Стихи Алексея Панченко — самые популярные.

Алексей Панченко • 111 стихотворений
Читайте все стихи Алексея Панченко онлайн.
Полное собрание стихотворений с комментариями и оценками.
ДАТА Все время
ЯНВ
ВЕФ
МАР
АПР
МАЙ
ИЮН
ИЮЛ
АВГ
СЕН
ОКТ
НОЯ
ДЕК
ПН
ВТ
СР
ЧТ
ПТ
СБ
ВС
ЖАНР Все
Мой взор пронзает годы и столетья.
Я ясно вижу то, что лишь грядет.
И ткань времен перерубая плетью,
Приоткрываю я себе проход.
Скрипят минуты тихо под ногами,
Мой путь лежит вперед через века.
Мне важно знать, что будет дальше с нами,
Куда несет нас времени река.
Преодолею горы лет суровых
И там увижу дивный новый мир.
И в нем людей неведомых мне, новых,
Что призовут меня на буйный пир.
И будут песни о годах минувших,
О тех мечтах, которыми я жил,
О людях недоживших и уснувших,
О тех кому недоставало сил.
Мне будет сразу радостно и грустно.
Мои потомки спросят у меня:
«Скажи, ты правда был поэт искусный,
Что нес частичку Божьего огня?»
А я отвечу: «Сам того не знаю.
Не мне судить о том, каким я был»…
Закат столетий тихо догорает,
Напоминая мне, что я любил.
Смотрю вокруг. Вот памятник влюбленным
Среди берез, что так любила ты.
Я чувствую, что мир стал утонченным,
В нем места нет для слез и суеты.
И я хотел здесь навсегда остаться,
Но образ твой меня зовет назад.
Сквозь свет веков мне надо возвращаться.
Я без тебя грядущему не рад…
0
В античном мире существовала теория о пяти веках – эпохах жизни человечества. Самое интересно в ней то, что каждый последующий век был хуже предыдущего.
 
Тяжелые шаги веков
Ужасным громом раздаются
В моих ушах. И много слов
Безбрежным морем льются, льются.
Не все успею я понять.
Не все слова веков ушедших.
Вдруг повернулось время вспять.
Я вижу вновь покой обретших.
Вот век железный, страшный век.
Тот век, в котором я родился.
Богам не нужен человек.
Незримый мрак вокруг разлился.
Забыта истина, закон
Давно растоптан и раздавлен.
Судья не слышит жертвы стон.
И неугодный стих исправлен.
Века на месте не стоят.
Они идут, идут обратно.
Они торопятся, спешат
И повторяют многократно
Судьбу людей, судьбу богов.
Я вижу новый век героев,
Что встали из своих холмов,
Где спали в мертвенном покое.
Они встают, они живут.
Они прекрасны и могучи.
Война для них тяжелый труд.
Руками раздвигают тучи.
Но этот век недолог был.
Герои пали спят в курганах.
Я раз увидел, не забыл,
Блуждая в вековых туманах.
Века на месте не стоят.
Они идут, идут обратно.
Века спешат, идут назад,
Чтоб повториться многократно.
Я вижу новый век людской.
То медный век, из меди люди.
Неведом никому покой.
Пощады никому не будет.
Вся жизнь – война. И грохот битв
Наполнил землю. Кровь и стоны.
Не слышно никаких молитв.
И не придуманы законы.
Они погибли и сошли
Давно во тьму, во мрак глубокий.
Пришел покой полям земли.
Был медный век, был век жестокий.
Века на мест не стоят.
Они идут, спешат обратно.
Они спешат, идут назад,
Чтоб повториться многократно.
Век серебра явился мне.
Обильны земли, люди рады.
Я был как будто в дивном сне.
Другой не надо мне награды.
Но я не вижу жертв богам.
Забыли люди, кто создатель.
Я не поддамся тем мечтам.
Но кто я в их миру? Искатель?
Они ушли, их тоже нет.
Неумолимо мчится время.
Сменяет ночь неясный свет,
И люди жизнь влачат как бремя.
Века на месте не стоят,
Они идут, идут обратно.
Века торопятся, спешат,
Чтоб повториться многократно.
И, наконец, век золотой.
Забот блаженные не знают.
Прекрасный век, то век святой.
Всевышних люди прославляют.
Прекрасный век, блаженный век,
Но только свет, увы, не вечен.
Последний умер человек.
Последний, кто был так беспечен.
Меня не манит этот мир.
Моя судьба, судьба поэта.
Не соблазнит меня эфир.
Во время тьмы певец я света.
Здесь не останусь навсегда.
Века вперед пошли, как прежде.
Пускай там ждет меня беда,
Свою судьбу отдам надежде…
0
Сандро любил рассказывать своим ученикам разные истории-притчи. При этом он никогда не говорил, правда ли это, или вымысел. Да это никого не интересовало. Марк, ставший теперь Маркелом и Лукреция внимали каждому слову учителя. Им было не важно, правда это, или нет, их интересовало содержание историй. Сандро обладал удивительным даром рассказывать истории так, что любой слушал, даже боясь помыслить перебить. Это казалось кощунством – прервать учителя, говорящего столь интересные вещи. В этот раз Сандро рассказал историю, которую он сам назвал «Победа или поражение?»
«В одной стране жил певец по имени Орфил. Однажды он встретил девушку по имени Африда. И едва они увидели друг друга, как словно искра мелькнула между ними. Их сердца зажглись любовью. Целые дни напролет они проводили вместе на берегу небольшого озера. Орфил пел песни, заставляющие птиц спускаться на ладонь к Африде. Ветер подпевал Орфилу, а травы ложились у его ног мягким ковром. Так проходили дни, но влюбленные не замечали хода времени. Мгновение остановилось для них. Они просто были счастливы и жили друг другом. Казалось, что ничто не может нарушить их счастье.
Но однажды птицы донесли до Орфила весть о близящемся турнире лучших певцов страны. Лучшему из лучших должна была достаться лютня из чистого золота. Африда сказала:
- Иди, мой любимый! Ты должен выиграть это состязание. Ведь ты лучший певец на свете. Я верю, что ты победишь.
Но Орфил боялся. Он никогда не пел для публики, никогда ни с кем не соревновался. И теперь он страшился уйти, оставив Африду. Тяжело, очень тяжело было ему. Любовь держала его рядом с Афридой, но дар певца звал на состязание. И тогда Африда сама запела. Она подарила Орфилу песню, с которой он должен был победить на состязании:
Звездный свет в твоих глазах
Не слепит, но открывает
Путь туда, где гибнет страх,
Где обида умирает.
Ты зовешь меня туда,
Я спешу и догоняю.
Жди меня, моя звезда,
Я приду, я это знаю.
Луч луны наш узкий путь,
Тонкий мост к ночной свободе.
Нам нельзя с него свернуть.
Мы бежим, но солнце всходит.
Мост исчез, мы вниз летим,
Мы с тобой ночные птицы.
Мост растаял словно дым,
Свет остался в наших лицах.
Вновь взойдет луна, и мы
Путь продолжим к свету ночи
Из своей земной тюрьмы,
Той, что стала домом прочим.
И когда Африда спела эту песню, то Орфил сразу преобразился. Он почувствовал уверенность в своих силах, способность победить. Он вскочил на ноги, обнял и крепко поцеловал Африду и едва не бегом отправился на состязание. Он спешил, а Африда смотрела ему вслед. И только маленькая слезинка набежала на ее глаза, когда Орфил, ни разу не обернувшись, скрылся из виду.
Когда Орфил прибыл в столицу, турнир был в полном разгаре. Один за другим претенденты поднимались на помост и пели свои песни перед толпой народа. Среди них было множество достойнейших, но каждому чего-то не хватало. И вот появился Орфил. Смущаясь, он поднялся на сцену и запел. Он пел сначала робко, но с каждым словом его голос обретал неведомую прочим силу. Каждая строчка песни дышала любовью, распространяя свою магию на слушателей. И толпа молча слушала, стараясь не упустить ни одного звука. А когда Орфил замолчал, единый выдох пронесся над площадью. И следом за ним крики слушателей: «Еще! Спой нам еще!» И Орфил запел. Он пел песню, которую сочинил после того, как Африда сказала ему: «Люблю!»
Мы с тобой ночные птицы,
Мы над звездами летим.
Млечный путь вокруг кружиться.
Он растает словно дым.
Наше время на исходе –
Занимается заря.
Мы во тьме покой находим,
Жизнь дневную тратим зря.
Звезды падают на землю,
Мы летаем выше их.
В час, когда все люди дремлют,
Ты – невеста, я – жених.
Мы помолвлены луною,
Наши кольца ярче звезд.
Улетаем мы с тобою
На незримый прочим мост.
Мы с тобой ночные птицы,
Мы над звездами летим.
Жизнь дневная только сниться,
Жизнь дневная только дым.
И новый выдох разнесся над площадью. Люди бросились к помосту, подняли Орфила на руки и понесли его ко дворцу правителя, где должно было происходить награждение. Орфил получил золотую лютню, и титул лучшего певца страны в придачу. Сбылось то, к чему он стремился! Правитель оставил его при дворе и сделал королевским менестрелем. Для того, чтоб услышать пение Орфила люди приезжали не только из разных городов, но даже из далеких стран. Орфил купался в почестях и славе. У него было все, что он мог только пожелать.
Но вышло так, что он стал потихоньку забывать песню, которую подарила ему Африда. Нет, не то, чтоб он забыл слова, но теперь, когда он пел ее, не было той волны любви, которая накрыла слушателей в тот день, когда он завоевал титул. Немногие заметили это, и слава великого певца не потускнела. Орфил ходил по дворцу в окружении почитателей и время от времени пел им свои песни. А те в ответ рассыпались в комплиментах, состязаясь в славословии.
Однажды, во сне Орфил увидел плачущую Африду. Только тогда он вспомнил о своей любви. И, вспомнив о ней, он поспешил к озеру. За ним потянулась свита его льстецов и почитателей. Но, когда он встретился с Афридой, то решил поразить ее своим талантом. И спел ей ту самую песню, которую она ему подарила. Но песня, из которой ушла любовь, не восхитила его любимую. Она не узнала своего Орфила, для нее он казался совсем чужим. А свита певца славила кумира. И это делало его еще более далеким. Африда ушла, а Орфил остался в окружении своих поклонников. И стало ему мучительно больно оттого, что потерял он свою любовь.
Африде тоже было больно терять любимого. Но еще больше ей не хотелось причинять ему боль своим присутствием. Если бы она была рядом, то Орфилу пришлось бы отказаться от своих поклонников, от всего, чего он смог добиться. И еще ей было больно оттого, что Орфил потерял свой голос. Он обрел славу ценой продажи своего таланта. И она считала себя виноватой в этом. И поэтому она решила уйти, чтоб не терзать своего возлюбленного.
А Орфил впал в задумчивость. Ему опротивели те, кто следуют за ним как тень. Ему надоела слава, от которой нельзя скрыться, нельзя убежать. Это просто пытка, терять любимую из-за славы. Но он певец, а певец должен петь, в песне он живет. Тяжелый выбор встал перед ним: отказаться от себя, или отказаться от своей любви. Это очень и очень непросто. И он запел, запел, как оказалось, последний раз в жизни:
Мы жили под солнцем в чудесной стране,
Под солнечным светом росли.
И ты согревала мечты. В моем сне
Мы были с тобой короли.
Я был королем, а ты верной женой,
И дети гуляли в саду.
Но солнце погасло, теперь я слепой
В сияющем тьмою аду.
Брожу я один. Потерял я тебя.
Ищу, но найти не могу.
Но я все стерплю, буду верить любя.
Найду и тебя сберегу.
Мы встретимся снова, мы вместе опять,
И солнце над нами горит.
Не буду о страшном том сне вспоминать
И солнцем украшу свой щит.
А потом отрекся от своего голоса. Отрекся от славы и ушел вслед за Афридой. Он навсегда остался с ней, но больше никогда не пел. Славе удалось сломать его, он не вышел на бой с ней. И Орфил с Афридой всю жизнь прожили вместе. Но были ли они счастливы? Певец, отказавшийся от песен и его любимая, казнившая себя за это…»
На этом Сандро закончил свою историю. Маркел задал ставший уже привычным вопрос:
- А что было дальше?
- А дальше все еще печальнее. Африда зачахла и умерла, виня себя в том, что испортила жизнь Орфилу. А он, после смерти возлюбленной винил в этом себя, и попытался покончить жизнь самоубийством. Но боги оказались слишком жестоки по отношению к нему. Он не смог умереть и оказался обречен на вечное существование на грани жизни и смерти. Вот и думайте, победитель он или побежденный. Но помните, все, что нас не убивает, то нас делает сильнее.
0
I
Я не люблю пустые тени,
Но только одеваю вновь
Я белый саван из сомнений
И погружаюсь в царство снов,
Туда, где царствует любовь.
Я так хочу с тобой быть рядом.
И вместе слушать тишину.
Ласкать тебя руками, взглядом,
Одну тебя, тебя одну.
И искупить свою вину.
Тебя обидел я когда-то,
Тем, что не замечал тебя.
Я видел зарево заката
И этим жил, я жил скорбя,
Не видя света, не любя.
Теперь с тобой мы будем вместе.
И нас никто не разлучит.
Тебе дарю, своей невесте,
Я сердце, вшитое в гранит.
Твоя любовь да сохранит.
Как два небесных пилигрима
С тобой над миром мы пойдем.
Пускай века промчатся мимо,
Но вечно будем мы вдвоем.
Мы будем светом и огнем.
Однажды мне в глаза заглянешь,
Но в них себя увидишь ты.
Меня ты этим не обманешь
И сохранишь мои мечты,
Которые не так просты…
Мы, словно бабочки ночные,
Взмахнув крылами полетим.
Прочь упадут слова пустые.
Но мы в огне любви сгорим.
От нас останется лишь дым.
 
II
Пройдут века, и соберется пепел.
Мы снова вместе, хоть прошли года.
И снова взгляд наш бесконечно светел.
И мы не разлучимся никогда.
Мы снова вместе, большего не надо.
Нас даже смерть не в силах разлучить.
Мы вечно будем продолжать любить.
И та любовь – она для нас награда.
Пусть мы сгорим в пылающей любви,
Пройдут века, и пепел соберется.
И я приду, меня лишь позови,
Чтоб снова вместе были мы вдвоем,
И вновь пылали ангельским огнем.
Круг мирозданья заново начнется.
 
III
Мы молимся о новой встрече.
И согревает нас любовь.
Мы ждем, что вновь наступит вечер,
И заструится в жилах кровь.
О новой встрече будем мы мечтать.
И мы сгорим, родиться чтоб опять.
0

Всадник

08.05.2016
На восток мчался всадник на черном коне.
Черный плащ с капюшоном скрывал его лик.
Свет луны отражался на черной броне.
И с тоской вслед глядел ему воин-старик.
И усталый крестьянин свой взор поднимал,
Но лишь черную молнию видел вдали.
Он седой головой с удивленьем качал:
«Вот безумец, несется он к краю земли».
И богатый купец, слыша топот копыт,
Отрывался от груды шелков и парчи.
Удивлялся: «Кто в пору такую не спит?
Кто же он, этот всадник, что мчится в ночи?»
Менестрель, под любимым стоявшим окном,
Сбился с такта баллады, которую пел.
И вдруг песню повел о герое ином,
А потом с тихой грустью на землю смотрел…
Только всадник все дальше и дальше летел.
Сердце радостно бьется: уж близок восток.
Он давно тайну света постигнуть хотел,
Но ответ все те годы был слишком далек…
Солнце встало и бросило первый свой луч
Вниз на всадника. Конь от испуга заржал.
Яркий свет, слишком яркий. Пронзил стаи туч.
Всадник, вдруг покачнувшись, на землю упал.
От удара слетел с головы капюшон.
По щеке его катится счастья слеза.
Прошептал он: «Не верю. Быть может все сон…»
Поднял к солнцу пустые, слепые глаза.
0
- Марк, я знаю, ты считаешь меня своим врагом. Да, пожалуй, и врагом всего рода человеческого. Я не буду пытаться убедить тебя в обратном. Но, прежде чем ты скажешь, что ты выбрал, выслушай мой рассказ.
- Сандро! Я презираю тебя! Я не знаю, почему ты не убил меня сразу же, как твои слуги разбили мой отряд. Но, что бы ты не предлагал мне, я всегда останусь верным воином света! Я никогда не отрекусь от своих убеждений!
- Не горячись, юный воин. Пока я тебе предлагаю только выслушать одну историю, а основной разговор мы начнем потом. Итак, слушай.
«В одной стране правил жестокий тиран. Народ находился в таком положении, что живые завидовали тем, кто умер раньше. Горстка богачей, друзей и родственников правителя владели всеми богатствами страны. Только эта горстка не ведала забот и жила в свое удовольствие. Все прочие жители страны вынуждены были каждый день бороться за свою жизнь. Народ роптал, но дальше ропота дело не шло. Все боялись высказать вслух то, что думают. Так продолжалось очень долго, пока в семье сапожника и прачки Джофа и Марин не родился сын, получивший имя Хозус. Мальчик рос, и однажды сочинил первое свое стихотворение. Вот оно, Хозус назвал его «Немая жизнь»:
В этом мире правит тишина.
Замолчать заставили героев.
В этом мире правда не слышна,
Только тени этот мир укроют.
Тишина – неведомый палач,
Рубит головы поющим песни.
И над всей землей несется плач,
Но погибший не утратил чести.
Мы молчим. Нет силы говорить.
Мы немые. Мы боимся смерти.
Нам хотелось бы про все забыть,
Но далек освобожденья миг.
Мы бежим, но впереди тупик.
Мы спасемся? Я не знаю! Верьте!
Все, что мальчик видел вокруг себя, призывало его перестать молчать. И он выступил против немоты, произнеся вслух, то, что многие думали про себя. И это стихотворение стало неожиданно очень популярным среди простого народа. Люди, словно почувствовав в Хозусе волшебную силу, признали его своим духовным лидером. Так молодой человек (Хозусу было тогда около двадцати лет) стал во главе всей нации. Он ходил по городам, встречался со многими людьми. Его стихи стали песнями, которые распевал весь народ. Но Хозус не просто так бродил по стране. Настало время, и он возглавил восстание против тирана. Толпы людей, распевающие «Новый марш», самую известную песню Хозуса, ворвались во дворец. Под слова:
Нас бросили на растерзанье львам,
Не разбирая ни чинов, ни званий.
Но перед смертью я сказал всем вам,
Что это – не предел моих мечтаний…
Нас продали за десять золотых.
Мы все свою свободу потеряли.
И, превратившись вмиг в рабов немых,
Мы никогда об этом не узнали…
Нас прокляли и всех изгнали прочь
Из лона церкви грязной и убогой.
Но мы идем, все в силах превозмочь,
Своею неизведанной дорогой…
Нас позабыли. Мы для вас никто.
Над нами можно смело издеваться.
И мы уходим в новый мир пустой,
Но мы вернемся, чтобы рассчитаться.
Вчера нас было мало, но теперь –
В любом бою поддержат миллионы.
Они проходят через света дверь,
Чтоб на Земле установить законы…
И мы идем, в руках сжимая меч.
За нами свет, а перед нами тени.
Идут колоны, чтобы мир сберечь.
Идут вперед, без страха и сомнений.
тиран был свергнут. В стране установилась власть народа. А Хозус не стал заниматься управлением, он продолжал сочинять и петь песни, призывающие людей бороться против недобитых сил реакции.
Но очень скоро в стране воцарился хаос. Люди, неожиданно получившие свободу, не знали, что с ней делать. Началось дробление народа на разные секты, фракции и прочие группировки. Между этими объединениями сразу же началась борьба за верховную власть.
А Хозус продолжал петь песни о свободе, призывая народ к единству против всех душителей свободы. Он продолжал оставаться символом революции, но теперь к нему прислушивались гораздо меньше. И тогда Хозус решил приложить все свое ораторское искусство и вышел говорить на площадь, в тот момент, когда там происходили ожесточенные споры между самыми крайними группировками. Он вышел на середину площади и запел:
Он поднял клинок свой на брата.
Корону с отца он сорвал.
И зная, что будет расплата
Детей он своих убивал.
И руки по локти в том соке,
Что звался горячая кровь.
Навеки теперь одинокий,
Навеки забыл про любовь.
Вокруг выставлял он охрану,
Надеялся смерть обмануть.
А брат его с колотой раной
Младенцу шептал: «Не забудь!»
Младенца укрыли от гнева
Тирана в укромном лесу.
И время кровавого сева
Тупило убийцы косу.
Младенец подрос и в наследство
Он меч взял, убивший отца.
Потратил счастливое детство
И беззаботность юнца.
Когда ему было лишь двадцать,
На дядю он поднял свой меч.
Он дрался с желанием драться.
Тирану снес голову с плеч.
Считался достойным короны.
Сподвижников дяди казнил.
Крепил он опоры у трона.
Об участи страшной забыл.
И люди, услышав эту песню, замолчали, осознав опасность борьбы за власть. Но в этот момент раздался топот кованых сапог. Из-за поворота показался отряд солдат, под предводительством Пирона, генерала армии тирана. Он сам давно готовил свержение короля, опираясь на верную себе армию. Но его опередил народ, ведомый Хозусом. Пирон отошел в сторонку, но пристально наблюдал за событиями в стране. Он видел, как без железной руки тирана страна рассыпается. Люди, вместо того, чтоб работать, занимаются бессмысленными спорами. Постоянно происходят погромы. Страна обрушивается в пропасть хаоса. Еще немного, и начнется гражданская война. А соседи не дремлют, они выжидают удобного момента, чтоб добить ослабленную страну. Дольше ждать просто нельзя. И Пирон решился на выступление против своего народа. Он вышел на площадь во главе верных ему войск и приказал арестовать наиболее активных возмутителей спокойствия. Конечно, среди них оказался и Хозус.
Все арестованные были заключены в темницу, где со страхом ожидали своей участи. А Пирон не церемонился. Он приказал казнить всех, кроме Хозуса. Хозус остался один, и задумался о своей судьбе. Он решил, что наутро Пирон казнит и его. Но все оказалось совсем не так. Посреди ночи Пирон лично пришел в камеру к Хозусу. И без долгих предисловий предложил ему пойти к себе на службу и призывать своими песнями народ не к бунту и свободе, а к порядку и покорности. Хозус решительно отверг это предложение. Он кричал, что никогда не отступится от своих идеалов, что не пойдет на службу к палачу. На это Пирон ответил своим стихотворением:
Кроваво-красный капюшон
Скрывает все лицо,
Лишь прорези для глаз.
Его вопрос давно решен –
Он вечно окружен
Пустым набором фраз.
Эмоций нет в его глазах.
И есть один вопрос:
«А человек ли он?»
Но смысла нет в пустых словах.
Его ответ в делах,
Он – человек-закон.
Палач всегда святой.
С обугленной душой,
Чужой в стране родной,
Но взял бы груз иной?
Хозус был ошарашен. Он и представить себе не мог, что человек, без промедления казнивший несколько человек, разогнавший людей на площади, способен на творчество. А Пирон развернулся и пошел к двери. Уже выходя из камеры, он обронил: «Подумай до утра. У нас еще есть немного времени». И вышел, оставив Хозуса размышлять о подтексте своих слов.
Наутро Пирон снова пришел к Хозусу и повторил свое предложение. Хозус вновь заявил, что никогда не пойдет на службу к палачам. Он предпочитает умереть, нежели предать свои идеалы. Тогда Пирон вздохнул и жестом поманил Хозуса за собой. Они поднялись на тюремную башню, и Пирон указал Хозусу на узкую полоску на горизонте. «Видишь, к чему ты привел страну. Это армия наших соседей. Они решили воспользоваться нашей слабостью и отхватить кусок страны. И это ты, ты виноват в этом! Твои песни вынудили народ на бунт, ослабивший страну! И теперь, ты, вместо того, чтоб спасти страну, предпочитаешь идти на поводу своей гордости! Умереть, конечно, легко. А вот пойти против себя ради своего народа. На это способен далеко не каждый».
А Хозус, увидев орды врагов, увидев народ, превращающийся в стадо, неспособное защитить себя, заплакал. Ему было нестерпимо больно осознавать, что он, вместо того, чтоб привести страну к счастью, принес ей гибель. Так они и стояли на вершине тюремной башни – плачущий поэт и суровый генерал».
Сандро замолчал.
- А что было потом? – спросил Марк.
- А потом не было ничего. Хозус так и не смог переступить через свои убеждения. Он бросился вниз с башни, лишь бы не видеть гибели своей страны. А Пирон со своими солдатами попытались оборонить столицу. Но силы были явно не равны. Народ не выступил в поддержку своих защитников, предпочтя молчаливую покорность. Пирон и все его воины погибли под мечами захватчиков. Страна была разделена на три части, каждому из завоевателей по солидному куску. Эта история очень печальна. А теперь я уйду, а ты подумай над ее смыслом.
0