- Всё-таки, Сашка, ты ужасно примитивно мыслишь, - Кит шагал чуть впереди меня, привычно подбрасывая левой рукой красный резиновый мячик. Не расстаётся с этим мячиком ни на минуту. Мама говорит, Кита он успокаивает.
- Докажи, - я не собирался уступать этому умнику. Да, у Кита нашли какое-то "нестандартное мышление", и он выиграл уже несколько олимпиад, но я-то знаю его с рождения. Все тринадцать лет.
Мы с Китом близнецы. Или, как говорят, двойняшки. Совсем непохожие: Кит темноволосый и узколицый, пальцы у него длинные, как у пианиста. А я русый, лицо круглое, да и пальцы у меня самые обычные. А еще Кит левша. В детстве мама, решившая, что он амбидекстр, пыталась Кита переучивать, насильно вставляя ему ложку в правую руку. Кит громко ревел и прятал руку за спину. Неизвестно, чем бы мамин педагогический эксперимент закончился, но однажды в самый его разгар пришла бабушка. Прижала к коленям икающего от рыданий Кита, бросившегося к ней, словно к последней надежде, посмотрела на готовую разрыдаться маму... В общем, эксперимент был прерван, а Кит получил разрешение использовать левую руку в качестве ведущей.
Наша непохожесть вызывает у некоторых мысли о том, что нас перепутали в роддоме. Но нет, мы - близнецы, самые что ни на есть настоящие. Иначе как объяснить то, что мы чувствуем друг друга даже на расстоянии. Когда мне вырезали аппендикс, Кит корчился от боли в животе. А я, заболев ветрянкой и не поехав с Китом в лагерь, по ночам непонятно ревел в подушку и ловил себя на мысли: "Хочу домой!", хотя дом - вот он, никуда не делся.
