Стихи Михаила Сенчихина — самые популярные.

Михаил Сенчихин • 213 стихотворений
Читайте все стихи Михаила Сенчихина онлайн.
Полное собрание стихотворений с комментариями и оценками.
ДАТА Все время
ЯНВ
ВЕФ
МАР
АПР
МАЙ
ИЮН
ИЮЛ
АВГ
СЕН
ОКТ
НОЯ
ДЕК
ПН
ВТ
СР
ЧТ
ПТ
СБ
ВС
ЖАНР Все
Зашевелилась твердь земная,
«Подарки» адские рождая.
На лоно тусклое эфира
Посланники иного мира:
Восстал не погребенный прах,
Сонм витязей давно убитых,
Костей смердящих и забытых,
Сожженный в ведьминых кострах.
 
Что видят очи: желтый тлен
На череп свой возносит шлем,
Защиту мертвой головы...
Гремят мечи и булавы.
Скрипят заржавлены кольчуги...
Их мертвые хватают руки.
 
В позеленевшие доспехи
Гнилые кости влезть хотят.
Глазницы пустотой глядят…
И сквозь останки, сквозь прорехи
Червей ссыпают наземь, змей
Герои прежних славных дней.
 
Ведьма:
Ну, что же, мой сердечный друг?
Внимай шипение гадюк!
Быть может, витязь, будешь рад
Вкусить их жал тлетворный яд?
Ты не познаешь бранной славы,
Лишь быстрый эликсир отравы
Проникнет в плоть твою, герой.
Клянусь, сегодня будешь мой!
 
О, раб бессмысленной Любови,
Твоей отведаю я крови!
Желудок мой давно не дремлет.
Глупец, котел тебя приемлет!
 
Святослав:
Господь, молю Тебя, Спаситель,
Да будет ангел мой хранитель
Со мною в час царящей тьмы...
Сюда, в обитель сатаны
Пришли его сберечь мне душу.
Христос, с Тобою зло разрушу!
 
Он щит подъемлет над собою,
Чтобы невидимой рукою
Незащищенной головой
Не внять удар свой роковой.
Коня пускает в гарцеванье,
Топча шипящие созданья.
 
При этом яростный булат
Восставших мертвецов отряд
Крушил… И вился прах во тьме,
И осаждался на земле.
А что - же ведьма?.. Щит героя
Все время видя пред собою,
Взывая к бесам и кляня
Юлой ходящего коня,
Крутилась возле то и дело,
Найти желая, где броня
Не защищает воина тело.
 
И демоническая сила,
Что ей подвластна, в щит лишь била.
Но витязя не удавалась
Свалить с коня иль ранить малость.
 
Меняла ведьма образ, лица:
То смерч, дракон, то дым, то львица,
То обнаженная девица
Парила сладострастно рядом,
Маня влекущим томным взглядом,
Раскрыв прелестные объятья…
То злобно сыпала проклятья,
Лишь таял мнимый вид прекрасный,
Являя облик безобразный.
 
Герой, орудуя мечом,
В мгновенья ведьму наблюдая,
Как та мелькала, пролетая,
Под щит пытаясь смерть пустить,
Сновала сверху, справа, слева
И умудрился разрубить
К прутам примотанное древо!
 
И ведьма – оземь… Кувырком,
В тряпье запутавшись, клубком,
Со страху вытаращив очи,
Главой, спиною, задом тощим,
Катилось камни сосчитав…
С коня склоняясь, её достав,
 
Герой за шею мертвой хваткой
Схватил железною перчаткой.
И плеткой отстегал изрядно,
И месть его была отрадна.
 
Метла уже не конь крылатый,
Не жезл (удача позади!),
Валялось палкой сучковатой…
Взмолилась ведьма: «Пощади!»
 
Святослав:
Я не оставлю тень сомненья:
Костер дарует очищенье
Сих мест от падшей в ад души…
В вертеп веди меня, спеши
Скорее, ведьма, к той несчастной,
Желанной пленнице прекрасной.
 
В вертепе за семью замками
Томилась та, кто знаем сами!
И ведьма в трепете вела
Героя в склеп, в обитель зла.
 
Колдунья подождёт расплаты…
Дух витязя – прочней булата.
Стремилась тьма в земные поры,
Боясь расплаты верной, скорой.
 
Метались филины и совы…
Круша каленые засовы,
Плечом с петель срывая двери,
Герой любви и сердцу верен,
Ворвался к узнице в темницу.
 
Красавица:
Мой Святослав!!!
 
Святослав:
…………………… Моя царица!!!
 
Красавица:
Пришел за мною, воин славный!
День избавления желанный
Принес непобедимый меч.
Я плакала… Но зло пресечь
Сумел мой витязь ненаглядный!
 
Святослав:
Любимая, мой меч булатный
Небесной Силой освящен.
Знай, сила русская с мечом
И верою непобедима!
 
Красавица:
Мой избавитель… Мой любимый,
Герой могучий и отважный!
 
Святослав:
Прости… От чар колдуньи страшной
Я уберечь тогда не смог.
Но ангела послал мне Бог…
Со мной был Христос-Спаситель.
И ведьма, черный похититель
Бессильна перед Богом нашим!
Пусть эта испытанья чаша,
Протянутая в скорбный час
Соединит навеки нас!
 
Любви нескорушимы узы.
Уста к устам, сердца союзны,
Сломив взаимным чувством зло,
Горят любовью и теплом.
 
Влюбленным нет теперь препонов!
Путь ныне к дому… На попоны
Усажена его краса…
И золотые волоса
Сверкают солнцем в ярком свете.
"Прости, поедем не в карете"!
 
Огонь сжег ведьму… Пепел вьется
И чисту полю достается.
А витязь со своей невестой
Покинул проклятое место.
КОНЕЦ
Магический кристалл или сфера* - необходимый атрибут ведьмы, т.н. "тайное зеркало" или "око" с помощью которого ведьма гадала и предсказывала, видела в реальном изображении или в виде символов необходимое в прошлом, настоящем и будущем.
Рассвет пронзает мглу времён
Над гробом, где Христос нетленный,
Пройдя сквозь смерть не покорён,
Спасение принёс Вселенной.
 
Пещера мрачная таит
Того, Кто создал мир и души.
Что – смерть? ... Что – гроба монолит?
Он во мгновение наружу
Исходит… Пелены лежат –
Следы Христова Воскресенья.
И стражники Его дрожа,
Безмолвствуют в оцепененье.
 
И, адовы врата разрушив,
Во гробе Бог оставив плоть,
Нисходит в ад… Там светлым душам
Дарует проповедь Господь.
 
Как в бездны шаг христов измерить?!
Наполнен светом адский мир...
Исход душ праведных из смерти,
Из мрака вечного в эфир
Внимает тьма, объята страхом,
Затрепетав перед Христом.
Бессилье зла… Всё пало прахом,
Что чёрным создано трудом.
 
Разверзнута Христом темница...
Времён и вечности излом!
За Иисусом, словно птицы,
Сверкая чистым серебром,
Бессчётные струятся души,
Великим счастием горя.
К ним ангелы парят радушны…
Блистай великая заря!
***
Века минули с тех событий,
Когда земли разверзлась твердь,
Когда воскрес Христос-Спаситель,
Сломивший ад, поправший смерть!
 
Мы, веру в Господа храня,
Себя святым знаменьем крестим,
Приветствие своё даря:
«Христо́с воскрес́, Христо́с воскрес́е!"
 
Ответ возносит радость дня,
Звучит благою, светлой вестью.
И тает на сердцах броня:
«Христос – вои́стину воскре́се!"
 
7.04.2018
0
Бесовский мир пред сильным жалок.
То руки бледные русалок
Тянулись к витязю из вод:
-Приди же, витязь, дева ждёт!
 
Они завлечь пытались пеньем...
Но Крёстным осенив Знаменьем
Пугал их воин молодой.
И вмиг ныряли с головой
Они в зелёные пучины…
 
То житель гибельной чужбины –
Косматый «человек» ужасный,
Лишь таял в дымке месяц ясный,
Дышащих влажностью болот,
Во тьме светящий гриб берет
И эхом витязя заводит,
Влечет в нехоженые топи…
 
То заколдованное древо
Хлестать пыталось справа, слева…
Но быстр в его руке булат.
И ветви с хрустом вниз летят.
 
То голос демонов порой
Тревожил сумрачный покой.
Но наш герой не ведал страха:
Жди, ведьма, гибельную плаху»!
 
Но, сзади топи, слава Богу!
Вертеп... Здесь – цель дороги.
 
Святослав:
Сюда, отродье сатаны!
Несу тебе забвенья сны,
Сожгу бесовскую округу,
Верни сейчас мою подругу!
Я жажду вбить тебе осину
В коростой скрюченную спину.
Для Святослава есть отрада
Вогнать тебя в обитель ада!
 
Ведьма:
О, витязь, проклят ты покоем!
Надменный, ты пришел за мною.
Но сил для утоленья злости
Не хватит… Ныне сложишь кости!
 
И ведьма взвилась, хохоча,
Заклятья страшные шепча...
 
Метла, как конь её послушный,
Пронзает с нею мрак воздушный,
Сквозит сквозь ночи пелену,
Порою заслонив луну…
 
Глаза – как угли, в них пожары!
О панцирь тут и там – удары.
Не видно чем… Со всех сторон…
Брони им вторил тяжкий стон.
 
Под мерзким карканьем ворон,
От воя выпи хохотавшей,
Взбесился конь его отважный,
Вращая бешено глаза,
Роняя пену, в страхе диком,
Напуган шумом, воем, рыком,
И молнией, что бьет гроза.
 
Поколебались даже горы,
Вершины резали просторы,
Терзая свод небес ночных...
Лавины ниспадали с них.
Средь дебрей мрачных и глухих,
Забытых Божьим провиденьем,
Где птиц лесных не слышно пенья,
Лишь рык и вой зверей ночных,
Вздымалась «Лысая гора»
От сотворения Вселенной…
 
Здесь, упиваясь властью тленной
И жаждой злата-серебра,
Хозяйка затхлого вертепа,
Ужасное исчадье склепа,
Церквам и людям - всем назло
Варила зелье… Ремеслом
Своим владела совершенно.
Служила князю мира верно.
 
То – безобразная старуха,
Хозяйка злобных, низших духов,
Низверженных рукой Господней,
Что восстают из преисподней,
Из бездны адовой неволи,
Мистической подвластны воле...
И замирает в страхе мир.
Готовит ведьма адский пир.
 
Здесь, в глубине её пещеры,
Где огоньки свечей горят
Хранила ведьма дивный клад…
Кристалл – магическая сфера* –
Связь с черной силой Люцифера.
 
Служил колдунье сей кристалл
Как наблюдательный портал:
Пронзал он время и пространство.
Не утаить ни град, ни царство.
Взирает "око" сквозь эфир
И – явь укрытый тайной мир!
 
Смрад поглощается дурманом.
Дымится череп фимиамом…
Из-под бровей её косматых
Глаза блестят зеленоваты,
Мерцая в тайном восхищенье…
Шар помутнел, затем свеченьем
Идущим изнутри объят.
В нем – символы… Ответил ад!
 
Снялась с пространства паутина
И тут же явная картина
Явилась перед нею в сфере:
Красавица! ...
Ведьма:
..................... Глазам не верю?!
Как глянец цвет чистейшей кожи.
Постой... Ужели?... Как похожа!...
Я прежде видела девицу
С лицом пленительным царицы!
Давно... Дай, Память, образ сей!
Все!.. Вспомнила!...
 
................. В один из дней
Далекой юности минувшей,
Когда девчонкой простодушной
Была старуха (век назад!),
Она, случайно бросив взгляд,
Тогда, в тот день узрела деву
Такой же дивной красоты.
Среди красивых королеву!
Тот образ разбудил мечты.
 
Восторг и зависти кипенье,
Неведомые от рожденья,
Сплелись, накрыли душу тьмой:
«О, красота, прибудь со мной.
Скорей войди в моё обличье.
Плачу душой своей девичьей»!
 
Тогда земли раздался стон...
Восстал перед ребенком он,
Тот, падший ангел, сын забвенья
Живым явился приведеньем.
 
Сатана:
Я пред тобой. Прими обет!
Тебе уже тринадцать лет.
А до семи дитё безгрешно,
Лепечет лишь тогда потешно.
Князь тьмы пришел к тебе на зов.
Сорви с души своей засов.
Красу и знания ведуньи
Дарую… Будешь ты колдунья!
Знай, силы тайные Природы:
Болезни, смерти, привороты,
Грозу, стихии, духов силы
Дарую самой до могилы,
Что будет через сотню лет.
Тому, кто сдержит свой обет
Дарю я даже Василиска…
Пиши же кровью мне расписку!
 
Отроковица:
Душа моя во власть гиены
Пойдет за это?!..
 
Сатана:
........................ Люди тленны!
Но ты вкусишь до гроба сласть:
Получишь красоту и власть!
Так цепь событий из сознанья
Всплыла… Порочному созданью
Тогда, в тот переломный день,
С Всевышним связи все разрушив,
Она свою вручила душу...
И солнце погрузилось в тень!
Гардаринского края мерзость.
Бесов мир и шипов без роз.
Стала лодка, песок разрезав.
И на берег сошел Христос.
 
Великан к ним бежал ужасный,
Нарушая земли покой.
И, склонясь пред Агнцем ясным,
Заревел человек нагой:
 
-Что тебе до меня, Сын Божий?
Ты страшнее, чем власть огня.
Мы трепещем, засев под кожей.
Заклинаю, не мучь меня! -
 
И иссякли бесовства вопли
Как под солнцем, палящим, снег.
И рогатые вмиг умолкли.
Одержимый вещал человек:
 
"От безмолвных могил и склепов,
Где пристанище воронья
К Иисусу Посланцу Неба
Божий голос призвал меня.
 
Там я жил среди змей и гадов.
Разрывал человечью плоть.
И не ведал иной отрады,
Покоренный великим злом.
 
Убивал земляка и брата.
Всяк, что виделся на пути
Становился моей наградой.
И никто не сумел уйти.
 
Сколько раз был как зверь отловлен.
И ревел в кандалах и цепях,
От сковавшей меня неволи,
Наводя на окрестность страх.
Я крушил кандалы о камни.
И клубилась гранита пыль.
Цепи грыз, разрывал руками,
Убегал туда, где гробы".
 
И промолвил Господь: -Отныне
Ты покинешь сии места.
Назови же свое нам имя...-
И раскрылись его уста.
 
Захрипела из недр человека
Тьма, рождая звериный стон:
"Божий Сын, от начала века
Знаешь - имя мне - Легион!
 
Это тело - для тьмы награда!
Нас не счесть наводнивших плоть.
Дай войти нам в свиное стадо,
А не в адский огонь, Господь"!
 
Прозвучали слова Христовы:
-Разрешаю, пусть будет так,
С одержимого, сняв оковы,
Все изыйдите в вечный мрак.
 
Содрогнулась толпа от смрада.
Тьма обрушила благодать.
И с обрыва метнулись стадо
В изумрудного моря гладь.
 
И сидел человек смиренный
Рядом с Господом Богом своим,
Властелином покорной Вселенной.
И народ изумлялся Им.
0
­­­Драккар разрезает Сену.
Упавший в могильную тишь,
Трепещет раскрытой веной,
Окутанный в страх, Париж.
 
Пришедшие с Севера люди -
Предвестники похорон.
Жизнь франка лежит на блюде
И к небу возносит стон.
 
А сзади Ла-Манша лента,
Впитавшая англов кровь.
В тумане над черной пеной
Застыл Альбион багров.
 
-Сдавайся, Париж треклятый!
Настал твой последний час.
Мы вырвем сердца и злато.
И Один прославит нас!
А если нас смерти жало
Отправит в загробный мир,
То примет страна Вальгалла,
Где ждёт бесконечный пир. -
 
Под сводами Сен-Жермена
Молитва и горький плач.
-О Боже, спаси от гнева.
Из фьердов пришел палач!
 
Грохочет топор тяжелый
В окованный медью щит.
Оплакивать будут жены
Порубленных им мужчин.
 
Таранит песчанный берег
Со скрипом дубовый киль.
Валькириям жутким верный
Норманн. И ветрам морским.
 
Как звери одетые в шкуры,
Бесстрашные как кабаны,
Ревущие словно буря,
Холодной страны сыны.
 
На лицах свирепых шрамы
Над густотой бород.
Сегодня топор Рагнара
Всю ярость свою прольет!
Слова Михаила Сенчихина
Музыка Валентины Дроцевич
Исп: вок-инстр. ансамбль «Серебряная Лира»
 
1
 
В синеву хмелящего тумана,
Дивную мелодию ловя,
Где мерцают звезды без обмана,
Выхожу послушать соловья.
Где мерцают звезды без обмана,
Выхожу послушать соловья.
 
2
 
Стылость рос не ощущая кожей,
Я плыву сквозь спящие луга.
Что же ты так сердце растревожил?
От чего душа изнемогла?
Что же ты так сердце растревожил?
От чего душа изнемогла?
 
3
 
Расплескался серебристой трелью,
Человечий слух заворожив.
На исходе тёплого апреля
О любви напевом расскажи.
На исходе тёплого апреля
О любви напевом расскажи.
 
4
 
Расскажи о том, как ждёшь подругу,
Как обнимешь ласково крылом.
Пусть узнает сонная округа,
Как ты даришь ласку и тепло.
Пусть узнает сонная округа
Как ты даришь ласку и тепло.
 
5
 
Месяц золотой бледней и тоньше
Угасает в дремлющей листве…
Обнимает ивовую рощу
Неспеша малиновый рассвет.
Обнимает ивовую рощу
Неспеша малиновый рассвет.
сатана: «Тебе дам власть над всеми сими царствами и славу их, ибо она предана мне, и я, кому хочу, даю
её; итак, если Ты поклонишься мне, то всё будет Твоё» (Лк. 4:6-7)
Христос: «отойди от Меня, сатана; написано: Господу Богу твоему поклоняйся, и Ему одному служи» (Лк. 4:8)
 
И бес к лукавству хитрый, падкий,
С пустынных мест берет Христа.
К вершинам гор, что в снежных шапках,
Стрелой Его несёт тогда
 
Сквозь дымку сизую эфира,
Чтоб показать всю славу мира,
Христу с заоблачных высот,
С безбрежностью его красот.
 
И говорит Ему: "Все это -
Мой трон, мой дом, моя планета!
Мою бесценную державу,
Со всеми царствами и славой,
Весь мир, чем я владею сам
Тебе во власть я передам!
 
Пойми, Христос, все злато мира
Сложу сейчас к Твоим ногам,
Желанным станешь Ты кумиром,
Мечтою всех прелестных дам.
 
Твое сердцах их будет имя.
Учти, что станешь Ты отныне
Навеки главным из царей,
Чьи ноги по Земле ступали.
Об этой власти мечтали
Никто из духов и людей.
 
Все необъятные просторы
Под власть христову попадут.
Тебе на верность присягнут
Всех царств надменные короны.
 
Весь мир безмерный будет Твой,
Дышать и жить Твоей судьбою...
Ты только знак пошли простой -
Склони колени предо мною!!!"
 
Но сатане Христос ответил:
"Господь - владыка всем на свете
(Пред Богом - пыль людские троны!),
И лишь Ему клади поклоны.
 
Об этом сказано в Писанье.
Бессмысленны твои старанья
Лукавства хитрые плести,
Прочь от Меня ты отойди."
 
И исчерпав все искушенья,
Лукавый, темный раб забвенья,
Утратив все свои надежды,
В бессильной злобе, как и прежде,
Бежал с позором в лоно мрака,
Христом побитый, как собака.
А Иисус - душ исцелитель
В сей мир вошел, как Царь-Спаситель.
 
видео: В. Ченцова.
стихи: М. Сенчихина, читает автор
 
 
Посвящается Великому Наместнику Псково-Печерского монастыря, отцу Алипию (Ивану Воронову), фронтовику и монаху-воину, мужеством и волей которого ни на один день не был закрыт монастырь.
Батальон истекает кровью.
Хрипы, всюду предсмертный стон.
Сталь безжалостно землю роет.
Снова танки! ... Со всех сторон!
 
Потеряли мы счет атакам…
Каждый метр земли обагрен.
И крушат гусеничные траки
Наши кости и мерзлый дерн.
***
А до этого шло «веселье».
Чуть развеялась в небе мгла,
«Мессер» дьявольской «каруселью»
Диким воем сводил с ума.
 
Мы, впитавшие злость и копоть,
Сжав до боли свои виски,
Грызли землю на дне окопов,
Разрываемые на куски.
***
«Дегтярев» обжигает пальцы,
Перегревшись, змеей шипит.
«Целься в баки точнее, Мальцев …
Замените его! … Убит».
 
«Ваня… Воронов, бей братишка!
А иначе нам всем хана» …
Точный выстрел… Дымится… Крышка.
«Танки сзади обходят нас!»
 
Комиссар с побледневшей кожей,
Что «уставом» бойцам грозил,
Плачет рядом: «Помилуй, Боже!
Умоляю Тебя, спаси!»*
 
Я не жив и не мертв… Такое
Не привидится и во сне:
Он, дрожащей крестясь рукою,
Бросил свой партбилет на снег.
 
Мысль, разрезала в миг сознанье,
Обозначив: «Коль буду жив,
То клянусь пред Небом и Знаменем –
Путь мой к Господу в храм лежит!»
 
Мы от самой Москвы к Берлину,
Стиснув зубы, сквозь жуть и гарь
Кровь месили с песком и глиной,
Разукрашивали снега.
 
Через бойню земного ада,
Хороня боевых друзей,
Я к Великой пришел отраде
Вдоль по огненной полосе.
***
Паства: фронт повидавшие люди,
И прошедшие лагеря.
Путь былой и суров, и труден.
К Богу ныне сердца горят!
 
Монастырь… Здесь иная битва.
Путь к Спасителю не пресечь!
Души здесь во едино свиты.
Боже Правый – наш щит и меч!
 
Атеизм – молох бездны черной,
Всех святынь растоптав места,
Посрамлён на земле Печеры.**
Не замолкнут Её уста!
____________________________________
 
* «Представьте себе: идет жестокий бой, на нашу передовую лезут, сминая все на своем пути, немецкие танки, и вот в этом кромешном аду я вдруг вижу, как наш батальонный комиссар сорвал с головы каску, рухнул на колени и стал… молиться. Да-да, плача, он бормотал полузабытые с детства слова молитвы, прося у Всевышнего, Которого он еще вчера третировал, пощады и спасения. И понял я тогда: у каждого человека в душе Бог, к Которому он когда-нибудь да придет…”»
 
** « … были взорваны, закрыты, переоборудованы под склады и машинно-тракторные станции тысячи соборов и храмов. Упразднена большая часть высших духовных учебных заведений. Разогнаны почти все монастыри. Множество священников оказались в тюрьмах. На территории России действующими оставались лишь две обители — Троице-Сергиева лавра, вынужденно сохраняемая властями как церковная резервация для показа иностранцам, и провинциальный Псково-Печерский монастырь. Здесь против могущественной силы атеистического государства выступил Великий Наместник. И, что самое прекрасное, он победил!
В те годы вся гонимая Русская Церковь следила за исходом этого неравного поединка. Вести из Печор передавались из уст в уста, а позже участники и очевидцы тех событий записали свои свидетельства.
Вот лишь некоторые хроники этих, давних уже, сражений.
Зимним вечером в кабинет отца Алипия вошли несколько человек в штатском и вручили официальное постановление: Псково-Печерский монастырь объявлялся закрытым. Наместнику предписывалось уведомить об этом братию. Ознакомившись с документом, отец Алипий на глазах у чиновников бросил бумаги в жарко пылающий камин. Остолбеневшим посетителям он спокойно пояснил:
— Лучше я приму мученическую смерть, но монастырь не закрою.
К слову сказать, сожженный документ являлся постановлением Правительства СССР и под ним стояла подпись Н. С. Хрущева.» Из книги архим. Тихона (Шевкунова) «Несвятые святые и другие рассказы».
Град святой, пророков карающий,
Стал судилищем неспроста,
Опустился до мерзкого капища,
Главной жертвой избрав Христа.
***
Тьма… Куражась, народ беснуется.
В их глазах – адских бездн огни.
Фарисеи, да чернь на улицах,
Распалившись, ревут: «Распни!!!»
 
И Пилат, изумлён продажностью,
Возражал им в тот страшный час.
Но единым был голос каждого:
«Кровь Его – навсегда на нас!»
 
«Кто вам нужен: убийца иль праведник?
Ваш закон одного простит» …
«Умертвить Назарянина вправе мы!
А Варавву ты отпусти».
 
Лишь язычник, Пилат сострадателен…
Глас толпы – словно змей укус!
Впились в Понтия взоры предателей,
Тех, кого просвещал Иисус.
 
Закипало огнем смятение,
Взбудораженностью толпы.
Умывая руки в сомнении,
«Богоизбранным» он уступил…
 
Гвозди плоть пробивают Божию.
И глумится, скривив уста,
Иудейство с бесо́вством схожее,
Над страданиями Христа.
 
Чернь разнуздана озверелая,
Утопая в грязи страстей…
Время сломлено… Тело белое
Сына Божия – на Кресте.
 
Содрогнулась гора Сионская.
Мир, обрушившийся, поник.
И, угаснув багровой полоскою,
Скрылся в трауре Солнца диск.
***
Град святой, Христа убивающий,
Все святое поправший сам,
Превращён фарисеями в капище,
Иисуса предавший псам.
 
Проанализируем ситуацию
1. С юридической точки зрения. Показательно, что язычник-прокуратор (прокурор и одновременно верховный судья в современном понимании) единственный проявил милосердие и сострадание к осуждаемому, в отличии от всех, т.н. богоизбранных. Он трижды пытался, используя закон иудеев, полностью оправдать осуждённого... Подобный факт - единственный случай в юриспруденции за всю историю существования человечества! Прокурор - по статусу обвинитель - выступал в роли оправдателя. Толпа - по сути - тысячи присяжных (ибо их мнение оказалось главенствующим) единогласно требовали вынести смертный приговор!!!
2. Сопоставим степень греха Иуды (богопредательство) и иудеев (требование богоубийства). Иуда поддался внушению лично сатаны, главного мастера лукавства. А толпа пошла на поводу у таких же как и они людей, но более образованных (фарисеев)... Степень воздействия фарисеев на сознание (множества) гораздо слабее, чем сатаны на одного человека.
Выводы:
1. Пилат-язычник оказался духовно и этически выше иудейского народа.
2. Грех на иудеях не меньший, если не больший, чем на Иуде.
0