Человек, внемли моей истории,
его любила, а может быть и нет.
Может, интересен мне был всего лишь его член.
Я вырвалась из сна,
где мы обсуждали Фромма.
Я ласкала твой член, пока цитировал ты мне письма Герцена.
Viva la Mort! Вот уж действительно торжество будущего.
Мне не важно уже, кто и как: ты или чревовещательная кукла.
Я знала одно.
В своем сне я летала,
бесцельно. Много. А может, и в поисках члена.
Может, кто-то расскажет мне новые изыски,
пока мои вопли будут тревожить ближайших морских птиц.
Но знаю одно:
мое тело, медленно выползающее
из пучины бесцельных дней,
что-то мне говорит.
Я не помню, что оно мне вещало.
Мой разум давно уже утих.
Я проснулась бесцельно во время минета,
слушая про ароматы виски Айлей.
Мне снилось, как лечу я над Будапештом,
прошу чревовещательную куклу порадовать меня минетом,
а потом...
Удар.
Кровь
и труп в Дунае.
Но он снова меня встретил,
после нападения с топором.
Я отнесла его до больницы,
но вдруг зазвонил телефон.
Я не помню, зачем я проснулась,
может, для очередной паршивой оргии…
Или для высокопарного обсуждения книг.
Я проснулась,
и, придя в себя,
осознала, что странно как-то это все:
мое бытие, как самки кролика,
в какую-то глубокую норму меня завело.
"Я оставил обезумевшую девушку,
прекратив объяснять, что знаю лишь я то,
что ничего не знаю."
Я проснулась,
и в ходе бесцельного дня,
увидела собственное падение.
Был ли он или я его убила.
Ушел он или вернулся.
Жизнь ускользнула.
и т.д., т.д., т.д.
