- Мама, а что такое ноябрь? И зачем, он?
Спрашивала дочь с сонными глазками, в которых отражался приглушённый свет ночника.
- Это последний осенний месяц, дочка. Последний перед зимой.
Отвечала, мама,накрывая тёплым одеялом своё дитя.
- Я тебе про него расскажу, а ты засыпай.
А за окном падал снег. По ту сторону окна в них вглядывался ноябрь...
Он нервы людские сплетает в веревки,
И тянет по плоскости странного мира.
Неспешно подходит к огромной коробке.
С табличкой Зима, из-под лунного сыра.
Мотая на локоть, под нос причитая,
Снимая тулупчик, что цвета кефира,
Забросит аркан в стаю снежного грая,
И тянет, с улыбочкой Ричарда Гира...
Блеснет, что-то ярко в руках идиота.
Растает, забьется в свободные дыры,
Размочит коробку и выпустив что-то,
Прольется на головы нашего мира.
- Прольется что, мама? Это ты про снег?
- И кто такой, Ричард Гир?
Спросила зевая дочь и повернулась на правый бочок.
- Прольется тоска.
Сказала задумчиво мать, смотря в слепое, от снега, окно и вглядываясь в глаза ноябрю.
Потом очнулась и поцеловав спящую дочь, прошептала:
- А, Ричард Гир просто для рифмы, Солнышко. Просто для рифмы.
