В моём саду есть розы куст,
Он цветоносен, росл и густ.
Посажен мамою моей,
Он с каждым годом мне милей.
Гляжу с щемящею тоской
На этот памятник живой,
На пышный цвет и увяданье
Как символ жизни и страданья.
Но в небо тянется росток
С бутоном алым на восток,
Себя подростком вижу в нём,
Вот так – с кустом живём вдвоём.
***
Перевернута жизни страница:
Опустел мой родительский дом.
То, что раньше могло лишь присниться,
Давит явью и ночью, и днем.
Пустота та взыскует ответа:
Чем заполнить свободу свою?
Сердце ждет – не дождется привета,
Как в изгнании, - в отчем краю.
Все такой же наш куст винограда,
Во дворе зеленеет трава,
Но куда-то исчезла отрада,
Не на месте моя голова.
Вместо мамы лишь скромные вещи,
Обступая, с надеждой глядят.
«Не бросай, не забудь – ты же свой ведь»,-
Голосами любви говорят.
***
Ты умерла
неслышно,
как стихает
ветер.
Не понял я:
что - это
навсегда?
Я ждал конца,
но не успел
заметить,
как ты уснула,
перестав дышать.
Секунду длилось
робкое смятенье.
Тебя встряхнув,
поверил:
это - всё…
Я рядом был,
но только
на мгновение
заснул
и, каюсь,
не учёл,
что смерть
подкрасться может
так бесшумно,
так буднично
и словно невзначай.
Вослед
почудился мне
голос
чей-то,
а может,
собственный;
он молвил:
«Примечай:
Ты долг исполнил
и твое терпенье
я оценил
и был не слишком
строг
за верность
твоему
предназначенью
и за сыновний
твой зарок.
Живи и радуйся
отныне,
не поддавайся
тьме и сплину».
Но, люди,
пусто на душе,
и ветер свищет
в шалаше.
***
Ты меня научила терпеть,
Не сгибаясь под тяжестью ноши.
Дал себе непростой я обет –
Одряхлевшую все же не брошу.
Как бы ни было мне тяжело,
Тяжелее - унылая старость.
Кто поддержит, когда всё ушло?
Сколько жизни той бедной осталось?
И гляжу я без ложных тревог,
Как скудеют последние силы.
Ведь устанем мы все от дорог
И себе станем вовсе немилы.
Есть какая-то тайная власть
У людей в мир иной уходящих.
Не постичь эту странную связь
Между будущим и настоящим.
***
Угасает мама, угасает.
Чует сердце: скоро ждать конца.
Смерь ее неслышно окружает,
Не прогонишь скорбного гонца.
Ослабели очень наши ручки,
Ножки не хотят совсем ходить,
А у изголовья, словно тучки,
Собрались слезу свою пролить.
День за днем сижу в твоей палате,
Подводя свой жизненный итог.
И хотя тут дело не в оплате,
Сделал я, пожалуй, все что мог.
Не всегда я был с тобою нежен,
Да и ты бывала горяча.
Но зато я рос всегда прилежным,
Понял, что нельзя рубить сплеча.
Мною ты гордилась не напрасно,
Я душой нисколько не кривлю.
И сейчас стараюсь я ужасно
Доказать, что все ж тебя люблю.
Эту горечь не назвать тоскою –
Просто распадается семья.
Жили-были долго мы с тобою,
А теперь в наш дом катит зима.
Холодом раздавлены рассветы,
Стынет бесприютная печаль,
Не понять, что, может, ближе к лету
Получу сиротскую печать.
Учит смерть - философ не мудрящий, -
Всех живых до времени щадя:
Не бросайте в вечность уходящих -
Рано потеряете себя.
Составлено 27 февраля 2016 г.
