С Вероникой Берзин встретился, как они и договаривались, у крайней левой колонны здания. Зрителей на удивление было много, хотя Берзину фамилия исполнительницы романсов ничего не говорила. Может быть ее хорошо знали здесь, в Краснодарском крае? Он стоял на ступенях и смотрел выше голов толпившихся у входа людей. Три роскошные розы в руках Берзина привлекали внимание мужчин. Но с особой завистью смотрели на цветы женщины, которые пришли на концерт с кавалерами.
- Игорь Иванович! - послышался восхищенный голос.
Берзин обернулся и увидел Веронику. Девушка смотрела на цветы своими большими серыми глазами. Одета она была сейчас совершенно иначе. Не было привычных брючек и короткой маечки, в которых она всегда являлась на работу. Сейчас на Веронике было красивое легкое платье голубого цвета с серыми и синими цветочками. Это платье удивительно шло к серым глазам девушки, особенно, когда она их так восхищенно таращила, глядя на цветы. Берзин протянул Веронике розы, с улыбкой посмотрел как она бережно берет их, и, не удержавшись, наклонился.
- Ты сегодня удивительно красива, - тихо сказал он ей на ухо. - Я думал, что уже красивее ты быть не можешь, но как я ошибался!
С этими словами он решился, наконец, прикоснуться губами к девичьей щеке. Берзин почувствовал, как Вероника напряглась от его поцелуя. Потом расслабилась и подняла на мужчину свои большие глаза. От того, что она сейчас скажет, зависело многое.
- А ты сегодня так галантен, - тихо произнесла девушка. - Я думала, что уже галантнее ты и быть не можешь, но как я ошибалась.
Они рассмеялись. Вероника уткнулась лицом в цветы, наслаждаясь их ароматом, а Берзин, взяв ее под локоть, повлек к входу. Она сказала ему «ты». Как это много, всего лишь одно местоимение, а как много этим сказано. Он сказал ей «ты», она ответила тем же. И все ясно и ничего уже не надо объяснять. Как просто у людей бывает, когда они думают и чувствуют одинаково.
И потом, в зале, они сидел рядом в креслах, касаясь иногда друг друга локтями. И это чувство отдавалось внутри чем-то горячим. Ощущение, что ты можешь, имеешь уже право прикасаться локтем к локтю, наклоняться и шептать на ухо какие-то слова по ходу концерта. И при этом еще чуть касаться губами ее ушка. И видеть профиль Вероники и мягкую улыбку на ее лице, когда она чувствует прикосновение. И видеть, что ей не просто приятно, а что это особое ощущение. Ведь ей шепчет и касается невзначай губами ее ушка не просто мужчина, а ее мужчина. Который только что подарил ей цветы. И который сегодня утром пригласил ее на концерт. Мужчина, на которого она с самой весны смотрела и даже подумать не могла, что он обратит на нее внимание.
А потом он пришел с каким-то странным ожогом на руке. Грязный уставший, как будто с войны. Он ничего не рассказывал, и на мосту никто ничего не знал. Что произошло? А милейший, галантный, умный и красивый Игорь Иванович промолчал и отшутился. А потом он рассказывал веселые анекдоты, пока Вероника обрабатывала ему ожог. И он почти месяц ходил на перевязки и процедуры. Они подружились. И здоровались, и улыбались при встрече, а потом он позвал ее к себе в модуль в гости на стаканчик сока. И она стала заходить. Просто, как к другу. И видела, что таких друзей, как она, у Берзина нет. Здоровается и улыбается он многим, рукой машет, раскланивается, а вот так, как с ней, у него ни с кем... Или это лишь женская фантазия? Фантазия женщины, которая впервые и серьезно начала влюбляться в мужчину?
На улице давно уже стемнело, а они бродили по городу и разговаривали. Точнее говорила все время Вероника. Ей было легко и радостно, и она рассказывала: о себе, об учебе в колледже и даже в школе, о подругах. Она смущалась своего многословия и опускала лицо в розы, но Берзин обнимал ее, целовал в волосы и просил рассказывать еще. И эта его простота, почти дружеская ласка так нравилась Веронике, что ей хотелось провоцировать Игоря Ивановича на такие поцелуи еще и еще.
Игорь Иванович! Вероника не знала, как ей теперь называть Берзина и избегала обращаться к нему напрямую. Они ходили, сидели на лавках в парках, дважды заходили в кафе и пили кофе. Потом все кафе закрылись, а на улице стало прохладно. И Вероника подняла свои серые светлые чистые глаза и, сама удивляясь себе, пригласила Берзина в гости. И ничего страшного не произошло, и не разверзалась под ногами земля. А Игорь Иванович с радостью согласился.
И они пили чай за столом под большим красным абажуром и смотрели друг другу в глаза. И тогда Вероника решилась спросить, есть ли у ее гостя семья, жена, дети. Она даже замерла, стиснув ладошками чашку, в ожидании ответа. Вероника понимала, что этот ответ уже ничего не изменит, но она его ждала.
- Я не женат, моя хорошая, - мягко улыбнулся Берзин. - Нет, не думай, что я до тридцати восьми лет дожил и не разу не был женат, не влюблялся. Было, все было. И жена была, но мы разошлись восемь лет назад. Если интересно, то я тебе расскажу потом как-нибудь почему мы разошлись. А после... После развода все время было некогда. Не успевал толком познакомиться, как надо было ехать или лететь в командировку, и там было некогда. Так годы и пролетели. Вот такой я.
- Но это же неправильно, Игорь Иванович... Игорь, - тихо сказала Вероника. - Ведь у каждого человека должен быть дом, а в доме должен быть человек, который тебя ждет. Пусть даже недели и месяцы, но кто-то должен ждать мужчину.
Берзин встал, подошел к Веронике, поднял ее сильными руками за плечи. Она стояла, притихшая как воробышек с громко стучащим сердцем и смотрела в его глаза – сильного, но очень уставшего от одиночества человека. И когда Берзин начал ее целовать, а девушка просто сладко зажмурилась. И его губы, и его руки, всей ей нравилось, она так давно ждала этого. Она таяла и даже постанывала в голос, когда он целовал ее шею и обнимал за талию, и прикасался к ее пояснице.
А потом он просто поднял ее на руки и понес в спальню. Вероника прижалась к его щеке своей пунцовой щечкой и прошептала неслышно, просто шевельнула губами:
- Наконец-то...
