Письмо Татьяны.
Однажды, ещё в седьмом классе, в нашей школе появился мальчик. Весёлый, шебутной, всегда смеющийся. Он собирал вокруг себя толпы друзей, одноклассников, сверстников из других классов и даже других школ. Помимо того, что он обладал некой харизмой, он был ещё и предметом необыкновенного любопытства для любого советского школьника. В школе говорили, что его родители были дипломатами в какой-то дружественной Советскому Союзу стране восточной Европы. Почему они оказались в Ростове никто не знал, была в этом какая-то тайна, интрига, о которой все шептались по углам, предполагая самые невероятные события, которым подверглась эта семья. Но выглядел он соответственно своей легенде. Шмотки у него такие были, какие нашей молодёжи даже и не снились, одни джинсы чего только стоили. Одетый на западный или скорее на американский манер парень, привлекал к себе всех подряд, многие подходили к нему просто для того чтобы потрогать одежду, восхититься ею и совершенно открыто позавидовать. Даже старшеклассники хотели с ним дружить. Хотя многие говорили, что по возрасту он именно им и соответствовал. Ему, вроде как, уже шестнадцать было, а его одноклассникам по тринадцать-четырнадцать лет. Кто-то предполагал, что возможно, это было каким-то образом связано с работой его родителей, а кто-то рассуждал, что он просто двоечник. И сказать, что все девочки в округе, от мала до велика, просто визжали от восторга, завидев его ещё издали, ни чего не сказать. Он лишь снисходительно улыбался с высоты бешеной популярности Элвиса. Но ради девчонок должна сказать, что не шмотки их привлекали. Он был необыкновенно хорош, таких мальчишек у нас не было. Высокий, бледнокожий блондин, с роскошной шевелюрой, уложенной в моднячую причёску и ярко голубыми глазами, почти синими. Он не был худым, широкоплечий, сбитого и крепкого телосложения. Красавец - одним словом.
Многим девичьим сердцами пришлось не сладко в те два года. Да и моему тоже. Хотя в мои тринадцать лет, поначалу он вызывал во мне только любопытство. Я близко боялась подойти, очень уж застенчива была. Но когда на переменах вокруг него собиралась толпа девчонок, которые не давали ему прохода, я тоже держалась поближе. В сторонке, но так, чтобы услышать все байки и анекдоты, которые слетали с его уст и вызывали либо хохот, либо восторженные вздохи. Однажды девчонки меня затянули в одну такую толпу, сказали, что я тоже должна быть поближе и просто не имею права такое пропускать. И вот - эта лучезарная улыбка, без умолку трещащий его голос. О чём речь была, я в тот раз даже не прислушалась, но улыбалась, как и все, и просто таращилась на него. И этот взгляд, впервые посмотревший прямо мне в глаза и впервые заметивший моё существование, на секунду задержался на моём лице, с некоторой долей любопытства и доброжелательности, и так, словно раньше он меня ни когда не видел. С того дня я почувствовала нечто иное, нежели просто интерес. Я больше не могла о нём не думать и забыть хотя бы на минутку. Так и пришла ко мне моя первая любовь.
А потом наступили летние каникулы. Это было единственное лето, когда я мечтала снова вернуться в школу. В тот год из седьмого класса нас сразу же перевели в девятый. Хотя было бы мне лучше туда не возвращаться. Где-то в середине осени, измучившись от своих душевных переживаний. Насмотревшись, как он менял подружек одну за другой. Я решила ему признаться, но не знала как. Но, в конце концов сломило меня то, что стал он встречаться с моей подружкой детства и соседкой. Наши родители дружили и общались, и мы с ней, ещё с детского сада ходили друг к дружке в гости, вместе гуляли во дворе. Надо сказать, что мы были одногодки и учились в параллельных классах. Я в 9"а", она в 9"б", и так уж получилось, что он тоже учился в "б" классе. Однажды не знаю почему, моя подружка пригласила меня пойти с ней на свидание,... к нему. Днём, просто погулять. Очень просила, я согласилась. Откопала в шкафу только что купленные джинсы. Не знаю, где их мама раздобыла для меня, но они были явно на вырост и ещё сползали с меня. И самый красивый свитер, тоже где-то купленный по блату. За что получила нагоняй, вечером от мамы. И пошла с подругой к нему на свидание. Это было странно, я впервые ощутила себя третьей лишней и впервые ощутила ревность. Ему же явно не нравилось, что я присутствую. Я поняла почему, когда он полез к ней целоваться. Моя подружка сказала, что ей при мне неудобно. Его взгляд полный злости мне о многом сказал. А я сказала, уже вслух, что мне пора домой и ушла. Это тоже было впервые, когда я ощутила некую манипуляцию собой. Прикрывалась мной подружка, видно побаивалась ещё своего кавалера. Наверно именно с той поры наша дружба и кончилась. Попереживала я и решилась на самый глупый и отчаянный шаг в своей жизни. Села и написала ему пространное письмо с признанием в любви и выговором за то, что не имеет он права мутить со всеми подряд девчонками из школы. И то, что для подруги моей он тоже лишь атрибут приблатнённости. Да, тогда уже началось это разделение на бедных и богатых, на крутых, блатных и лохов. И началось это ещё со школы, а потом наше поколение смело и осознанно шагнуло в 90-е.
Но вернусь к письму, его ведь ещё надо было отправить и так, чтобы оно было прочтено им. Для этого на одной из перемен, я дождалась, когда на столе учителя остались журналы наших классов. Залезла в журнал 9"б", нашла сведения об учениках и списала на листок его адрес. Сначала мне везло, класс был пуст, но когда я уже почти закончила, вдруг вошла учительница и строго спросила, чем это я занимаюсь. Я ей сказала, что смотрела свои оценки за четверть. Она похвалила меня за моё желание быть осведомлённой и объяснила мне, что я должна подтянуть свои оценки. Я-то с ней согласилась, но как объяснить учителю, что мне не до учёбы. Просто вежливо предложила отнести журналы в учительскую. Дома обнаружила, что индекса у меня нет, что ж, нужно просто отнести письмо самолично и положить его в почтовый ящик. Так оно и быстрее и надёжней будет. Спросила у родителей, где именно находиться данный адрес. И в один из дней, под предлогом погулять, пошла и отнесла письмо. Тоже были незабываемые впечатления. Ощутила себя шпионкой, подвергающейся большому риску. Мог ведь кто-то и увидеть. Случайно обнаружила, что он живёт с нашей классной руководительницей в одном доме и даже подъезде. Было однажды такое, что мы были у неё всем классом, но не помню по какому поводу. Она же вела уроки русского языка и литературы в девятых и старших классах.
Какое-то время, наверное с месяц, было тихо. Я уже стала думать, что письма он не получил, может его родители решили ему не показывать, может ещё что, предполагала разное. Но вот стало что-то всё-таки происходить. Я стала ощущать на себе взгляды всей школы, шёпот и смех за спиной. Заподозрив неладное, старалась держаться в стороне от всех. Но однажды, две хороших девочки, мои одноклассницы, с которыми я дружила, отвели меня в тихое место, чтобы поговорить со мной. Они были единственными, кто меня пожалел, на тот момент. И решили посвятить меня в происходящее, рассказали о слухах по школе, посочувствовали, поддержали и посоветовали держаться с достоинством. Оказалось, что письмо он получил. Но так как я письмо написала анонимно, его одолевало любопытство - кто же его так отчаянно любит? Он решил отыскать загадочную незнакомку. За этим он обратился к учительнице русского языка и литературе и моему классному руководителю. Она сидела дома и сравнивала почерки и характерные ошибки своих учениц, и в итоге вычислила меня. Сообщила ему, а он всему свету. Но так как я была не из блатных, не из самых крутых и красивых девочек, то была подвергнута всеобщему осмеянию.
Но вскоре случилось программное изучение А.С. Пушкина и его романа в стихах "Евгений Онегин". Нет надобности особо говорить насколько меня поразило это произведение и в особенности "письмо Татьяны". Тогда было положено выучить наизусть это письмо и на оценку сдать. И я выучила, как и все. В тот день училка спрашивала нас с места. Все по очереди вставали и рассказывали. Дошла очередь и до меня. "Я к вам пишу - чего же боле? Что я могу ещё сказать? Теперь, я знаю, в ваше воле меня призреньем наказать". Я едва держалась на ногах, понимая, что на меня смотрит весь класс. Передние парты обернулись, в глазах училки замешательство. Читая, я старалась смотреть в окно, чтобы отстраниться от всего этого. Мой голос иногда срывался и дрожал. Не дав дочитать до конца училка сказала - садись, пять, а я ей - я могу до конца, а она мне - не надо. Неожиданно раздались аплодисменты, это действительно было странно, чего-чего, а поддержки всего класса я никак не ожидала. Вот такое великое чудо сотворил со мной мой любимый гений. Спустя почти два века я получила его благословение. И в один миг, из "гадкого утёнка" превратилась "Царевну-Лебедь". Я стала пушкинской Татьяной на глазах у всей школы. И ведь действительно, после толики призрения я получила сочувствующее уважение, никто уже надо мной не посмеивался. Одноклассницы и девочки с других классов стали звать меня в свои компании, даже в те, что приблатнёные. И на самом деле, пообщавшись со мной, поняли, что я от них мало чем отличаюсь. Хоть излишне застенчива и замкнута, и держусь особняком. Даже мальчишки из нашего класса стали на меня засматриваться, считали интересной, загадочной и даже симпатичной. Кто-то интересовался, люблю ли я ещё, после всего, и я без стыда отвечала, что да. Мне говорили, что я не одна такая. Что многие по нему с ума сходили. Но чем дальше, тем больше сердце моё холодело. Зачем же так вот, на всю школу. Происходили ещё разные события, незначительные, но больше не вызывавшие во мне чувства умиления, лишь разочарование, до полного равнодушия. Однажды я просто шла мимо, а он подставил мне подножку. Я потеряла равновесие, но удержалась на ногах. А когда выпрямилась, то повернулась к нему и несколько секунд смотрела ему в глаза. Не говоря ни слова, я сказала ему всё. Думаю он понял, так как больше ко мне не приближался. Закончился девятый класс, отгремел выпускной, я ушла из школы и больше его не видела. Спустя примерно год я случайно встретилась со своей бывшей одноклассницей. Одной из тех, кто первыми поддержали меня в той не красивой ситуации. Она оставалась учиться там дальше. Оказалось, что нашу бывшую "классную" уволили еще летом до перехода в десятый.
В школе тогда разразился грандиозный скандал. У неё, как выяснилось, был роман с учеником, и попробуйте догадаться с кем именно. Все началось примерно с того времени, как начались поиски автора того самого письма. Уж не знаю, что именно их сблизило, письмо или другие обстоятельства. Поговаривали, что его родители платили ей за репетиторство. Жили они в одном доме, только на разных этажах. Так что могли встречаться, по поводу и без, довольно часто. Поневоле я задумалась, что могло бы быть и как, если бы она не была в этом замешана. Она ради него даже с мужем развелась и выгнала без зазрений совести. Но потом всё открылось. Сначала мне стало её жаль, ведь учитель она была хороший. Её все дети любили и я любила. Её и ещё парочку преподавателей. В целом же, школу я люто ненавидела и всех остальных учителей. От того стало ещё горше, ведь были моменты, когда кроме неё, мне некому было довериться. Что с ними стало, я не знала очень, очень долго. Но относительно недавно, где-то пару лет назад, совершенно неожиданно, до меня дошла информация, что лет через десять после школы, он погиб,… от передоза. Его нет уже давно, где она никто не знает. И что я ощутила - ничего! Видимо, прожив жизнь и узнав людей, понимаешь, что не многие из них могут вызвать сочувствие и жалость. Нет, это не эгоизм и не детская обида. Это моя растоптанная первая любовь!
