(Триптих)
ВВЕДЕНИЕ
Закрытые двери
Суда, жандармерий,
И нет место вере,
Молчат небеса.
Фемида опасна,
Но спорить напрасно,
Она беспристрастна,
В повязке глаза.
Весы для расчёта.
И дрогнуло что-то.
Такая работа,
Не просто слова.
Все ждут приговора –
Убийцы и вора,
Его уже скоро
Слетит голова.
Здесь меч правосудья,
Такое орудье,
Которым все судьи
Законы вершат.
Крушим, убиваем.
Про всё забываем.
В душе понимаем –
На небе простят.
I. ЖЕСТОКИЙ СУД И ПРОДАЖНЫЙ СУДЬЯ
Пытки длятся пять часов
И палач уже готов.
Непорядочный судья.
На суде полно вранья.
В зал глядит, как надзиратель.
Невиновных он каратель.
Не нужны суду улики.
Заключённых ужас, крики.
Не ведёт он дел разбор.
Только смертный приговор.
Всем подпишет обвиненье.
В этом не было сомненья.
Взятки гОрстями берёт.
Невиновным – эшафот.
Здесь вердикт навечно лют,
Пока есть продажный суд.
II. СУДЬБА ПАЛАЧА
Палач несчастен, одинок.
Он бьёт с размаху.
Как беспощаден и жесток.
Ведёт на плаху.
А палачу в лицо плюют,
Он точит свой топор.
Всегда он ждёт, когда вновь суд
Выносит приговор.
Богиня правосудия слепа,
Хранит один закон.
Расправы ждёт, кричит толпа,
Виновный обречён.
Оденет маску вдруг палач,
Царит повсюду гнев.
Он оставляет боль и плач,
Беспомощность всех жертв.
И страх и ужас он несёт,
В лице одна тоска.
Палач и глазом не моргнёт,
Не дрогнет вдруг рука.
Не знает он земной любви,
Не чувствует тепло.
И тонет мир в людской крови,
Всем верховодит зло.
Пускай и рубит он с плеча,
Лишь судей то коварство.
Вы не вините палача,
Вините – государство.
III. УЗНИК (ПОСЛЕДНИЙ УЖ ДЕНЬ ПЕРЕД КАЗНЬЮ МОЕЙ)
Я встану пораньше и гляну на мир.
Повсюду решётки – я сильно грустил.
Обвинили меня – невинен совсем.
И как же теперь убежать от проблем?
Вор на свободе, а я вот в тюрьме.
И жить очень мало осталось так мне.
А впереди только сумрак и ад.
Я знаю, что скоро повесят, казнят.
Назло только время идёт всё быстрей.
Последний уж день перед казнью моей.
