Альбом
Литературная гостиная
София
«Продолжая традиции русского классического реализма»
|эссе|
Поколение, родившееся в 60-е годы, которое я сама представляю, взращено на русской классической литературе, и, думаю, многих из нас время от времени непреодолимо тянет перечитать Пушкина, Гоголя, Толстого, Достоевского, Булгакова.
Что нас привлекает в классиках? Извечность ценностей, вселенский характер проблем, неоднозначность их решения, возможность принять участие в поиске ответов на поставленные в произведении вопросы. Русская литература всегда побуждала к размышлению, всегда являлась «пищей для ума».
Современная проза характеризуется невероятным многообразием направлений, жанров и форм. Чтобы быть востребованной, она вынуждена приспосабливаться к новой и постоянно меняющейся действительности, новому ритму жизни, а, главное, к новому читательскому восприятию, обусловленному этой самой действительностью.
Поэтому и выделяются в ее многоцветии постмодернизм, концептуализм, интеллектуализм, фэнтези, многочисленные книжные сериалы, а так же – комиксы, электронный эпистолярный жанр и новые формы фольклора (песни, анекдоты, скетчи, всевозможные лингвистические эксперименты). Тем не менее, реализм продолжает занимать уверенные позиции, теряя при этом свою однородность и разветвляясь на множество направлений.
Наверное, вызову возражения многих активных и думающих читателей, но лично мне хорошую современную реалистическую прозу приходится читать не часто. Тем более отрадно обнаружить замечательного прозаика среди близких, занимающихся литературным творчеством, людей.
И я, опираясь на основы истории и теории литературы, попробую обосновать свое пристрастное отношение к творчеству этого писателя.
Не претендуя на исчерпывающее знание всего литературного наследия Геннадия Демарева , тем не менее, на основе ряда его произведений – «Петля», «Погибель», «Исповедь», «Виноградная лоза», «Отверженный духами» , я попробую выявить определенные тенденции и отличительные черты творчества этого писателя.
Геннадия Демарева можно назвать истинно русским писателем. Он органично вписывается в любимый мною ряд: Гоголь, Булгаков, а теперь и Демарев!
Мистические сюжеты. Эпическое сознание героев. Великолепный, не изуродованный современными многочисленными влияниями русский язык. Уже это дает основание отнести произведения Геннадия к процветающему ныне направлению магического реализма и, что, на мой взгляд, особенно ценно, в его первозданном, классическом виде.
Мистический сюжет призван не столько создавать интригу произведения и подогревать интерес читателя, сколько оттенять описываемые стороны реальной действительности, подчас противоречивые и абсурдные, несовместимые со здравым смыслом. Эпическое сознание, иными словами, народное, а применительно к герою эпического произведения, сознание типичнейшего представителя определенного этноса - монолитное, не дискретное, когда герой ощущает себя неотделимой частичкой большого мира и перипетии своей судьбы воспринимает исключительно через призму восприятия этого самого мира.
Маленькой, отдельно взятой, судьбы не существует.
Вернее, она не является большой ценностью. Она вплетена в судьбу всего народа. Индивидуальной трагедии не существует. Трагедия возникает только тогда, когда нарушаются кажущиеся незыблемыми основы и порядок мироздания. Тогда эпический герой становится полностью дезориентированным, поскольку самостоятельных индивидуальных навыков управления своей судьбой у него нет.
Судьбы героев Г. Демарева – Анатолий Кедровский - «Виноградная лоза»; Андрей Винокуров – «Петля»; Юрий – «Погибель»; Иван – «Отверженный духами»; Николай – «Исповедь» – объединены общим началом. В один прекрасный момент мир, в котором они существовали, начинает рушиться, исчезает почва из-под ног, но ни одному из них не приходит в голову мысль, какую же роль сам он играет в этом.
Все житейские и философские рассуждения героев относительно своих несчастий крутятся около государства, общества, изменений жизненного уклада, женщины. Если говорить современным языком, они плохо адаптированы и чрезмерно экстернальны, что совершенно не свойственно человеку нового времени, индивидуалисту. Не случайно в ряде повестей появляется мистический помощник или советчик (бабушка Николая – «Исповедь», могучий дуб – «Петля», злые силы – «Погибель»), который и является практически единственным фактором, мотивирующим героя на принципиально новые действия. Однако экстринсивного мотиватора для обеспечения целостности личности героя и его благополучия явно не достаточно.
В период упадка, развала, нестабильности, потери единого идеологического начала, то есть разрушения эпического мира, в мировой литературе, по определению Х.Л. Борхеса, возникают четыре типа героя:
герой - мятежник, бросивший вызов окружающей действительности,
герой странствия – «лишний» человек, отверженный обществом,
герой-искатель – человек в непрерывном поиске смысла,
герой, потерявший или упорно ищущий веру.
В русской литературе можно обнаружить присутствие всех четырех типов: Базаров и Павка Корчагин - мятежники, Онегин и Печорин – «лишние» люди, Раскольников и Пьер Безухов – искатели, Андрей Болконский и Мастер пребывают в неустанных поисках веры. Зачастую герой русской литературы выступает сразу в нескольких ипостасях.
Герои Геннадия Демарева - это «лишние», выброшенные из общества, люди, однако пытающиеся что-то понять и найти опору в вере. По определению литературоведа Льва Вишни, литературный «герой нашего времени - романтическая и немного уставшая личность, полностью оторванная от реальности будущего и прошлого, существующая только в настоящем».
Таковы и герои вышеназванных повестей Геннадия Демарева: уже не вписывающиеся в рамки своего общества, сохранившие «маниловскую» мечтательность, готовые к определенным, вызывающим уважение, поступкам, но заранее обреченные на конечный неуспех.
Специфичны и героини Геннадия Демарева. Относительно женских образов в мировой литературе все значительно проще. Все многообразие образов милых барышень и обольстительных дам можно свести к двум типам, которые различные литературные критики и литературоведы называют по-разному – «гордая девушка» и «надменная дама», «амазонка» и «кроткая дева» и т.д., однако сущность и содержание их от этого не меняется: в одних преобладает альтруистическое, а в других - эгоистическое начало. Оно и определяет все.
Альтруистическое начало коррелирует с кротостью, верностью, всепрощением, готовностью к самопожертвованию и непосредственным фактом самопожертвования ради любимого или имеющихся ценностей, цельностью и неизменностью характера на протяжении литературного произведения. Таковы Татьяна Ларина («Евгений Онегин»), Елена («Накануне»), Джейн Эйр («Джен Эйр»), Ася («Ася»), перечень имен можно бесконечно продолжать.
Эгоистическое начало коррелирует со свободолюбием, необузданностью, страстностью, превалированием чувственности над разумом, нарушением запретов, пренебрежением к долгу. Это Кармен («Кармен»), Скарлетт О Хара («Унесенные ветром»), Бекки Шарп («Ярмарка тщеславия»), Настасья Филипповна («Идиот») и многие-многие другие. Трудно сказать, кому авторы оказывали большее предпочтение. Чаще всего в произведении столь различные героини противопоставлялись друг другу.
Однако русская классическая литература, несомненно, отдавала предпочтение первому образу, который и вошел в историю литературы под определением «тургеневские девушки». С полным правом и к героиням Г. Демарева можно применить подобное определение - «демаревские женщины», которые представляют собой абсолютную противоположность русским женским классическим образам: Татьяна – «Виноградная лоза»; Надежда, Светлана, Алена – «Петля»; Анна – «Погибель»; Сысколана – «Отверженный духами».
В большинстве своем это мелочные, недалекие, корыстолюбивые, низко интеллектуальные, сосредоточенные исключительно на себе и собственном благополучии, дамочки. Но их же никоим образом и нельзя сравнить с теми же пресловутыми Кармен и Скарлетт. Характеры последних настолько выпуклы, сильны и ярки, насколько серы, неинтересны и малопривлекательны натуры первых. «Демаревские женщины» представляют собой продукт распада эпического мира, и поэтому являются демотиваторами развития и дезорганизаторами поведения героев.
Завершение повестей и романов Геннадия Демарева большей частью трагическое, но оно отнюдь не ставит окончательную точку в решении множества вопросов. Это скорее многоточие.
Автор, повествователь и литературные герои в произведениях Геннадия Демарева достаточно близки друг другу, хотя дистанция между ними определенно имеется. Но создается ощущение, что вопросы, которые задают и на которые пытаются найти ответы главные герои, это вопросы и повествователя, и самого автора.
Гоголь, Булгаков, Демарев. Не считаю слишком дерзким выстраивание такого ряда.
Преемственность сохраняется.
Традиции продолжаются!
75 лет назад - 3 сентября 1941 года – родился русский писатель и журналист Сергей Довлатов.
Довлатов называл себя не писателем, а рассказчиком. В основе его произведений – события и факты из собственной биографии. Лучше, чем сам Довлатов о себе, никто о нём не написал. Вот отрывки из книги «Ремесло» , где он писал о своей юности в Ленинграде и начале писательской карьеры:
« Я вынужден сообщать какие-то детали моей биографии. Иначе многое останется неясным. Сделаю это коротко, пунктиром. Толстый застенчивый мальчик… Бедность… Мать самокритично бросила театр и работает корректором… Школа… Дружба с Алешей Лаврентьевым, за которым приезжает «Форд»… Алеша шалит, мне поручено воспитывать его.… Тогда меня возьмут на дачу…. Я становлюсь маленьким гувернером…. Я умнее и больше читал… Я знаю, как угодить взрослым… Черные дворы.… Мечты о силе и бесстрашии… Бесконечные двойки… Равнодушие к точным наукам.… Первые рассказы. Они публикуются в детском журнале «Костер». Напоминают худшие вещи средних профессионалов.… С поэзией кончено навсегда. Аттестат зрелости… Производственный стаж… Типография имени Володарского… Сигареты, вино и мужские разговоры… Растущая тяга к плебсу (то есть буквально ни одного интеллигентного приятеля)…». «…Университет имени Жданова (звучит не хуже чем «Университет имени Аль-Капоне»)… Филфак… Прогулы… Студенческие литературные упражнения… Бесконечные переэкзаменовки… Несчастная любовь, окончившаяся женитьбой… Знакомство с молодым ленинградскими поэтами – Рейном, Найманом, Вольфом, Бродским… 1960 год. Новый творческий подъем. Рассказы, пошлые до крайности. Тема – одиночество. Неизменный антураж – вечеринка. Хемингуэй как идеал литературный и человеческий… Недолгие занятия боксом… Развод, отмеченный трехдневной пьянкой… Безделье…. Повестка из военкомата. За три месяца до этого я покинул университет. В дальнейшем я говорил о причинах ухода – туманно. Загадочно касался неких политических мотивов. На самом деле все было проще. Раза четыре я сдавал экзамен по немецкому языку. И каждый раз проваливался. Языка я не знал совершенно. Ни единого слова. Кроме имен вождей мирового пролетариата. И, наконец, меня выгнали. Я же, как водится, намекал, что страдаю за правду. Затем меня призвали в армию. И я попал в конвойную охрану. Очевидно, мне суждено было побывать в аду… Мир, в который я попал, был ужасен. В этом мире дрались заточенными рашпилями, ели собак, покрывали лица татуировкой. В этом мире убивали за пачку чая. Я дружил с человеком, засолившим когда-то в бочке жену и детей. Мир был так ужасен. Впервые я понял, что такое свобода, жестокость, насилие…. Но жизнь продолжалась. Соотношение добра и зла, горя и радости – оставалось неизменным. В этой жизни было что угодно. Труд, достоинство, любовь, разврат, патриотизм, богатство, нищета. В ней были карьеристы и прожигатели жизни, соглашатели и бунтари, функционеры и диссиденты. Но вот содержание этих понятий решительным образом изменилось. Иерархия ценностей была полностью нарушена. То, что казалось важным, отошло на задний план. Мое сознание вышло из привычной оболочки. Я начал думать о себе в третьем лице. Когда меня избивали около Ропчинской лесобиржи, сознание действовало почти невозмутимо: «Человека избивают сапогами. Он прикрывает ребра и живот. Он пассивен и старается не возбуждать ярость масс…». Кругом происходили жуткие вещи. Люди превращались в зверей. Мы теряли человеческий облик – голодные, униженные, измученные страхом. Мой плотский состав изнемогал. Сознание же обходилось без потрясений. Если мне предстояло жестокое испытание, сознание тихо радовалось. В его распоряжении оказывался новый материал. Голод, боль, тоска – все становилось материалом неутомимого сознания. Фактически я уже писал. Моя литература стала дополнением к жизни. Дополнением, без которого жизнь оказывалась совершенно непотребной. Оставалось перенести все это на бумагу… »
Три года армейской службы во внутренних войсках, охрана исправительных колоний в Республике Коми. Как вспоминал Бродский, Сергей вернулся из армии «как Толстой из Крыма, со свитком рассказов и некоторой ошеломлённостью во взгляде».
Довлатов поступил на факультет журналистики ЛГУ, работал в студенческой многотиражке Ленинградского кораблестроительного института «За кадры верфям», писал рассказы. Был приглашён в группу «Горожане», основанную писателями Владимиром Марамзиным, Игорем Ефимовым, Борисом Вахтиным и Владимиром Губиным. Работал литературным секретарём Веры Пановой.
С сентября 1972-го по март 1975 года жил в Эстонии. Для получения таллинской прописки около двух месяцев работал кочегаром в котельной, одновременно являясь внештатным корреспондентом газеты «Советская Эстония». Позже его приняли на работу в выпускавшуюся Эстонским морским пароходством еженедельную газету «Моряк Эстонии». Являлся внештатным сотрудником городской газеты «Вечерний Таллин». Летом 1972-го принят на работу в отдел информации газеты «Советская Эстония». В своих рассказах, вошедших в книгу «Компромисс», Довлатов описывает истории из своей журналистской практики в качестве корреспондента «Советской Эстонии», а также рассказывает о работе редакции и жизни своих коллег-журналистов. Набор его первой книги «Пять углов» в издательстве «Ээсти Раамат» был уничтожен по указанию КГБ Эстонской ССР.
В 1975 году писатель вернулся в Ленинград, где устроился в журнал «Костёр». Писал прозу, но журналы, в основном, отвергали его произведения. Рассказ на производственную тему «Интервью» был опубликован в 1974 году в журнале «Юность». Публиковался в самиздате и в эмигрантских журналах «Континент», «Время и мы». В 1976-м был исключён из Союза журналистов СССР.
В 1978 году писатель эмигрировал в США, поселился в районе Форест-Хилс в Нью-Йорке, где стал главным редактором еженедельной газеты «Новый американец». Членами его редколлегии были Борис Меттер, Александр Генис, Пётр Вайль, балетный и театральный фотограф Нина Аловерт, поэт и эссеист Григорий Рыскин и другие. Газета быстро завоевала популярность в эмигрантской среде. Одна за другой выходили книги его прозы. К середине 1980-х годов добился большого читательского успеха, печатался в престижных журналах «Partisan Review» и «The New Yorker». За 12 лет эмиграции издал двенадцать книг в США и Европе. В СССР писателя знали по самиздату и авторской передаче на радио «Свобода».
Умер 24 августа 1990 года в Нью-Йорке от сердечной недостаточности. Похоронен на еврейском кладбище «Маунт-Хеброн» в нью-йоркском районе Куинс.
*
Судьбу Довлатова придумала его жена
Один из самых распространённых мифов о Сергее Довлатове приписывает ему донжуанские наклонности и аж 200 пассий в одном только Ленинграде. Однако, как утверждают люди, близко знавшие его, Довлатов женщин… боялся! И в жизни писателя были только две пассии: одну — Асю — он любил, а второй — Елене — был обязан всем.
С Асей Пекуровской он познакомился на филфаковской лестнице. Довлатов любил её безумно, но Ася, вскоре родившая ему дочь Машу, предпочла неудачнику Сергею, отчисленному из университета, более успешного Василия Аксёнова, романы которого уже тогда печатались в журнале «Юность». Когда она объявила Довлатову, что уходит, он сначала грозился самоубийством. Видя, что это не помогает, заперся с любимой в комнате, наставил на неё ружьё и кричал, что убьёт её, если она не останется с ним! Но Ася была непреклонна — и отчаявшийся Довлатов спустил курок…
К счастью, его рука дрогнула, и пуля ушла в потолок. Услышав выстрел, в комнату ворвалась его мать, а Пекуровской удалось убежать. Больше она не вернулась. Довлатов же, как писал он потом, отметил уход любимой женщины трёхдневной пьянкой. Только через 18 лет Ася решилась показать Довлатову дочь, но тот отнёсся к своему ребёнку холодно — Маша была слишком похожа на мать, которая когда-то его бросила. Сейчас старшая дочь Довлатова живет в Сан-Франциско и пишет слоганы для афиш, зарабатывая за каждый столько, сколько её отец не получил за всю жизнь.
Говорят, он никогда не реализовал бы себя, если бы не вторая жена — Елена. Замкнутая и молчаливая, она обладала тем мужским характером, которого так не хватало самому Довлатову. Хотя он пишет, что жена нисколько не интересовалась его прозой, именно она своими руками набрала на печатной машинке полное собрание его сочинений. Сергею было достаточно одного движения Лениных бровей, чтобы понять: рассказ нужно переделать. Именно она, утверждают знакомые семьи, принимала все важные решения в его жизни. Несмотря на то, что однажды они временно разошлись, Лена продолжала жить в его квартире с его матерью и их дочерью Катей. Однажды Лена сказала Довлатову: «Вот тебе поплиновая рубашка, и распишись на бумажке, что ты не возражаешь против отъезда дочери в Америку». И он подписал!
По некоторым сведениям, эмиграцию тоже подстроила Елена. Всё началось с мелочи — Сергей поехал провожать Лену и Катю на аэродром, где долго махал им вслед своим шарфом. Из-за ледяного ветра у него тут же заболело горло, и он позвонил на самоходную баржу «Алтай», где тогда работал сторожем, чтобы за него отдежурили, а сам поехал домой. Не дождавшись врача, он активно занялся самолечением — пил водку. Поэтому приехавший врач вместо больничного констатировал у Довлатова алкогольное опьянение. В это время на барже за него отдежурили и записали на его имя рабочие часы — а это был натуральный подлог, за который начальство впоследствии Довлатова лишило работы.
Дальше — больше: после увольнения над ним нависла угроза быть арестованным за тунеядство, от чего он спасался весьма оригинальным способом. Подкупил за бутылку вермута знакомого журналиста, который сидел на первом этаже и высматривал милиционеров, пришедших за Довлатовым. Как только они объявлялись, журналист поднимал трубку и говорил Сергею два слова: «Бл*ди идут». По этому сигналу Довлатов закрывал дверь на щеколду и залезал с головой под одеяло — так ему долго удавалось скрываться. Однако кроме милиции за ним охотился еще и КГБ, где прознали про публикацию за границей произведений Довлатова, о чем он сам даже не подозревал! Схватили его во время одного из выходов в магазин — и в тюрьме полковник КГБ завёл с ним разговор издалека: «Сергей Донатович, вы любите свою жену? Свою дочь? Вас ведь издают за границей? Вы не хотите уехать — мы вам поможем…» Так Довлатов оказался за океаном, где снова женился на своей же жене.
Несколько цитат из произведений и записных книжек Довлатова:
*Истинное мужество состоит в том, чтобы любить жизнь, зная о ней всю правду.
*Какое это счастье — говорить, что думаешь! Какая это мука — думать, что говоришь!
* Нет географической провинции, есть провинция духовная
*Решительный нонконформизм уживался в нем с абсолютной беспринципностью.
* Стала она врать. Я в таких случаях молчу — пусть. Бескорыстное вранье — это не ложь, это поэзия.
* Рожденный ползать летать… не хочет.
*Если дать творческую свободу петуху, он все равно будет кукарекать.
*Ирония — любимое, а главное, единственное оружие беззащитных.
*Порядочный человек тот, кто делает гадости без удовольствия
*Двое — это больше, чем Ты и Я. Двое — это Мы...
*Семья — это если по звуку угадываешь, кто именно моется в душе.
*Скудность мысли порождает легионы единомышленников.
*Человек человеку — всё, что угодно... В зависимости от стечения обстоятельств.
*Юмор - украшение нации... Пока мы способны шутить, мы остаемся великим народом
* Борька пьяный и Борька трезвый настолько разные люди, что даже не знакомы между собой
* Я закуриваю, только когда выпью. А выпиваю я беспрерывно. Поэтому многие ошибочно думают, что я курю
* Я не буду менять линолеум, я передумал, ибо мир обречен.
* Что приуныли, трубадуры режима?
*— У тебя есть машина? — Ты спроси, есть ли у меня целые носки.
* Жизнь превратила моего двоюродного брата в уголовника. Мне кажется, ему повезло. Иначе он неминуемо стал бы крупным партийным функционером.
* Человек привык себя спрашивать: кто я? Там ученый, американец, шофер, еврей, иммигрант… А надо бы всё время себя спрашивать: не говно ли я?
* Самое большое несчастье моей жизни — гибель Анны Карениной.
* Неподкупность чаще волнует тех, кого не покупают.
* Талант это как эрекция — скрыть трудно, а симулировать невозможно…
* Я так много читал о вреде алкоголя, что решил бросить… читать.
* На бумаге я пишу все что угодно. Но вслух, перед людьми…
В настоящий момент книги Сергея Довлатова («Зона», «Чемодан», «Заповедник», «Рассказы») — включены в перечень 100 книг, рекомендованных Министерством образования и науки России к самостоятельному прочтению школьниками.
*
Все материалы и фото взяты из интернета : вк Липецкий киноклуб "Ностальгия", сайта Кино-Теарт, Википедии и сайта "Sergei Dovlatov :: Сергей Довлатов".
Если Вас пытаются уничтожить, унизить
Вас ненавидят, значит Вы нужны миру.
Вы на правильном пути.
Люди вредят всем, кто умнее их,
успешнее, богаче и здоровее.
В гостях у Ёжика. Дорогами СКАЗОК.
Доброе утро!
Так с незапямятных времён, начиная новый день, здоровались друг с другом наши предки, веря, что слова несут в себе сакральный смысл. Пожелаешь добра, и оно вернётся к тебе сторицей.
Доброе утро, друзья и соратники!)
Доброе утро, ещё неизвестные авторы.
Доброе утро, спокойные и равнодушные.
Доброе утро, авторитетные и авторитарные.
Доброе утро, колкие и насмешливые.
Многие из нас знали в детстве, что есть замечательная Сказочная Страна, а у сказок тысячи дорог. И все дороги приводят в одно место - на Сказочную Поляну, где каждая Сказка может рассказать собственную историю. На нашей Сказочной Поляне хранитель и собиратель всех Сказок - небольшой, серый Ёжик. Незаметные - самые лучшие Хранители.
Сегодня подошла очередь сказки-притчи "Пожалуйста, вернись..." (автор Творимира). Буду рада, если она оставит отклик в вашей душе или сердце.
ПОЖАЛУЙСТА, ВЕРНИСЬ...
- Ты непредсказуема и безрассудна, - сказал Рассудок.
- Ты чрезвычайно нелогична, - сказал Разум.
- Ты ужасно мягкотела, - сказала Воинственность.
- Ты слишком расточительна, - сказала Расчётливость.
- Ты утомительно беспокойна, - сказал Покой.
- Жить рядом с тобой нерационально, - подвёл итог Рационализм.
- Уходи, - сказали все. - Без тебя будет лучше и гораздо удобнее.
- Хорошо, - сказала Любовь. - Видно я и впрямь не нужна. Простите меня.
И она ушла. А куда, так никто и не понял.
День, когда ушла Любовь стал для многих праздником. Стало легче: не мучила Совесть, не жёг Стыд, не нарушался равнодушный Покой. Этот день назвали Днём Освобождения. В каждом человеческом сердце, там, где раньше обитала Любовь, образовалась холодная пустота. Разрастаясь, она стала заполнять собой всё человеческое сердце.
На следующий день люди почувствовали, что с ними что-то не так: ушли Радость, Доверие, Искренность, Взаимопомощь, не стало Счастья.
И вот тогда пришла Ненависть.
- Ненавижу детей, - сказала она. - Ненавижу семьи. Ненавижу людей. Ненавижу природу. Ненавижу Землю. Ненавижу Жизнь.
Она легко проникла в пустые холодные человеческие сердца и подчинила себе Рассудок, Разум, Воинственность, Расчётливость, Покой и Рационализм. Рассудок стал искать для себя только выгодных людей. Разум забросил все мирные открытия и начал изобретать мощное и страшное оружие. Расчётливость подсказала Воинственности, что с помощью оружия можно захватить чужие земли и богатства. Воинственность развязала войны. Покой раздражённо сказал: "не трогайте меня", и наглухо закрылся от всего в своём домике. А Рационализм заявил всем, что Земля не сможет всех прокормить, поэтому всё население планеты нужно уменьшить в семь раз.
В одной захудалой и обедневшей деревеньке на самом отшибе стояла чуть покосившаяся изба. А жили в ней старый дед Егор, дочь его Агафья да внученька Глашенька. Вот однажды Глашенька, укладываясь спать, спросила у дедушки:
- Деда, а почему мы так живём?
- Как, Глашенька?
- Не знаю... Плохо, страшно, пусто...
- Так это оттого, что Любовь ушла.
- Любоооовь? Деда, а что это такое?
Крякнул дед Егор, почесал в затылке и развёл растерянно руками.
- Не знаю, как тебе рассказать-то, внучка. Только с ней радостно было, сердце пело, счастье было.
- Сердце пело... - задумчиво сказала Глашенька. - Деда, а можно её вернуть, Любовь-то?
- Не знаю, внученька. Да и где искать-то её? - тоскливо ответил дед Егор и заплакал горько.
Глашенька обняла старого дедушку и пообещала:
- Я придумаю как.
Ранним-ранним утром Глашенька вышла на своё скрипучее крылечко и прошептала, подняв глаза к небу:
- Любовь. Пожалуйста, вернись... Нам без тебя очень плохо. Мы погибаем.
Те слова подхватил Ветер и понёс по всему свету. Их услышал Ручеёк и журча понёс к полноводной Реке, а та в Море. Море прошумело эти слова Океану. И Океан застонал, заплакал:
- Вернись... вернись...
Жаворонок на рассвете услышал просьбу Глашеньки и, поднявшись высоко в синеву, звонко пропел её . Песню подхватили птицы и разнесли по лесам, рощам, лугам.
И звери, и безмолвные рыбы, и дельфины с китами, и травы подхватили те слова. Вся Земля вздыхала:
- Вернись. Пожалуйста, вернись...
И Любовь услышала.
- Меня зовут, - сказала она. - Меня ждут.
И она вернулась. А вместе с ней вернулись Искренность, Радость, Счастье, Стыд, Совесть, Сочувствие, Взаимопомощь, Сострадание, Доверие, Терпение, Добро, Дружба.
А как же иначе? Все они неразрывно связаны с Любовью.
Вот такая сказка-притча.
Добро происходит от щедрости души. Щедрость души - копилка для вечности. Добрый поступок - золотая монета, попадающая в копилку. И только от нас с вами зависит, насколько заполненной копилка будет.
Не теряйте времени даром, пусть каждое ваше утро начинается с добра:)
А нашим замечательным поэтам я предложу написать стихи-экспромты по сказке. Как оказалось, у Любви очень много соратников, и все они несомненно заслуживают внимания.
1. Одеть/надеть
«Одеть Надежду, надеть одежду». То есть одеть можно кого-то, а надеть — что-то.
2. Уплатить/оплатить/заплатить
Оплатить можно что-то, а вот заплатить (или просто платить) — за что-то.
3. Невежа/невежда
Невежа — это про воспитание, а невежда — про образование.
4. Эффективный/эффектный
Эффективный дает эффект. А эффектный производит впечатление.
5. Командировочный/командированный
Командировочным может быть удостоверение, документ, а командированным — человек, который отправился в командировку.
6. Главный/заглавный
Многие уверены, что заглавной может быть только буква. На самом же деле заглавной может быть и роль в кино.
7. Принять/предпринять
Принять можно меры, а предпринять, например, усилия.
8. Экономический/экономичный
Экономический относится к экономике. А экономичный — такой, который дает возможность сэкономить.
9. Роспись/подпись
Роспись — декоративная живопись. Подпись — росчерк под документом.
10. Сравнять/сровнять
Сровнять — сделать ровным, сравнять — сделать равным. То есть счет в игре можно сравнять, а дом можно сровнять с землей.
День близится к концу, а никто так и не вспомнил...
Поздравляю с Днем воинской славы!
2 сентября в России отмечается День окончания Второй мировой войны . Международно‑правовым основанием для установления памятной даты считается Акт о капитуляции Японии, подписанный 2 сентября 1945 года на борту американского линкора "Миссури".
Памятная дата России — 2 сентября установлена Федеральным законом от 23 июля 2010 года "О внесении изменений в статью 1.1 Федерального закона "О днях воинской славы и памятных датах России", в знак памяти о соотечественниках, проявивших самоотверженность, героизм, преданность своей Родине и союзническому долгу перед государствами — членами антигитлеровской коалиции при выполнении решения Крымской (Ялтинской) конференции 1945 года по Японии.
Вторая мировая война продолжалась шесть лет с 1 сентября 1939 года по 2 сентября 1945 года. В нее было втянуто 61 государство с населением 1,7 миллиарда человек , военные действия велись на территории 40 государств, а также на морских и океанских театрах.
Вторая мировая война была самой разрушительной и кровопролитной из войн. В ней погибло свыше 55 миллионов человек . Наибольшие жертвы понес Советский Союз, потерявший 27 миллионов человек.
Мало кто знает, что при этом закончилась и японско-китайская война (1937-1945). Армией Японской империи против войск Китая применялось химическое оружие, что при массовом его применении и в силу практически полного отсутствия химзащиты и химразведки китайских войск приводило к большим потерям в их рядах.
Летом 1940-го возглавивший Северо-Китайскую армию генерал Ясудзи Окамура придумал поистине жуткую стратегию «Санко сакусен». В переводе она означала «Три все»: жги все, убивай все, грабь все. Пять провинций – Шаньдун, Шаньси, Хэбэй, Чахар и Шэньси разделили на участки: «мирные», «полумирные» и «немирные». Войска Окамуры выжигали целые деревни, конфисковывали зерно и сгоняли крестьян на работы по рытью окопов и строительству многокилометровых дорог, стен, башен. Главная цель состояла в уничтожении врагов, притворяющихся местными, а также всех мужчин от пятнадцати до шестидесяти, ведущих себя подозрительно. Даже японские исследователи считают, что их армией таким образом было порабощено около десяти миллионов китайцев. В 1996-ом году ученый Мицуоси Химета сделал заявление, что политика «Санко сакусен» привела к гибели 2,5 миллионов человек .
Точные цифры геноцида японцами китайского народа варьируются от 10 до 35 миллионов человек.
Вечная память всем невинным жертвам, погибшим в ходе Второй мировой войны!
Пусть ничего подобного никогда не повторится!
