Стихи Анатолия Чертенкова — самые популярные.

Анатолий Чертенков • 307 стихотворений
Читайте все стихи Анатолия Чертенкова онлайн.
Полное собрание стихотворений с комментариями и оценками.
ДАТА Все время
ЯНВ
ВЕФ
МАР
АПР
МАЙ
ИЮН
ИЮЛ
АВГ
СЕН
ОКТ
НОЯ
ДЕК
ПН
ВТ
СР
ЧТ
ПТ
СБ
ВС
ЖАНР Все
«Автограф»  – это Тихвинское литературно – творческое объединение, или просто ЛИТО «Автограф», место прописки которого Тихвинский районный дом культуры.

В этом году ему исполняется 15 лет и 25 лет литературно-художественному  альманаху «Провинциал».
Но прежде вспомним имена авторов, покинувших нас навсегда.
Вячеслав Кузнецов, Иван Крупейченко, Валентина Антонова,
Александр Стрельченко Владислав Райский, Анатолий Цветаев,
Василий Борисенко, Анатолий Завгородний,  Николай Шаталкин,
Елена Залевская,  Анатолий Евсеенко. Николай Семьянов, Наталья Тесленко, Игорь Долгов, Владимир Стулов, Андрей Романов…

ВЕЧНАЯ ИМ ПАМЯТЬ!

Вечная память Сергею Воронину, благословившему «Провинциал» в далёком теперь уже 1990 г.
Вечная память не дожившим до сегодняшнего дня!

Предыстория:

Идея иметь собственное издание в Тихвине родилась на очередном собрании пишущей братии в 1988 г.
В то время неформальным руководителем тихвинских литераторов был А.Я.Евсеенко, на квартире которого, тогда уже больного человека,  они и собирались.
Анатолий Яковлевич Евсеенко был первым редактором самиздатовского альманаха  «Провинциал», а его создателем  и редактором следующих выпусков – Анатолий Александрович Чертенков,  заместителем редактора  – Виктор Алексеевич Тихомиров, впоследствии редактор многочисленных поэтических рубрик и антологий.
Официально, в соответствии с Законом о печати тогда ещё Советского Союза,  литературно-художественный альманах «Провинциал»  зарегистрирован 20 ноября 1990г. (св. № 2),
Вторая его регистрация произошла  3 февраля 1992 г. (св. №128), в соответствии с Законом о печати  РФ.
Большую помощь тихвинским литераторам оказывал отдел культуры  города Тихвина,  в лице его тогдашнего  председателя А.Г. Рыжова.
 Вышло 4 выпуска «Провинциала» и 23 его «Приложения»,
«Провинциал» считается одним из первых литературных изданий перестроечного периода. Его первые два официальных выпуска увидели свет в 1990 году тиражом по 11000 экземпляров..
Официально, в соответствии с Законом о печати тогда ещё Советского Союза,  литературно-художественный альманах «Провинциал»  зарегистрирован 20 ноября 1990г. (св. № 2),
Вторая его регистрация произошла  3 февраля 1992 г. (св. №128), в соответствии с Законом о печати  РФ. Но был ещё самиздатовский выпуск, так сказать «нулевой».
 Немного о его  первом «нулевом» издании:


– Дело в том, что печать «нулевого» номера  альманаха была произведена на территории Тихвинских производств объединения «Кировский завод». «Союз Творческих Объединений» произвёл оплату, получил сопроводительные документы, включая квитанцию об оплате…. И тут появились непредвиденные трудности. Тираж с завода вывести в город оказалось делом невозможным.
Документы, разрешающие тираж альманаха покинуть территорию завода не  решился подписать никто.
Тогда мы жили в Советском союзе. Все средства массовой информации принадлежали КПСС, самиздат был вне закона. А нулевой выпуск «Провинциала» с точки зрения тогдашней идеологии,  был самый, что ни наесть – самиздатовский…
Нужно было согласие Первого отдела. Выручил Партком завода…
Всякие там бюрократические препоны были побеждены и нулевой выпуск альманаха «Провинциал» дошёл до читателя….
И  тут же возникла другая – распространение альманаха. Ни магазины, ни Союзпечать не брали его на реализацию. Элементарно боялись. ..
Тогда Анатолий Чертенков поехал в Питер  в Главлит (ГЛАВЛИТ — главное управление по делам лит-ры и издательств, орган Наркомпроса, создан декретом СНК от 6 июня 1922. Стоял на страже политических, идеологических, военно-экономических и культурных интересов Советского союза  и соответственно этому существлял предварительный и последующий контроль над издательской  деятельностью в целом, за исключением хозяйственных вопросов, финансовых и торговых.). На дворе был уже конец восьмидесятых, перестройка, потому в Главлите его встретили тепло, посмотрели журнал, прочли, поставили на нём штамм, короче дали добро!
Вот такая история… А дальше?.. Дальше началась работа над другими выпусками альманаха.
 Но, к большому сожалению, состояние здоровья не позволило Анатолию Яковлевичу Евсеенко дальше работать над альманахом, и Анатолию Чертенкову, как его создателю, пришлось взвалить на себя обязанности главного редактора
«Приметы времени. Центральная пресса – о журнале «Провинциал».Автор статьи – В.Штольская
Вот выдержки из статьи:
«… Тихвинский независимый журнал не остался незамеченным и в более солидной прессе. Помните презентацию издания в «600 секундах» Александром Невзоровым? Несмотря на амплуа сенсационного и скандального репортёра, он представил «Провинциал» весьма тепло и сдержанно.
Откликнулась на «Провинциал» и «Ленинградская правда». Илья Фоняков отмечает:
« В меру своих сил и опыта авторы «Провинциала» пытаются восполнить то, что недодаёт им «серьёзная» литература. И в изобилии находят для этого материал в окружающей жизни…
Илья Фоняков делает вывод, что независимое издание, выпускаемое «Союзом творческих объединений» в районном городе Тихвине, стоит весьма близко к нашей текущей жизни, к её проблемам. И заголовок у рецензии весьма оптимистический: «Прислушайтесь к «Провинциалу!».
К «Провинциалу» обращает сой взор и «Литературная газета».
«Литературка» приходит к выводу, что за исключением отдельных публицистических и краеведческих материалов авторы «Провинциала» пишут об одном – о любви. И это достойно…
А судя по почте, получаемой «Провинциалом», этот журнал с удовольствием читают. Причём, некоторые увлекаются до неприятностей: «Совершенно случайно я купила альманах, и, знаете, настолько зачиталась, что проехала свою станцию…»
Кроме комплиментов в письмах содержится авторов опубликовать в «Провинциале» свои произведения.
«Я живу в Санкт-Петербурге, преподаю иностранный язык при одном из подростковых клубов. Как неизвестный автор посылаю вам несколько своих стихотворений: мои стихи неоднократно печатались за границей на английском и языке хинди, но, к сожалению, ни разу не были напечатаны в своей стране на моём родном языке», – пишет Виктория Шилина.
Петербуржец В.Волжский прислал в редакцию свои сказки В.Алексеева – стихи, В.И.Гетьминский из Тосненского района предлагает статьи религиозно-философского плана…
Круг авторов расширяется. Вот только сможет ли журнал выжить в условиях рыночных цен?»
 Первые два выпуска альманаха «Провинциал» тиражами по 11000 экземпляров успешно разошлись по всей территории СССР. (Были заключены договоры с Ленкнигой, Союзкнигой и Союзпечатью) Потом были письма, одно, помнится, даже из Парижа. (К слову, из Тихвина – ни одного).
А в 1991 году в стране произошла финансовая реформа, в результате которой денег, полученных  после реализации второго выпуска хватило только на одну бутылку водки.
Последний «Провинциал» вышел  в 1998 году.  Но тут опять дефолт и всё повторилось сначала.
Но самое главное и самое наверное грандиозное, что сделали  тихвинские литераторы, так это создание и выпуск книги «Литературный Тихвин. Вчера. Сегодня. Завтра».
 Книга включила в себя произведения авторов, так или иначе связанных с Тихвином с начала XIX (это не оговорка) века и до наших дней. Боялись кого-нибудь не вспомнить. Можно сказать –  это своего рода энциклопедия литературной жизни нашего города… Вот, что написал в предисловии к изданию Вячеслав Кузнецов:
«Пути Господни неисповедимы. Какую нелёгкую дорогу пришлось осилить тихвинскому населению, пройдя через войну, кратковременную, но всё же оккупацию, послевоенное восстановление народного хозяйства. Где-то далеко такой же тернистый путь проходила и спасительная икона.
Да осенит её негасимое сияние новые поколения жителей Тихвина, пусть никогда не расстается Тихвинская икона Божией Матери со своими молящимися, пусть слово Божье пребудет в историческом Храме, вдохновляя нас на благие дела и благородные поступки.
Книга, которую вы держите в руках – удивительна. В ней сосредоточены нравственные и духовные достижения поэтов разных поколений и различных городов и весей. Кажется, что певцы всей Земли Русской принесли своё душевное тепло в дар Тихвинской иконе Божьей Матери и славному городу, в котором родились И. О. Салтанов, П. Е. Заболотский, Н. М. Астырев, Н. А. Римский-Корсаков, С. Л. Григорьев, В. И. Равдоникас и другие люди составляющие славу российской истории и культуры.
Здесь и история родного края, и стихи о далёком огненном Афганистане, и произведения юных авторов. Частушки, сказки, воспоминания. Столь широкого освещения родного края в литературном коллективном сборнике я встречаю впервые.
Дай Бог всем, чьими трудами выходит к читателям столь внушительный, полновесный труд, всем, кто в той или иной мере причастен к предложенному нам празднику русской поэзии.
 
Кузнецов В.Н.
член Союза писателей России, академик ПАНИ,
лауреат премии им. А. Прокофьева.
 
 
А теперь слово Алле Титовой:
 
«ТИХВИН И ЛИТЕРАТУРА 
Этой теме несколько веков.
«Сказание о явлении в Тихвине иконы Пресвятой Богородицы "Одигитрия"» было написано предположительно в XVI веке на основе местной тихвинской легенды, записанной в конце XV века.
О Тихвинском крае рассказывалось и в одной из первых повестей в русской литературе, написанной Мартирием Зеленецким в период 1570 – 1595 гг. - «Повести о житии преподобнаго отца Мартирия, жившаго во области Великаго Нова Града в Обонежской пятины в Зеленой пустыни тако нарицаемой, яже сам о себе исповеда отцу своему духовному и учеником своим, како и где жительствоваше прежде вселения в пустыню ту, и како обрете ю, како ж и вселися, и храмы созда, и обитель состави. Всели же ся он в пустыню ту при благочестивом царе и великом князе Иване Васильевиче, всея Руси самодержце, и жил многие лета. Преставися же в той же обители в царство Бориса Годунова»,
В XVII веке появляются «Сказание о осаде Тихвинского монастыря шведами в 1613 г. », написанное сразу после описываемых событий, «Сказание о милости пресвятыя Владычице нашей Богородицы и приснодевы Марии, как пресловно избави обитель свою, иже на Тихвине…», созданное полвека спустя, «О мирном устроении» — т. е. о Столбовском мире. Возникли местные сказания летописного характера, авторами которых были или очевидцы, или непосредственные участники описываемых событий («О явлении Макария Желтоводского и о велицем пожаре» 1623 г. , «О принесении иконы Владимирские» 1669 г. , «О поновлении чудотворного образа» 1626 г. , «Повесть об иконе, иже принесена из немецкия земли» — т. е. о стокгольмской иконе 1671 г. ). Они «несомненно, были написаны под влиянием и по настоянию архимандрита Ионы Баранова, который, не будучи сам особенно книжным человеком (т. е. писателем), очень любил духовную литературу и всячески содействовал увековечению религиозных преданий на письме.
В XVII же веке явились молитвы, службы и акафисты местным святыням. Есть основание предполагать, что в Тихвине был написан ряд раскольничьих сочинений, еще не разысканных. Любопытны азбуки, составленные местными учителями грамоты (для каждого ученика учитель, за особую плату, писал свою азбуку); к сожалению, утратились сборники местных виршей. В общем, надо сказать, что тихвинская литература еще не изучена и даже вполне не разыскана. В культурной жизни XVII в. она представляет собою явление во всяком случае примечательное».
Герасим Кремлев, игумен Тихвинского Большого Богородицкого монастыря с 1634 по 1640 г. , - автор сочинения «Алфавит неудобь разумеваемых речей».
Тихвин XVIII века описан в «Путешествии по Северу России в 1791 году» П.И. Челищева. Среди литераторов этого века мы встречаем тихвинских помещиков И.И. Неплюева, Д.О. Баранова, О.П. Козодавлева.
Под началом последнего 13 лет прослужил А.П. Римский-Корсаков (Козодавлев был старинным другом его отца). Часто бывая в гостях у Козодавлева, Андрей Петрович мог свести знакомство со многими известными литераторами России. Возможно, это сказалось позже, в 1820-х гг. , после отставки со службы. Общество, собиравшееся в доме Римских-Корсаковых, можно назвать предтечей будущих литературно-музыкальных объединений: здесь музицировали, говорили о литературе. А.А. Крылов был самым «альбомным» поэтом России. Я.И. Бередников тоже публиковал свои стихи.
В 1832 году в Санкт-Петербурге было анонимно опубликована повесть А.О. Корниловича «Андрей Безыменский», написанная в Петропавловской крепости. Она может считаться первым художественным произведением о Тихвинском крае.
Спустя 90 лет появилось первое (по крайней мере, из известных нам) поэтических произведений о Тихвине. В 1922 году во Владивостоке отдельным изданием напечатана поэма «Тихвин».
На рубеже 19 и 20 веков, душой литературного общества Тихвина был И.П. Мордвинов. Благодаря ему нам известно хотя бы несколько произведений тихвинских литераторов этого времени – они были опубликованы в первых местных изданиях, в том числе, в журнале «Тихвинец».
В апреле 1962 года редактором газеты «Трудовая слава» становится Николай Кириллович Балясов. В номере 14 этого года появляется раздел: «Слово – поэтам нашего края» с четырьмя стихотворениями поэтов из Тихвина, пос. Ларьян и Ефимовский, стихотворением ленинградца Петра Кобракова и обращением «Приходите на занятие литературной группы! Во вторник, 22 мая, в 17 часов в редакции газеты «Трудовая слава» состоится занятие литературной группы. Занятие будет проводить ленинградский поэт П.Г. Кобраков. Приглашаются все товарищи, занимающиеся литературным творчеством». Позже этот раздел стал называться «Литературный уголок». Ещё позже вырос в «Литературную страницу».
В 1979-80 годах Тихвинское ЛИТО перешло в РДК, несколько месяцев из Ленинграда приезжала вести занятия Ирэна Сергеева.
Литературная страничка начала угасать и постепенно перестала существовать. Но стихи регулярно печатались. Литераторы собирались по квартирам. На некоторое время ЛИТО приютил Дворец культуры завода «Трансмаш».
С 1978 года до середины 1980-х тихвинские литераторы активно сотрудничали с обществом книголюбов. В1988 году родилась идея сделать собственное издание. В результате появилось два издания – «Тихвинец» и «Провинциал». А.Я. Евсеенко был первым редактором самиздатовского издания журнала «Провинциал». Его создателем и редактором следующих выпусков был А.А. Чертенков. Большую помощь оказал отдел культуры и его председатель А.Г. Рыжов. Вышло 4 выпуска «Провинциала» и 23 его «Приложения», в том числе 7 литературных.
Создателем и редактором второго «Тихвинца» был А.П. Завгородний. В 1999 году этот журнал преобразуется в «Вещий Гамаюн».
Кроме журналов, произведения местных авторов можно видеть и в местных газетах.
А.Я. Евсеенко был неформальным руководителем тихвинских литераторов, которые собирались на квартире уже тяжело больного человека. После его смерти на некоторое время местом встречи многих тихвинских литераторов стал газетный ларёк «Провинциала» во втором микрорайоне.
После перерыва в 2000 году создаётся при районном доме культуры литературно-музыкальное объединение «Автограф», являющееся Тихвинским отделением межрегионального Союза писателей России.
В задачи клуба входит работа с местными авторами, повышение уровня их произведений. Лучшим авторам оказывается содействие по вступлению в Союз писателей России.
О Тихвинском ЛИТО В. Тихомиров в 1994 году написал стихотворение «Площадь Свободы, 5», посвященное А.Я. Евсеенко:
«1969 год. Тихвин.
Площадь Свободы, дом пять.
Редакция районной газеты
«Трудовая Слава».
Здесь, среди членов
                       тихвинского ЛИТО,
И я — пятиклассник Витя
                                 Тихомиров.
Вокруг меня сидят люди,
Стихи которых не раз печатались
                                          в районке,
И я с завистью смотрю
                                       на них,
На этих людей…
Читать их стихи в газете,
А потом увидеть самих поэтов —
Для меня было важным 
                                     событием…
Сегодня я понимаю,
                               что стихи,
Написанные тихвинскими поэтами
                                         тех лет,
Были не настолько  
                     профессиональными,
Как это мне казалось тогда,
Но, тем не менее, на них,
                           на этих стихах,
Я учился излагать свои мысли,
Учился осознавать реальность
                                           жизни.
Моими учителями поэзии были
Не именитые профессионалы,
А обычные люди —
Сварщик, строитель, журналист…
Помню, как много лет назад
На очередное литературное
                                       объединение
В Тихвине
       я пришел из Красавы пешком,
Потому что негде мне было взять
Двадцать копеек на билет.
И, узнав об этом,
Руководитель ЛИТО
Анатолий Яковлевич Евсеенко
Воскликнул, обращаясь ко всем:
Какое желание у мальчишки
Общаться с нами!
Десять километров пешком шел,
Чтобы присутствовать на ЛИТО!
А поэт Николай Кириллов,
Ныне покойный,
Дал мне двадцать копеек
На обратный билет…
Сегодня,
            когда в Тихвине задушены
Все литературные проявления,
Когда уже более пятнадцати лет
Прошло с тех пор,
Как распалось литературное объединение,
Хочется сказать, что как был я
В 1969 году самым молодым
Тихвинским литератором,
Так и остался им до сих пор,
Потому что для молодых всходов
На земле тихвинской нет места».
 
Насколько документальна бóльшая часть этого текста, настолько несправедливы последние 11 строчек. Часть тихвинских авторов просто не участвует активно в местной литературной жизни. Но и в отношении литературных объединений это неточно.
Ко времени написания этого стихотворения в Тихвине уже около двух лет (с 1992 года) существовал возникший сначала как клуб любителей творчества Толкина «Хобби-Т-клуб», объединивший часть творческой молодёжи города. Собирались в городской детской библиотеке, на пленере, у кого-то на квартире. Было сделано 7 радиопередач на местном радио, 4 выпуска газеты «Иди со мной» (позже – «Перископ»), записано две кассеты стихов, выпущено почти символическим тиражом два сборника стихов (в т. ч. «Песни Раэнора»), снят 15-ти минутный фильм «Красная Шапочка-2» и проведено три литературно-музыкальных фестиваля «Тихвин-Лето-…» (1995, 1997, 1998 гг. ). Просуществовал «Хобби-Т-клуб» до конца ХХ века.
«Хобби-Т-клуб» дружил с «жирафятами»: с 1993 года вышло несколько выпусков газеты «для детей и молодёжи» «Родник» (редактор Л.С. Топольницкая). Позже газета преобразовалась в «Жирафу» (ЖИзнь, РАдость, ФАнтазия), была зарегистрирована 18 ноября 1994 года, учредители – ДТЮ, ГОРОНО, администрация Тихвинского района. В 2004 году «Жирафе» исполнится 10 лет. Произведения её авторов, литераторов XXI века, завершают сборник «Литературный Тихвин – вчера, сегодня, завтра».
 
А. Титова
В 2005 году альманах вышел в свет.
В этом же, 2005 году появился ещё один литературный сборник – «Не хлебом единым», а в 2007 году – «Отражения».
Альманах «ОТРАЖЕНИЯ» - отправная точка в сближении авторских миров с мировоззрением читателя. В сближении на максимально допустимую величину.
То, под каким углом автор видит окружающий мир; то, как он отображает его, рассказывая  читателю о своих  ощущениях – редкий шанс  посмотреть в зеркало и увидеть собственное отражение глазами другого человека.
Пожалуй, пришла пора рассказать об «Автографе».
 
 


Литературно – творческое объединение «Автограф» создаётся в конце 1999 г. по инициативе художественного руководителя Тихвинского РДК(Тогда эту должность занимала Г.В. Андрющенко).  А в июне 2000 г. его руководителем становится главный редактор альманаха «Провинциал»  Анатолий Чертенков. 
Для большей убедительности и объективности предоставим слово газете «Дивья» выпуск № . №48(759) от 09.12.2009
…»«Автограф» сегодня» – это авторские вечера на сцене РДК, выпуск художественных изданий («Тихвин литературный», «Не хлебом единым», «Отражения», авторские сборники), участие в городских и районных мероприятиях, конкурсах и фестивалях, писательских конференциях, встречи с литераторами соседних районов и областей, городов-побратимов, со школьниками и ветеранами.
Литераторами, поэтами всегда была богата тихвинская земля. ЛИТО «Автограф» объединяет около 30 человек разного возраста (от 20 до 85 лет) и профессий. Старейшинами, без сомнения, являются Игорь Долгов, Анатолий Чертенков, Владислав Курочкин, Галина Николичева, Фаина Завьялова.
Фаина Николаевна Завьялова сочиняет стихи и песни с детства. В ЛИТО пришла семь лет назад.
– Здесь мы учимся писать. На заседаниях проходит коллективная «стирка», «причесывание» наших стихов. Нужно только уметь не обижаться и мотать на ус все критические замечания коллег.
Фаина Николаевна – автор-исполнитель замечательных песен, есть у нее песни на стихи и тихвинских поэтов А.Завгороднего, И.Долгова, А.Чертенкова. Она много выступает, занимает призовые места в конкурсах. Главная тема ее творчества – любовь. К жизни, Родине, детям, природе. По словам Фаины Николаевны, она пишет обо всем прекрасном на земле.
На Галину Николаевну Николичеву вдохновение к поэтическому творчеству снизошло уже в зрелом возрасте.
– Десять лет назад я пришла в «Автограф», – сказала она, – толком не разбираясь ни в рифмах, ни в ритмах. Но желание писать стихи было очень большое. Спасибо друзьям-поэтам – Чертенкову, Грозину, Долгову, Курочкину – научили поэтической «теории».
Сейчас Галина Николаевна – член межрегионального союза писателей, три года назад выпустила сборник стихов «Сторонушка моя». В своих стихах она воспевает красоту родного тихвинского края.
Сергей Пикта – известный тихвинский автор-исполнитель тоже очень ценит общение с коллегами по поэтическому цеху. Старается, чтобы каждая его песня была наполнена глубоким смыслом.
– Не хочу, чтобы они были похожи на песни-однодневки, – говорит он. Сергей – постоянный участник проводимого в Тихвине межрегионального фестиваля военно-патриотической песни «Кто скажет правду о войне?».
Как сказал о себе Николай Семьянов, он в «Автографе» самый молодой, несмотря на то что ему 62 года. Николай влился в ряды объединения в начале этого года, он начинающий баснописец. Учится на примере других, более опытные коллеги всегда ему подсказывают, где «слабые места», над чем надо еще поработать. Поэтому Николай рад беспредельно такому конструктивному общению.
Автор-исполнитель Владислав Курочкин написал уже более 70 песен. Про любовь Владислав писать и петь не любит, основные темы его творчества – о родном крае, православная, военно-патриотическая, спортивная, и, как он сам сказал, «несерьезная». Все свои находки, «шедевры», по его выражению, Владислав первым делом несет на общий суд в «Автограф». Ценит его за коллективное мнение, рождающее истину.
– Ошибок, ляпов всегда хватает, – говорит он, – только сам порой их не замечаешь. А у друзей-поэтов глаз зоркий, острый, все приметят. Темы не ищу, они сами меня находят. Много работаю над каждой песней, поскольку считаю, что любое дело надо делать хорошо.
Сергей Пискарев молод и по возрасту, и по участию в «Автографе». Он пишет рассказы, склонен к фантастике. Предпочитает темы о войне, любви. Полон творческих планов.
Без Анатолия Чертенкова «Автограф» представить себе уже нельзя. Он поэт с солидным стажем – почти сорокалетним. По его словам, «врезался в литературу» в 70-е годы, очень благодарен местному поэту Анатолию Евсеенко, который был известен в те годы, и всем своим друзьям-поэтам, которых жизнь раскидала по городам и весям. Растит молодых авторов, участвует в издании литературных сборников и пишет, пишет, пишет…
Пусть не обидятся те участники ЛИТО, о которых ничего не сказали. Побеседовать удалось только с теми, кто присутствовал на заседании «Автографа» 28 ноября. По мнению «ЛИТОвцев», в их объединении каждый уникален и незаменим, каждый – гений в своем жанре.
– Если вдруг кто-то уходит, сразу образуется «дыра», – сказала Галина Николаевна Николичева. – И правильно, что каждый считает себя гением. С заниженной самооценкой хороших стихов не написать. Вспоминаю, как на первых заседаниях «Автографа» мы все боялись критиковать друг друга, очень болезненно относились к замечаниям в свой адрес. Больше года понадобилось, чтобы перейти этот «рубикон». Поэтому если к нам приходит очень обидчивый литератор, он обычно долго не задерживается.
Вот так и живут, пишут, общаются в «Автографе» тихвинские литераторы под покровительством музы творчества. Желаем им новых поэтических и музыкальных дерзаний, в рутине будней и суеты искать и находить зерно верного слова и звука, смысл бытия.
Приглашаем тихвинцев на праздничный концерт, посвященный 10-летию литературно-творческого объединения «Автограф». Он состоится 13 декабря в РДК. Начало в 15 часов.
Е.АНДРИЕВСКАЯ.»
 
Совсем недавно тихвинские литераторы приняли участие в областном фестивале «Мгинские творческие мосты»Из 10 возможных наград  тихвинцы завоевали четыре.
 
 
 
 

 
Я вернулся с войны в отчий дом как погибший за Родину.
Попрощаться с семьёй девять дней после смерти дано.
И калитку открыл. И колодец прошёл и смородину,
И дрожащими пальцами стукнул в родное окно.
 
Застонала изба. Пёс завыл за дощатым курятником.
В тот же миг зеркала повернулись к холодной стене.
И седой капитан, не стесняясь, начальство крыл матерно.
Бедолага не знал, как сказать старикам обо мне.
 
А потом я ушёл поклониться Престолу Господнему.
И Христос мне сказал:
– Выправь плечи. Ты – русский солдат!
Не пристало бранить пацанов, жизнь отдавших за Родину.
Убиенным в бою полагается белый наряд.
 
И открылись врата – и пошёл я дорогой неведомой.
Позади горизонт – на земле он всегда впереди.
И увидел свой взвод возле самого светлого терема.
И услышал: – Привет!
Ну чего рот открыл?.. Заходи.
 
Я рванул...
Побежал…
К лучшим людям из лучшего прошлого.
Сколько выпито слез – и совсем не по нашей вине.
И рассвет полыхнул. И захлопали звёзды в ладоши нам –
Взвод восполнил ряды. Только Мишка Стрельцов на войне.
 
Жизнь не выдала нам ничего, кроме рода и племени.
А судьба расшибала ещё не окрепшие лбы.
Мы учились стрелять – на любовь просто не было времени.
И несли тяжкий крест – класть друзей в именные гробы.
 
И погибшие мы,
но не павшие духом и совестью,
Собрались в тишине навсегда и на веки веков!
Я вернулся с войны рассказать взводу свежие новости
И приказ получил – доложить, как там Мишка Стрельцов.
 
Я вздохнул и сказал:
– Два раненья Стрельца не исправили:
Он такой же чудак – всё считает себя молодым.
Разреши, командир, нам с ребятами выпить за здравие,
Чтоб последний из нас на земле был подольше живым!
 
 
 
 
 
 
0
Вместо предисловия:
 
Первая версия этой сказки была написана в далёком теперь уже 1970 году. И все эти годы она взросла вместе со мной, но в отличия от меня, увы, не старела, впрочем, мне трудно об этом судить… Пусть говорит сказка… Исправления сделаны… Удачи всем!
 
 
 
СКАЗКА О ЗЕЛЁНОМ ЗМИЕ, ИЛИ В СЛАВНОМ ЦАРСТВЕ ТРИДЕВЯТОМ
Присказка
 
«Кто главнее всех на свете?» –
Спорят взрослые и дети
С незапамятных времён,
Ставя жизнь свою на кон.
Действие I.
Сделка
 
В славном царстве тридевятом,
В государстве тридесятом,
За Кудыкиной горой
Жил-был царь Горох Второй.
 
Всею мощью интеллекта
Царь придумывал прожекты
И тащил свою страну
То на скалы, то ко дну.
 
Между делом, шутки ради,
Пива, мёда или браги
Полведра одолевал
И на троне засыпал…
 
При деньгах да при короне –
Все деяния в законе!
Одного страшится власть:
Как бы с кресла не упасть!
 
***
Как-то царь проснулся ночью.
Поперхнулся словом сочным.
Он в хоромах не один –
Змий Зелёный перед ним.
 
 
У царя взопрело тело,
Топнуть ножкой захотелось,
И забыла голова
Все хорошие слова.
 
– Дайте кто-нибудь рассол,
Или всех велю на кол!..
 
Змий Зелёный корчит рожу,
– С кем останешься, надёжа?! –
Что зря воздух содрогать
И аорту напрягать?
 
Всё равно никто не слышит,
Разве что коты на крыше…
Так у них медовый час –
Им, поверь мне, не до нас…
 
Три щита у государства:
Кнут, молитва и лукавство!..
А от лишнего ума –
У меня лекарства – тьма!
 
Ну-ка, скатерть-самобранка,
Прикажи накрыть полянку!
И предстань перед царём
В лучшем качестве своём!
 
В тот же миг из ниоткуда
Появилось чудо-юдо:
Круглый стол на трёх ногах.
Ноги – в красных сапогах.
На столе – ковёр персидский,
На ковре – ликёры, виски,
Осетрина с балыком…
 
Змий защёлкал языком:
– Вот наливочка от Марьи,
Коньячок от тётки Дарьи.
От Авдотьи – огурцы,
От Матрёны – леденцы…
 
Сядешь в кресло с папиросой,
Выпьешь ковш, и ты философ,
Два – художник и поэт,
Три – тебя на свете нет...
Право, были прецеденты!
 
А теперь про дивиденды:
Я хочу за этот стол –
Не корону, не престол…
В подтвержденье дружбы прочной
Сердце девы непорочной. –
Есть такая во дворце. –
Увести в своём ларце.
 
У царя скрутило челюсть:
– Что за бред?!
Какая ересь!
У меня, да дева чтоб…
Наливай вино, холоп!
 
Днём с огнём во всей столице
Не найти тебе девицы,
А тем паче во дворце.
Пал ты, Змий, в моём лице!
 
И пошли по кругу кружки…
Царь смеялся, пел частушки.
Перепутал день и ночь
И совсем забыл про дочь
Родилась, что ранним утром. –.
Змий Зелёный всё попутал…
 
Царь царицу с глаз долой!
Но про то рассказ другой…
 
***
Дым и смрад над государством. –
Царь с упорным постоянством!
За указом шлёт указ
В глубину народных масс.
 
«Пастухам и рудокопам,
Хлеборобам и холопам!
Отправляться в дальний путь –
Сердце девичье вернуть…
Победитель непременно
Станет суженым царевны –
Зятем батюшки – царя. –
Все на Змия-упыря!»
 
***
Действие II
Спустя 19 лет и 10 месяцев.
Объединение преступных кланов
 
Рядом с городом-столицей,
В замке мрачном, как гробница,
Старомодно жил Кощей –
Князь кинжалов и плащей,
Крёстный батюшка бандитов,
Упырей и паразитов,
Волкодавов и быков
И обычных дураков.
 
В километрах трёх за пашней
Возвышался домик с башней,
Жил в том доме атаман –
Вождь бесхвостых обезьян. –
Сэр Иван Лукич Степанов.
У него своя охрана,
Ресторация, казна…
Две наложницы, жена –
В прошлом –
мисс Вселенной – Настя.
И мечта о царской власти!
 
***
Меж соседями вражда
Не кончалась никогда!
 
Из-за кур, из-за покоса,
Из-за баб и по вопросам
Положения в стране –
Быть ли миру иль войне –
Рать одна другую била,
И рыдала на могилах,
И плясала в кабаках,
И стрелялась просто так.
 
Неприязнь, коварство, злоба –
Три гвоздя на крышку гроба!
 
 
***
Как-то раз за миской щей
Говорит себе Кощей:
– Ну не сволочь ли Ивашка?! –
Утащил опять барашка…
А намедни порося
И любимого гуся…
 
Голова моя шальная,
Научи меня, родная!
Как Ивашку погубить
И себе не навредить!
 
– Ты, я вижу, тяпнул лишку,
Впрочем, есть одна мыслишка, –
Отвечает голова, –
Но помой меня сперва! –
Любит Ванькина мегера
Привечать миллионеров…
 
В тот же день убрал Кощей
Паутину из ушей,
Туфли ваксою надраил,
Галстук-бабочку поправил
И с букетом орхидей
Был у Настиных дверей:
 
– Из Венеции брильянты
Привезли мои мутанты.
Приглашаю посмотреть. –
Восхититься и надеть…
 
Настя ахнула:
– Я в шоке!
И Кощея – чмоки-чмоки…
– Ну и душечка ты, Кость!
В гости звать пришёл, небось?..
 
И платок себе на шею…
И в объятия Кощея…
 
Ай да Настя! Ай огонь!
Да, такую только тронь!
За колготки ли, за платье –
Окунёшься не в объятья,
А в бочонок с кипятком…
 
Но Кощей был мужиком
Самой правильной закваски. –
До вина и женской ласки
Не по возрасту охоч…
 
Пролетели день и ночь…
Съел Кощей краюху хлеба
И сказал, взглянув на небо:
– За твою любовь, Настась,
Я готов Луну украсть.
Только, слышь, мне муж твой нужен…
Я послал к нему на ужин
Неприветливых ребят –
За тебя просить оклад...
 
 
 
***
А Иван Лукич Степанов
В это время грыз стаканы.
Он Кощеевых ворюг,
Принимал как лучший друг.
Пригласил саксофониста,
Гитариста, пианиста.
Накупил еды, вина…
 
– Налетайте, мать честна!..
За Кощея! Барин зна-а-атный...
Насте будет с ним приятно.
Не хочу её назад,
Потому давать оклад…
 
Тут Иван Лукич Степанов,
Вынул фигу из кармана…
 
***
Через месяц стал Кощей
Привидения тощей.
Заболел радикулитом,
Ревматизмом, менингитом…
И пришёл к Ивану он –
Не на стрелку – на поклон…
 
– Не губи не дай пропасть мне, –
Забери назад Настасью!
Гадом буду – отслужу! –
Замок древний заложу...
 
–Мне б, Кощей, твои проблемы! –
Есть твоей покруче тема! –
Подмигнув, сказал Иван
И достал второй стакан….
– Стать мечтаю царским зятем.
И тебя пристроить, кстати!
 
«Дык, того…», – икнул Кощей, –
Нас за холку и взашей!..
Царь дурак и недотёпа,
Но за ним стоят Европа,
Воркута и Магадан…
 
– И чего?! – съязвил Иван, –
Я сейчас умру от смеха. –
Наглость власти не помеха!
Есть в хлеву моём свинья –
Ростом с доброго коня –
Прямо чудо неземное!
Сердце вырежу свиное –
И по утречку к царю…
И царевну к алтарю!
 
Действие III
Государственный переворот
 
В дверь царевны утром ранним
Постучал усталый странник…
 
Недовольная, она
Оторвалась ото сна:
– Кто посмел меня тревожить?
Жизнь пресытила, быть может?!
Стража! Выгнать наглеца
Батогами из дворца…
 
Спят, козлы!.. И это – войско?!
Кто ни есть – входи, не бойся!
Ё-моё! Да это ж – Змий!..
 
В тот же миг из ниоткуда
Появилось чудо-юдо:
Круглый стол на трёх ногах.
Ноги – в красных сапогах.
На столе – ковёр персидский,
На ковре – ликёры, виски,
Осетрина с балыком…
 
Змий защёлкал языком:
– Вот наливочка от Марьи,
Коньячок от тётки Дарьи.
От Авдотьи – огурцы,
От Матрёны – леденцы…
 
Вот серёжки, вот колечко…
И… моё…твоё… сердечко. –
Нам назначено судьбой
Разделить его с тобой…
 
***
Царский двор жил жизнью важной:
На посту дремала стража
И придворный чёрный кот
Чистил когти у ворот.
 
Царь подписывал указы,
Казначей считал алмазы,
Тень ложилась на плетень –
Словом, был обычный день.
 
А под вечер во дворец
Заявился молодец.
 
– Я принёс царёвой дочке
Сердце в шёлковом платочке. –
И Ивана Лукича
Пропустили как врача.
 
Чтобы зря не докучали,
Царь велел всем быть в печали:
– Ну рассказывай, орёл!
А не то велю на кол!
 
Лесть царям нужна не меньше,
Чем капризнейшим из женщин.
Правдой глаз не подвести,
Потому и не в чести…
 
И достал Иван платочек…
И сказал:
– Принёс… для дочки…
Мне не терпится, отец,
Прогуляться под венец…
 
У царя скрутило челюсть:
– Что за бред?!
Какая ересь!
У тебя, да сердце чтоб…
Ты кому поёшь, холоп?! –
Получить в зятья пройдоху?!..
Жить тебе, считай! – два вздоха…
 
Тут бы сказочки конец!..
 
Но принёс письмо гонец:
«Государь, отец мой милый!
Змий теперь мой муж любимый!
Сердце мне вернул вчерась…
Отрыдала, дождалась…
Не взыщи…
Пора в дорогу…
Уезжаю…
Слава Богу!».
 
***
– Разыскать, четвертовать,
Войско за море послать! –
Царь икнул, припомнил чёрта
И упал на землю мёртвым.
– Ой, беда, – заохал двор, –
Царь, кормилец наш, помёр!
 
Нет надёжи-государя!
Горе нам!..
Беда, бояре!
Государство и народ
Без Гороха пропадёт!..
 
А народу – всё едино:
Что топор, что гильотина...
 
Гам, сумятица, галдёж… –
Кто – кого? – не разберёшь!
Всё смешалось в царском доме…
Но стоял Кощей на стрёме.
Ждал, преступный элемент,
Исторический момент…
Три щита у государства –
Кнут, молитва и лукавство!
 
И взошёл на трон Иван –
Под присмотром обезьян…
 
Эпилог
 
И последнее: о Насте. –
Погубили Настю страсти!..
 
Сказка ложь, да в ней намёк,
Красным девицам урок.
0
КОГДА-НИБУДЬ Я СТАНУ МАЛЕНЬКИМ
 
Когда-нибудь я стану маленьким
И заберусь на ручки к маме.
А мама скажет: «Спи, мой заинька!»,
И Бог звезду зажжёт над нами…
 
КУКОЛЬНОЕ ЦАРСТВО
 
Маша слёзы-звёздочки высыпала на пол…
Спать совсем не хочется, но торопит папа.
 
Без неё не выживет кукольное царство.
Раненой медведице не дадут лекарства.
И укол не сделают, не залечат лапу.
 
Спать совсем не хочется, но торопит папа…
 
 
ПАПИНА КОЛЫБЕЛЬНАЯ
 
День проходит, и снова смеркается.
В сонном озере вечер купается.
Бродит месяц по россыпи звёздной.
Спи, малышка моя!
Очень поздно…
 
 
 
ЛЕНКА И ВЕСНА
 
У Ленки на щёчках искрятся веснушки.
Над ней потешаются в школе подружки.
А мама смеётся:
– Вот глупые дети!
Веснушки на щёчках – весна на планете!
 
АКВАРЕЛЬ
 
Мне идёт десятый год,
А на улице апрель…
 
По реке зелёный лёд
Солнце веником метёт,
 
Я шагаю на дуэль…
 
Победю́ и до ворот
Понесу её портфель…
 
Вот такая акварель!
0
Жизнь как в неволе без алкоголя!
Сердце томится, телу не спится...
Так размышляли Василий и Коля
В поисках способа опохмелиться.
 
В городе старом на улице бойкой
Дом у них был. В нём три стула, две койки,
Древний сундук, чуть прикрытый рогожей,
Стол хромоногий в холодной прихожей.
Пара штанов на дощатых полатях –
Вот и весь скарб, что имелся у братьев.
 
Как-то под вечер Василий и Коля,
Выпив флакон с нарисованной молью –
Не было денег на лучшее зелье,
Спать собирались в дурном настроенье.
 
Вдруг из подполья – большой и лохматый
Чёрт выползает:
– Здорово, робя́ты!
 
Струсили братья, крестясь неумело.
Коля стал красным. Василий стал белым.
 
Чёрт салютует гранёным стаканом –
Средство надёжное – вроде аркана.
И поясняет: – В стране Алкоголии
Водки навалом, а браги – тем более!
 
Братьев упрашивать долго не надо.
Спрыгнули к чёрту, дымя самосадом:
– Много спиртного?..
Честное слово?..
 
Чёрт подмигнул и ответил лукаво:
– Дьяволу – слава! И пьяницам – слава!
Пейте и славьте страну Алкоголию…
Коля доволен, Василий – тем более…
 
И наполняют подпольные тролли.
Коле стакан…
и Васяне – стакан…
– Как, человече?
– Отлично, братан!
Славная эта страна, атаман…
 
Дня через два, а может, чуть более,
Бабушка Настя нашла их в подполье…
Не было царства.
И не было трона….
 
Только канистра из-под ацетона.
0
I
 
 
Господа, собратья, мужики!
Что такое с бабами творится?! –
Всё у них не так. Всё не годится!
То в подъездах не видать ни зги,
То шпана под окнами резвится,
То на праздник рвутся сапоги.
 
Нет чтоб сесть всем обществом за спицы
И мужьями верными гордиться –
Всё же есть на свете чудаки! –
Не хотим, галдят, пера Жар-птицы,
Серебра желаем в сундуки.
 
Словом, тень наводят на плетень…
 
Я своей на день Восьмое марта
Пеньюар добыл у коммерсантов
И, достав стаканы из серванта,
Приказал: «Помойся и надень…»
 
Ну, признаюсь, это было что-то…
Но... молчу – креститься неохота.
 
Всё для баб!
И до седьмого пота! –
Магазины,
стирка по субботам
И плита на кухне каждый день.
 
II
 
Господа, сто тысяча чертей! –
Женщину понять – поймать удачу!..
 
Но однажды, в бане под Астрачей,
Ублажая веником горячим
Собственность из кожи и костей,
Я нашёл решение задачи, –
Сколько женщин – столько и страстей!..
 
В Вашингтоне, Гамбурге, Марселе
Дамочка без мужа, но при теле
Ждёт, томится, чтоб её раздели,
Уложили в мягкую постель,
А потом одели…
от Версаче…
 
А у нас страна – стократ богаче! –
Не мужья, а супермены, мачо…
Правда, бабы думают иначе…
Разомнутся утюгом горчим
И себя оденут и детей…
 
И ответят на любой вопрос,
Женщине ни мало и ни много,
Дан талант и Дьяволом, и Богом –
Быть мечтою, радостью, тревогой…
И не важен цвет её волос.
 
 
 
0
– Прости, Господь, что чёрта помяну!
Но если б кто сказал в шестидесятых
«Я перестал гордиться за страну,
Я не могу любить её, ребята!» –
 
Кулак бы глазом точно подловил…
Но слов таких я в юности не слышал.
Мы пели песни, жаждали любви,
Гоняли мяч и лазали по крышам.
 
Бывало, сдвинешь шапочку на лоб,
Глаза закроешь – так, на всякий случай, –
И прыгаешь с предбанника в сугроб,
А мама крестит: «Дров принёс бы лучше»...
 
Мы презирали трусов всех мастей,
Не верили жрецам и ворожеям,
И достигали высших скоростей,
И ошибались, и ломали шеи.
 
Друзей своих не мерили рублём,
За подлость в морду полагалось сразу..
Страна была великим кораблём,
Открыть кингстоны* не было приказа.
 
Бывало, сдвинешь шапочку на лоб,
Глаза закроешь – так, на всякий случай, –
И прыгаешь с предбанника в сугроб,
А мама крестит: «Дров принёс бы лучше»...
 
Но, пережив беду, и не одну,
Не стали мы людьми второго сорта…
И говорить «Я не люблю страну»...
Прости, Господь, что поминаю чёрта…
 
Старик вздохнул, под ним качнулся пол,
Дворовый пёс залаял виновато…
Господь простил. Друзья накрыли стол.
И он ушёл к своим шестидесятым…
 
Бывало, сдвинешь шапочку на лоб,
Глаза закроешь – так, на всякий случай, –
И прыгаешь с предбанника в сугроб,
А мама крестит: «Дров принёс бы лучше»...
 
 
 
* кингсто́н – морск. клапан в подводной части судна, при необходимости открывающий забортной воде доступ внутрь, часто с целью затопления корабля.
Продолжение истории
 
 
В синем море-океане
Да на острове Буяне
Город высится средь волн.
 
Княжат градом князь Гвидон
И царевна лебедь-птица…
Есть чем городу гордиться!
 
Белка в тереме живёт,
Кедры держат небосвод,
Под ногами изумруды…
Византийская посуда
Для орешка золотых –
Раздают горстями их
По приютам и больницам.
Вот такая небылица…
 
Тридцать три богатыря
В рог трубят ни свет-заря –
Будят дядьку Черномора…
С ними встретимся мы скоро.
 
А у северных ворот,
Говорят, живёт народ,
Но о нём Гвидон не слышал –
У орлов просторы выше!
 
Это присказка была,
А теперь – колокола…
 
А ткачиха с поварихой,
Вместе с бабой Бабарихой
Жить спокойно не хотят,
Козни разные творят.
 
И по морю-океану
Слухи катятся к Салтану,
И гнусавят, и шипят,
Перепачкать всех хотят…
 
Бабариха:
 
– Вы слыхали, лебедь-птица
Над самим царём глумится…
 
Ткачиха:
 
– Шасть к Гвидону под бочок!
Год прошёл, а где внучок?..
 
Царь Салтан зовёт Гвидона.
 
Салтан:
 
– Видишь, бочка просмолёна!
Ты мне внука подари.
Про дела не говори!
Всё равно не дам отсрочку.
Прикажу – раз-два и в бочку…
 
Князь Гвидон к жене идёт,
Думу грустную несёт…
 
Царевна:
 
– Отчего глаза туманны?
 
Гвидон:
 
– Был я нынче у Салтана…
В гневе он, такой вот сказ!
Внука требует от нас…
 
Царевна:
 
– Это козни Бабарихи,
Поварихи и ткачихи –
Злыдни!
Мёртвою водой
Опоили нас с тобой.
Вот по этакой причине
Мы бездетные поныне.
А отец твой правда мил!
Вот и бочку просмолил…
 
Служанка:
 
– Я могу помочь вам в горе.
Город Тихвин есть за морем.
В нём чудес не перечесть,
А ещё там диво есть!
И районный Дом культуры –
Давних лет архитектуры.
 
Царевна:
 
– Собирайся, князь Гвидон,
Верю я – поможет он!
 
Служанка:
 
– Там такие коллективы –
Все талантливы, красивы…
 
Царевна:
 
– Вот тебе мой перстенёк!
 
Перстенёк:
 
– Север, запад, юг, восток…
Князь, спешу к тебе на службу!
Но потри меня – так нужно…
 
Потёр князь Гвидон колечко и тотчас оказался на сцене Тихвинского Дома культуры.
 
А ткачиха с поварихой
Вместе бабой Бабарихой
Жить спокойно не хотят,
Козни разные творят.
 
Бабариха:
 
– А крепка ли сеть, сестрицы?
Чай, идём ловить не птицу.
 
Ткачиха:
 
– Вот дурёха, мать честна!
Сетка выдержит слона…
 
Повариха:
 
– Змей Горыныч ей однажды
Утащил из дока баржу,
Шуму было – прямо страсть!
 
Хором:
 
– Не увидит дива князь!..
 
Бабариха:
 
– Я на пакость мастерица
И такая баловница…
Мне украсть конферансье
Что коробку монпансье.
 
Хором:
 
– А концерт без конферанса
Что комедия без фарса!
 
Князь Гвидон за кулисами:
 
– Что нам делать, перстенёк?
 
Перстенёк:
 
– Север, запад, юг, восток…
Войску дядьки Черномора
Окружить сестёр забором!
 
Появляется Черномор с дружиною. Поют:
 
– Мы на дело правое,
ать-два!
Собрались в поход.
С выправкою бравою,
ать-два!
Животы вперёд…
 
Ребятушки бравые,
ать-два!
Весело живём!
Дело наше правое,
ать-два!
Мы всегда при нём…
 
Черномор – Гвидону:
 
– Мы поставили дозор
И построили забор
На крутом холме высоком,
Будь спокоен, ясный сокол!
 
Гвидон трёт перстенёк:
 
– Где же диво, перстенёк?
 
Перстенёк:
 
– Север, запад, юг, восток …
 
Опускается экран,
На экране образ Тихвинской иконы Божией Матери.
 
Перстенёк:
 
– Город Тихвин, князь Гвидон,
Быть великим обречён!
Образ матери Господней
Бережёт его сегодня…
Ты Святыне поклонись!
Помолись и повинись…
 
Монолог Тихвинской иконы Божией Матери:
 
– Князь, томить тебя не буду!
Диво ты искал повсюду:
В океане, на земле,
В бочке и на корабле.
Не щадил телес и душу…
А теперь меня послушай!
 
Диво – это твой народ!
Опустись к нему с высот.
Разреши его сомненья,
В доброте твоё спасенье!
 
Да поздравь Салтана с внуком!
Ну, ступай же… вот же мука…
0