Холод был… Нет, не дикий, и не собачий, наоборот даже, какой-то осторожный, извиняющийся, одну за другой, медленно отнимающий последние частицы тепла. Я (насколько это было возможно), свернувшись калачиком, лежал на скамейке автобусной остановки, прикрывшись от снега пальто. Снег шел с самого утра, но примораживать стало только под вечер, а сейчас, ближе к полуночи, по земле уже бугрился едва припорошенный лед. В такую погоду, на пустой, пронизанной сквозняками тихой улице, самые условия, чтобы уснуть покрепче, но сон всё не шёл, и я, просто лежал на неудобных досках и, в который раз, проклинал тот злосчастный миг, что привел меня сюда, того «козла», что приложил к этому руку, и того дурака, что купился на его посулы. О блюстителях порядка, в любой момент могущих согнать, даже с этого, жалкого пристанища, думать не хотелось.
- Дядя, вам плохо?
Голос был детский. Я открыл глаза. Девочка. Лет восьми. Поздновато для таких встреч. Я очень этого не хотел, но все-таки сел и высунул из пальто взлохмаченную сальную голову, – еще пара недель такой жизни, и меня ни за что не отличишь от бомжа, уже не один год роющегося в помойках. Двигался я, как можно плавнее, чтобы не дай бог не напугать нежданную собеседницу.
- Может, вам помощь нужна? Я могу позвать кого-нибудь.
