Сквозь широкоугольный объектив телевизионной камеры оператор
целился в иностранного поэта, журналистку с микрофоном и
переводчицу. Он искал ракурс, старался их, втроём, уместить
в одном кадре на общем плане. Съёмка проходила в кабинете
редакции. Реальные персонажи стояли на фоне открытого
просторного окна, за которым виднелись крыши модерных зданий,
антенны-тарелки, а глубоко внизу, на проспекте, угадывалось
упорядоченное муравьиное движение автомобилей и слабо
доносился шум города.
Гримёр тщательно пудрила исполнителям лица, чтобы
на экранах и мониторах участники интервью не казались
бледными и не бликовали под лучами прожекторов.
Оператор включил осветительный прибор, заполнил съёмочную площадку рисующим светом и дал знать, взмахом руки, что прямой эфир начался.
ЖУРНАЛИСТКА: Дорогой автор, мы, ваши читатели и почитатели, очень рады, что вы, наш любимый автор, наконец-то, вырвался в нашу страну.
ПЕРЕВОДЧИЦА: /заграничная речь/.............................
ПОЭТ: /зарубежная речь/......................................
ПЕРЕВОДЧИЦА: Я много хорошего слышал о вашей стране. Люблю
ваших классиков-литераторов... В колледже, изучая историю
вашей страны, получал отличные отметки... Я давно, давно
собирался к вам приехать... Но у меня было мало свободного
времени, был загружен ответственной работой. Сочинял
по заказу четыре поэмы одновременно... Издатель торопил
меня. Грозился наказать неустойкой. Говорил, что уже дал
рекламу по всему миру: и в журналах, и в газетах, и через интернет.
ЖУРНАЛИСТКА: Скажите, дорогой автор, а какая лирика больше всего преобладает в ваших творениях: любовная, гражданская, философская?
ПЕРЕВОДЧИЦА: /заграничная речь/..................................
ПОЭТ: /зарубежная речь/...................................
ПЕРЕВОДЧИЦА: Я пытаюсь, чтобы в каждой моей работе
высвечивались сразу несколько тематических видов лирики.
Это обогащает произведение, делает его нравственным... глубоким...
и вечным... Даже для дошкольников пишу не про зверят, а про космос
и чёрные дыры... Анализирую скоротечность бытия и не вечность
всего живого... Поклонникам нравятся мои поэмы, настоятельно
требуют продолжения, учат мои поэмы наизусть... И скажу, - скажу
только вам по секрету, - что скоро выйдет из печати моя
комедия-трилогия под названием "Десерт в ресторане "Реанимация"
на Центральном кладбище".
ЖУРНАЛИСТКА: Интересно... /Обращается к переводчице и трогает её блузку./ Интересно, это синтетика или хлопок?
ПЕРЕВОДЧИЦА: Вы что?! Конечно, хлопок!.. Я что - дура?.. Я боюсь аллергии!.. Я на себе ношу только натуральные ткани... тело дышит,
тело не потеет совсем. Троньте меня под мышкой. Сухо?
ЖУРНАЛИСТКА: /прикасается/ Вау! Дорогие зрители, под мышкой, в самом деле, совсем сухо!.. И фасон, вижу крутой. Ну, просто супер!
ПЕРЕВОДЧИЦА: Это - широкая блузка в стиле "Оверсайз".
ЖУРНАЛИСТКА: А рукава, как называются, - "рукава-крылышки"?
ПЕРЕВОДЧИЦА: Да нет же!.. Вы что слепая?.. Фу! Я терпеть не могу
"рукава-крылышки"!.. Мои любимые это - "рукава-фонарики"!..
Правда, прелесть?
ПОЭТ: /зарубежная речь/..............................
ЖУРНАЛИСТКА: /обращается к переводчице/ Он о чём?
ПЕРЕВОДЧИЦА: "О чём это мы?", - спрашивает.
ЖУРНАЛИСТКА: Ах, да!.. Скажите, дорогой автор, а сколько вам
было лет, когда решились на творчество?
ПЕРЕВОДЧИЦА: /заграничная речь/......................
ПОЭТ: /смеётся; зарубежная речь/...............................
ПЕРЕВОДЧИЦА: /смеётся/ Не помню. Но мама рассказывала.
что в пять лет я вдруг продекламировал такое: "Шёл медведь
по лесу, наступил ежу на ухо".
ЖУРНАЛИСТКА: Интересно.../обращается к переводчице/Интересный
цвет вашей помады. Кто производитель изделия?
ПЕРЕВОДЧИЦА: Вы что?.. Откуда вы свалились?.. Это же - "Шанель"!..
Помада стойкая, лёгкая... Присмотритесь, какой у неё сочный
оттенок... и перламутровые частицы вкраплены.
ЖУРНАЛИСТКА: Ой, можно я попробую?.. Ну, дайте! /Переводчица
достаёт из косметички помаду./Слегка, чуточку напомажусь.
Я много не израсходую,не волнуйтесь. /Она густо мажет губы./
Боже, я слышу даже приятный аромат!
ПЕРЕВОДЧИЦА: Кстати, эта помада с витаминами Е и С.
ЖУРНАЛИСТКА: Боже, какое чудо!.. Подарите её мне,
подарите! Ну, пожалуйста!.. Вот и зрители вас просят! Поглядите
в объектив телекамеры. Видите, как они дружно вам аплодируют?
ПЕРЕВОДЧИЦА: Уговорили.
ПОЭТ: /зарубежная речь/........................
ЖУРНАЛИСТКА: /обращается в переводчице/ Ему чиво?
ПЕРЕВОДЧИЦА: "О чём это мы?", - спрашивает.
ЖУРНАЛИСТКА: Ах, да!.. Дорогой автор, а какие ваши планы
на будущее? Какие новые работы ждут нас, читателей и почитателей?
Ну, откройте свои тайны. Не мучьте нас!
ПЕРЕВОДЧИЦА: /заграничная речь/...................
ПОЭТ: /оживился; зарубежная речь./..................................
ЖУРНАЛИСТКА: /обращается к переводчице; её голосом заглушается
ответ поэта./ А что это у вас за кулон на шее?
ПЕРЕВОДЧИЦА: О-о-о! Так это же изумруд, обрамлённый золотом!
ЖУРНАЛИСТКА: И откуда же у вас взялась такая красота
на золотой цепочке?
ПЕРЕВОДЧИЦА: Семейная реликвия... Досталась от прабабки...
Она ведь была баронессой.
ЖУРНАЛИСТКА: Интересно... Поподробнее... Ой, чувствую, убеждена,
будет материал-сенсация для грандиозного сюжета!
Переводчица и журналистка медленно пошли в сторону,
оператор панорамировал за ними; поэт остался за кадром,
был вне поля экрана телевизора.
Поэт продолжал с вдохновением о чём-то рассказывать
на иностранном языке.
