Леонид Демиховский - авторская страница

Где вы, годы мои молодые?
Захожу раз в салон красоты я:  

"Подстригите мне рукти и ногти,

А волос, умоляю, не трогте:

Тут на мне их осталось, зараза,

На груди, в основном, да на гузке...”  

А народ на меня – лупоглазо,

Будто я говорю не по-русски...

***

Успехом не обязан я державе,

ворчавшей «на хрена мне сдался он»,

меня благословил старик Коржавин,

предупредив, что я не Аполлон,   


Писать всерьёз я слишком поздно начал:

пока без дела рифмами жонгли-

ровал (вот так), я опоздал к раздаче

сладкоголосых виртуальных лир,  

И мне достались крокодильи вилы...

Зато судьбою вышел не таков,

как тот поэт неведомый, но милый,

который всех любил без дураков.  

По жизни не философ я, а ритор,

куда вам, Демосфен или Марат:

на каждый оприходованный литр

приходится гирлянда из тирад,  

Мне, для атаки или для защиты,

знаком любой ораторский приём:

не для фасона намертво зашиты

куски свинца в гиматии моем!  

Я родом из начала нашей эры

и в этот мир без очереди влез

из тех времён, когда не знали меры

свободы. Но она имела вес.  

Морщинами мой лоб исполосован,

но прочно, словно железобетон,

я помню, как вначале было Слово,

Роскомнадзор пришёл уже потом...  

Венок из лавров - это для Сократов,

а мне, хоть я достоинств и не без,

не лавры и не истина награда.

А сам процесс.

*** 

Я в прошлом. Глупый и счастливый.
Весной по улице иду.

Вокруг меня сплошные взрывы

Деревьев в бешеном цвету,

Сухих ручьёв водоразделы

И птиц весёлых болтовня.

Но мне до них при этом дела,

Как им примерно до меня:

Не зрят глаза, не чуют уши,

Затяжка – плюнул и растёр...

Я хорошо весной контужен,

Мой угол зрения остёр:

Окурком в урну не промажу,

Но не услышу трубный глас...

Увижу Лену или Машу –

Тогда меняю только галс.

Я в настоящем. Хоть не все, и

Мой вид давно уже не лих –

Фемины на меня глазеют...

А я, как зеркало – на них...

Вещатель тривиальных истин,

Обрывок старых кинолент,

Их интерес ко мне корыстен,

Но это ли не комплимент?

Не щедро это ли, не мило ль,

На кой, сама не зная, ляд,

Небрежно зашибить эпилом

И бросить вслед контрольный взгляд?

Но я, увы, признаться должен

В том, что уверен на все сто:

Эпил - младая гладкость кожи

И запах, а не колдовство.

И храбрость юная вне спален

Гордиться формою груди...

А что они не показали...

На то причины есть, поди.

Кокетка! Нрав ее безбашен,

Она не роет глубоко...

Ей норов, ей не возраст важен,

Любви все возрасты поко...

И в светлом будущем, как прежде,

В обед, на ужин и с утра,

Весна, с чем вы её ни ешьте,

Ни вкус, ни свежесть не утра...

 
Геронт, отринутый весною,

С ней соглашается: туше!
А я с весною запасною

Ходить планирую в душе!

И, губы вытерев от супа,

Сам, без подсказки: добрый знак,

Пускай вставные – скалить зубы:

Всё не стальные, как-никак!

Неситесь, шалопаи, мимо

Дурное впитывать извне,

Как в детской книжице Акима:

Весна, весною, о весне...

Стишок мой зА душу не схватит,

Не покачнёт земную ось...

Да, он не песнь о Гайавате.

Но и не лимерик, небось!

Не будь я так безбожно скромен,

Возможно, расписался я б...

Кому не понабил оскомин

Ещё четырёхстопный ямб?

И мне набил: чернила вышли,

И лёгкость упорхнула вслед...

Пусть вместо мыслей будут мыШли,

Спустя ещё там сколько лет,

Но замечательно зато как

Хватать весенний воздух ртом,

Покуда шаг и стих мой лёгок...

А там - посмотрим, что потом!