Сегодня вечером я возвращалась домой на автобусе. Не то чтобы это была какая-то редкость для меня, ведь поездки на автобусе стали регулярной неприятной обыденностью моей каждодневной рутины. Я не люблю автобусы. Места с душным спертым воздухом, где даже самый терпимый человек становится брюзгой, испытывая неприязнь к попутчикам и неприветливой мадам-кондуктору, еле помещающейся в проход между сидениями. Кто вообще любит автобусы?
Зайдя в автобус, следующий по маршруту номер двадцать семь, я приготовилась к привычной двадцати минутной скучной вечерней поездке, единственной радостью которой было её окончание. Удача сегодня была на моей стороне - мне удалось занять одиночное свободное место возле окна. Разряженный телефон бесполезно болтался в сумке, а это значило, что единственным развлечением на ближайшие семь остановок будет изучение и без того прекрасно знакомого пейзажа за окном.
Где-то сзади человек, казалось, без определенного места жительства, хриплым голосом завывал «Эй, моряк, ты слишком долго плавал» и, делав паузу после третьей строчки, силясь вспомнить продолжение куплета, начинал его с начала, не помня оригинальных слов. Рассматривая остальных пассажиров автобуса, я остановила свой взгляд на них: три мальчика лет около двадцати общались между собой посредством сурдо. Я заметила их не сразу, но потом уже не могла оторвать свой взгляд от того, как ловко они «переговариваются» между собой.
Время от времени всё-таки отводя глаза в сторону, чтобы не быть замеченной и не показаться бестактной, я снова разглядывала своих попутчиков и поняла, что все они тоже увлечены этим «разговором» трёх молодых людей: кто-то смотрел на них в упор безо всякой скромности, кто-то наблюдал за их отражением в окне, так же, как и я, исподтишка, боясь быть уличенными в своём наблюдении.
