
 
Нет заботы у голубки
О шитье и пирогах.
Не беда, что в старой юбке,
Есть зато огонь в глазах.
 
Пусть меня народ ругает,
Пусть одна живу в дому,
Муж зато не донимает,
Не наводит кутерьму.
 
Вдруг стала поговаривать:
Мол, только приберёт в избе,
Наутро – пряжа спутана
И мусор по углам.
Мол, только каша сварится,
Уже стоит прокисшая;
Нет молока у козочки –
Как будто кто доил.
Смешно, когда бездельники
Винят в бездольных горестях
Царя, соседа, нАговор,
Да только не себя.
Конечно, ей не верили.
Придумает же, глупая!
Вдруг зимней ночью слышится
Истошный, дикий вопль.
Мы – люди любопытные:
Скорей обули валенки
И кинулись на улицу
Смотреть, кто там кричал.
Зима была строптивая,
Мороз серчал, потрескивал.
Гладим: Матрёнка босая
В рубахе на снегу
Стоит, как мел, белёсая.
Глаза, как блюдца, круглые.
Мычит и нервно крестится,
Людей не узнаёт.
Хотели отвезти её
К ней избу – упирается,
Царапает, кусается.
Видать, сошла с ума.
Её соседка Лидия
Взяла легонько под руку,
Шептала что-то на ухо
И отвела к себе.
К утру Матрёнка выспалась,
Хлебнула залпом горькую,
Прокашлялась, очухалась
И рассказала всё:
 
– Ложусь на печку, грешная.
Молиться неохота мне…
Укуталась тулупчиком
И стала засыпать.
Уж тёплый сон объял меня –
Мне снились кущи райские,
И пташки разнопёрые
Мне пели о любви…
Вдруг слышу: звуки странные
Доносятся из горницы,
Как будто кто-то возится
В открытом сундуке.
Тут ложки деревянные,
Гремя, на пол посыпались
(их на столе оставила –
Мне мыть их было лень).
Горшок с прокисшей кашею
Упал, разбился вдребезги.
А я лежу – не сдвинуться,
Как будто кто сковал.
Мне б вскрикнуть, да нет голоса.
Вдохнуть бы, да нет воздуха.
Лишь в страхе необузданном
Молюсь, молюсь, молюсь.
Луна в окошко глянула
(Видать, за тучкой пряталась) –
Тут тётку я увидела
И чуть не умерла.
Высокая, лохматая,
Глаза сверкают, щурятся,
Висят ручищи граблями,
И с тыкву голова.
Кудель схватила бешено
И рвёт, нещадно путает,
Взяла мой веник брошенный
И мусор размела.
Потом к двери отправилась
И сквозь неё, дубовую,
Прошла, запор не трогая,
И скрылась без следа.
Тут силы я почуяла,
Вдохнула воздух досыта;
Как кошка, с печки спрыгнула
И бросилась бежать.
 
Смеялись мы, шушукались:
В угаре, мол, пригрезилось!
Но тут Матрёнке Лидия,
Подумав, говорит:
 
– Да это ж Мокошь*, видимо,
В твоём дому куражится.
Ей поклонялись женщины
В былые времена.
И в родах, и в замужестве
Она – подруга первая.
И нить судьбы негаданной
Тайком в ночи прядёт.
Теперь устои прадедов
Покрыты мглой забвения,
Но нами позабытое
Из жизни не ушло.
И Мокошь невидимою
Живёт в дому по-прежнему.
Грязнулям и бездельницам
Она всегда вредит.
И всё, что ты поведала, –
То лишь цветочки, милая.
А ягодки смертельные
Созреют впереди.
Хозяйке же старательной
Она поможет с радостью:
Найдёт ей мужа верного,
С богатством и умом.
Поможет счастье вырастить,
Семью скрепить заботою,
Присмотрит за детишками
И пряжу напрядёт.
 
Да не поверишь: баба-то
Взялась за ум. Неслыханно!
Видать, и чертовщиною
Умеет Бог учить.
В тот день же дом начистила,
Ножами стол повыскребла,
С песком полы надраила –
Как новые, блестят.
Одёжа стала чистая –
Ни складки, ни дыриночки.
И не выходит из дому
Без красного платка.
Печёт ватрушки, шанежки,
В дому уж ни пылиночки:
Чуть свет – она уж с веником
И тряпкой половой.
С весны до поздней осени
На грядках – ни травиночки.
Обзавелась коровою,
Десятком поросят.
А как-то говорила мне:
Лишь ночью спать уляжется –
Всё слышит, будто в горнице
Жужжит веретено.
Правдивая ль история,
Иль выдумка досужая,
Пойди теперь угадывай,
А бабу – не узнать.
Матрёнка наша видная,
Румяная, холёная –
Всё есть, за что пощупать бы
Ночами мужичку.
Сам староста Илья Лукич
Весною к ней посватался –
Его жена той осенью
От хвори померла.
Была Дурной Матрёнкою,
Теперь – Матрёна Павловна.
Вот так порой меняются
Людишки на Руси.
 
______________________________
 
Мокошь (Макошь) — богиня в славянской мифологии, покровительница матерей и незамужних девиц, чей образ связывают с прядением и ткачеством, а также с судьбой и ремёслами.
0