Сказал один верховный командир:
Свобода слова, в русском языке,
Отныне заключается в кавычки.
И правило сие внести в привычки
Стоит, ведь банковская карта "Мир"
И та, имеет вес лишь на руке,
Чей мир, как атлас, приземленно низкий,
Как ставка на доступное жилье.
А я привык все фишки на zero!
И цель моя с лихвою покрывает риски.
Судьбу вверяю колесу фортуны,
Но таро на доске всегда мои,
Я! извлекаю звук, не струны.
Они сердечный инструмент души,
С звучаньем теплым, семиструнным,
Мурашками вползающим в нутро
И плоский мир кромсающий на сто,
На миллиарды солнечных систем,
Ведь каждому своя - сказал бы Лем, -
И жизнь своя, и на орбите луны.
И сединой из головы не выгнать беса,
Коль знанья плоские, как деньги, а комфорт -
Где мягче жопам и в избытке секса.
У общества сякого не входит в обиход
Творить, лишь зарабатывать и тратить,
Оправдывать патриотизмом армий строй,
Бухать, винить других, рожать и грабить,
Жужжать, как жалкий и безжалый рой,
NEMAGов по незнанью предавать суду,
Когда как рыжих дев священному огню,
Испепеляющему веру в материальность слов.
И всем мечтателям придет тогда прогресс.
Спасибо за инфу, вы были правы, Герберт Уэллс.
Незнанье делает из нас отчаянных глупцов,
Сквозь страх и опыт к мудрости идущих,
Но стоит соблазниться тенью миража,
Границами свободы власть имущих,
И ряха треснет от запросов живота,
А разумы заменит умный гаджет.
Okay, скажи, что значит верить в чудеса?
Вопрос не верен. Быть может - расписанье дня?
Как Бендер плут хитер! Вот гад же!
И высшие образования ложных знаний
Взрастут быстрей неизлечимых метастаз,
И отражения зеркальных искажений
"Считать за норму!" - издадут указ.
Невежды вожделеют время жатвы
Не ведая, что сея в землю зло
Взойдут кресты, и больше ничего
От солнца не отбросит истинную тень
В миру, где слово заключают в плен.
И ветром станут рыцарские клятвы,
Сказанья о героях обратятся в пыль
И с опаленных книжных стеллажей
Драконы канут в историческую быль,
Сгниют в гробницах памяти людей.
Все это ложь! Волна антиутопий,
Накрывшая в загоне блеющих овец,
С отливом обнажит уродливый рубец,
Как шрам от милосердных копий,
Мощами вымощенный Вифлеем.
И вновь, отведав плоти рок звезды,
Фанаты возжелают зрелищ на арене,
Чтоб в хлебных крошках рты! и в пене!
Но, как всегда, останутся ни с чем,
Без веры в бескорыстность доброты.
