Стихи Саши Неместный — самые популярные.

Саша Неместный • 201 стихотворение
Читайте все стихи Саши Неместный онлайн.
Полное собрание стихотворений с комментариями и оценками.
ДАТА Все время
ЯНВ
ВЕФ
МАР
АПР
МАЙ
ИЮН
ИЮЛ
АВГ
СЕН
ОКТ
НОЯ
ДЕК
ПН
ВТ
СР
ЧТ
ПТ
СБ
ВС
ЖАНР Все

Муром

17.01.2022
Когда вороны соблазна клюют на рассвете мак с куполов церквей,
И нужен герой — избавить уезд от ворон,
Из муромского коттеджа выходит Добрыня Горыныч, сиамский батырозмей,
Зомбированный добром.
 
Добрыня Горыныч чует запах вражьих носков, нагулянные жиры,
И, чтобы нечисть исчезла во тьме без следа,
Снимает крестик, на нём остаётся пояс неверности, кольчуга из кожи рыб,
Стальные трусы стыда.
 
Потом вертикально взлетает стрелой, однокрылый, лихой — к небесным снам в лабиринт,
На пендели и тумаки беспощаден и скор.
Победа грядёт заранее — букмекеры ставят сто к одному, но один всегда победит —
Традиция и поп-корн.
 
А после праведной битвы со злом, естественно, пир горой,
И горы рожают крыс, победитель пьёт морс.
Тот, кто Добрыня — щиплет девок, вполне доволен собой,
Тот, кто Горыныч — мурлычет заморский попс.
 
Добрыня Горыныч когда-то мутировал словом и делом в подпольных гражданских боях,
Потом закаляться стал и был Спартаком распят,
Однако воскрес
И двинулся в Мурманск, но вышел в Муром — сиё предсказал Боян
Две тысячи лет назад.
тихо
медленно
и нельзя по-другому
разгоняю время с нуля
добавляю нейтрон к протону
создаю элемент случайного
намечаю частицу фатума
но это после
пока
отделяю атом от атома
черное от белого
тьму от света
звезду от звезды
низ от верха
луны от солнц
небеса от воды
мыслю как сделать так
чтобы было кому делиться на два
расти побегом
ползти плыть лететь
но пока плююсь лавой и пеплом
сотрясаю твердь
скоро дойду до самого интересного
буду распределять
кто должен чирикать
рычать шипеть
а кто — просто жужжать
глубже дальше выше
к сложному от простого
да
еще надо дать всему имена
расщепить Слово
 
указать этим большим и малым
кто поживет и вымрет
а кто — будет главным
 
знаю
за раз такого не выдумать
шаг за шагом
терпеть
быть упорным
не почивать от дел
думать — какую придать форму
чем я их всех укреплю
чем успокою?
 
уже третий день
ношу в своем чреве китов
и их — трое

Осколки

18.01.2021
В снежных дворцах, в зимах наших тревог,
Где твой герой - полумиф/полубог,
Трудно ребенком остаться.
Герда/Дюймовочка/Пеппи/Суок,
Чайная роза и майский цветок,
Скоро тебе восемнадцать.
 
Кто за соперников? Двор толстяков,
Стайка лягух, закоулок кротов...
Их легион, но не римский.
Как тут догонишь/спасешь/сохранишь?
Окна в Париж, а хоромы без крыш,
Крыши ушли по-английски.
 
Принца друзья заслоняют стеной,
Хвалят. И трудно остаться собой.
- Эй! Покажи им всем, парень!
Мертвую воду считает живой,
Ну а иначе какой он герой
Темных рабочих окраин?
 
Тянет на подвиг потерянный страх.
Холод в груди или бревна в глазах -
Катятся жизни салазки.
Он не пришел.
И зажглись фонари.
Свет мой, принцесса, молись, не дури,
Может, случится, как в сказке?
 
Где на исходе тринадцати лун
Полный отбой в тридевятом углу -
Смерть злобно прячет иголку.
В сны отложив роковую игру,
Он прикоснется губами к теплу
И растворятся осколки.
Малохольная избушка
Где-то в глубине степей.
Грязь на окнах, свет потушен,
Пусто, сиро, нет людей.
 
В тёмных и холодных сенцах
Дремлют вол, овца, осёл.
Взяв Марию и младенца,
Кутный бог гулять ушёл.
 
Зарастают злом дороги,
Степь лежит без лишних слов.
У избушки стынут ноги
Где-то в глубине лесов.
 
В гости к черепам на кольях
Лезут ковыли и сныть,
И над всей страною полночь.
Как такое может быть?
 
В Петербурге и Коломне,
Магадане и Твери,
Всюду — полночь, полночь, полночь,
И летают упыри.
 
Наступает Кали-юга,
Плейстоцен и Третий Рим,
Входит полоумный Рюрик
И валькирии за ним.
 
То трубят, то пляшут тени,
То нагие, то в пальто.
Входят греки, иудеи,
Скифы, гунны, чёрт-те кто.
 
Входит обнулённый Пушкин
Сквозь февральскую метель.
И стоит теперь избушка
Где-то в вечной мерзлоте.
 
Входят мавры, египтяне,
Вурдалаки и вожди,
Зомби, инопланетяне,
Всё равно тебе водить.
 
На излёте, на исходе
Лобызаются в уста.
Входят, входят, входят, входят,
Но изба совсем пуста.
 
Ты садись в пресветлый угол,
Закрывай свои глаза.
Точит нож небесный Углич,
Строит аэровокзал.
 
Будет каждому по вере,
Будет божия роса,
И пойдёт писать губерня
Да указами бросать.
 
Мать-земля кивает шейкой
и по кругу — раз-два-три —
Бьётся, радужная, в шейке,
И комаринской пылит.
 
Ах вы, сени, мои сени,
Вы пляшите от бедра,
До последнего веселья,
До последнего ведра.
 
Никуда теперь не деться,
Не очнуться всё равно,
Над замёрзнувшим младенецем
Разорвав свою гармонь.
0
Зверь с жертвой не встретится,
Огонь больше он не отдаст.
Зверь с жертвой не встретится,
Хоть мир, без сомнения, тесен.
Дьявол — одно из имен господа нашего, но
Не раскрывайся женщине — предаст.
Раскрывшись, станешь ей неинтересен.
 
(На берегу пустынном, в камышах
Обгладываю кисть его руки.
Он еще дышит)
 
Но дикая собака лижет
Холодный пот со лба. Пёс мне знакомый —
Последний девственник в стране бескрылых ос.
О, Никанор, постой, тебя я вижу —
"Забредший в сердце сирый пес бездомный",
Я знаю, кто ты, андалузский пёс.
 
Ты думаешь, что море отступает,
Она к тебе придёт в начале ночи?
Ну думай,
Например вот так —
Моя красавица, моя Мадонна.
Но помни:
Ты на Луне, а я — испанский лётчик.
 
(Я розой красной в синем небе возникаю,
Но лов тунца — вот страсть, что душу гложет
И если на мне платье — будь рукою,
Срывающей чулки с прекрасной кожи.
Я за роялем голая, вся в белом.
Всё мне к лицу,
он в меня взлядом входит)
 
И вся спина у этой суки сзади.
И тут она встает в предложном роде,
Желанная в такое время года.
Я опускаюсь, бёдра пахнут хлебом...
 
(А, Никанор, прелестная погода:
Над всей Испанией безоблачное небо).
0
Ах, ликуйте, цикады и нимфы души!
Разнесите счастливую весть:
Милый друг Дионис, с олимпийских вершин
Мы пришли навестить тебя здесь.
 
Посмотри, как идиллия сходит в сей мир,
Как природа от снов восстаёт.
Так достанем из сумок оливки и сыр,
Так достанем ягнёнка и мёд.
 
Ах, сиреневый зной, муравьиный покой,
Ах, берёзки, рябинки, дубки!
Под чинарой густой панасоник младой
Солнцу гимны поёт о любви.
 
На полянке стоит недопитый портвейн
Откатился допитый портвейн.
Чей-то смех раздаётся в зелёной листве,
Чьи-то стоны в ожившей траве.
 
Чья одежда висит на могучем суку?
Чьи трусы, прикрывавшие стыд?
Ярко-красный комбайн на другом берегу
Бледно-жёлтую рожь молоти́т.
 
Самолетик парит в голубом далеке,
Стрекоза совершает полёт...
То наяда сбегает к прозрачной реке,
То сатир за кустами мелькнёт.
 
Вечереет. Стихает дневной водоём,
Где-то стадо устало мычит.
Колесница стоит, светят фары её,
И зовут в мегаполис лучи.
 
Милый друг Дионис, заметаем следы.
Скрылись фавны, дриад больше нет,
Лишь забытый купальник в песке у воды,
Да панамка грустит на бревне.
лишь заляжешь муреной в морскую пещеру с недельным запасом
где плюс пять и плюс двадцать и плюс сорок
чтобы наверняка
 
тут же бывшая ловит на червяка
пора мол
отбраконьерить закон
приходи — говорит — порыбачь в мою гавань
не поверишь — я видала приличных сомов
 
искушения сливки льются струйкой и их легион
остается добавить по вкусу
соли с перцем
в первобытный бульон
 
отвечаю
гостем буду тебе
на безрачье явлюсь замутить водоём
вниз-вверх
куда ты шагаешь левой
сердце моё?
 
раздразверен и нелюдим
тикает заведён
будильник в моей груди
 
над нектаром летают осы
и приснится же несбылось
 
одновыдр
парабобр
обоюдоверблюден
в сновидениях не искусен
прозвенит как —
куда я проснусь?
 
да однажды
я был крылат
но потом ты открыла
холодильник своей души
и мы вместе звёзды тушили
заискрившихся чувств
мутным льдом
пока жизнь не осталась в котомке
нищего без дороги
и клетка
не открылось вверх дном
тут прозрел ибо видел — играешь с орлом в подкидного
 
в дальнем грохоте темноты
всё живое восстало из
 
время выбора — снизойти/вознестись?
0