Однажды на полянке, под берёзой,
В дождливый недосказанный апрель,
Котёнок плакал: в лапках - две занозы,
Не вытащить уж несколько недель.
Там, на ладонях ветерка, порхала,
Прелестнейшая Бабочка. И тень
От крыльев чёрных по траве бежала,
И пряталась в вихрастую сирень.
Урывками крыло чертило воздух,
Котёнок понял - Бабочка больна.
"Ну, раз Господь тебя со мною создал,
То нужен я. И ты ему нужна".
Они сдружились. Рыженький Котёнок
И Бабочка со сломанным крылом.
Он наблюдал за ней заворожённо,
Она нашла с ним рядом милый дом.
Порхающее чудо и Котёнок,
В занозах лапки. Потускневший шёлк,
В один из дней заметили спросонок,
Что человек сквозь дождь к ним тихо шёл.
Забрал друзей без лишних слов и мыслей,
В свой дом уютный, к деткам и жене.
Пушистику вернул все девять жизней,
Красавице - блеск крылышек вдвойне.
Вот пара дней минула. И Котёнок,
Проснулся, но подруги рядом нет.
Он обошёл весь дом в густых потёмках,
Но не нашёл её: ни тень, ни след.
Беда под коготками бьётся мышью,
И чует сердце... День проходит, два...
Когда весь дом сковало жуткой тишью,
Заметил Котик шёлковость крыла...
На стол запрыгнул, радостно мурлыча,
Чтобы заметить Бабочка могла...
Но не порхало чудо, как обычно,
За стёклышком, красива... и мертва.
Застывшее изящество в картине,
Смахнув её, малыш разбил стекло
Достал из-под осколков, в паутине...
И плакал, унеся с собой в тепло...
Ему за это здорово досталось,
Нещадно бил Котёнка человек,
Тот, кто доселе гладил лишь за шалость
И кто доверие отбил навек.
Уж лучше одному замерзнуть тихо
И выживать, чтобы найти ночлег,
Чем с теми, для кого убийство - прихоть,
Со вздорным племенем людских калек.
Малыш сбежал наутро, не дождавшись,
Пока ногою вытолкнут на дождь.
И хоронил её, к крылам прижавшись,
В здоровых лапках унимая дрожь.
Однажды на полянке, под берёзой,
В дождливый недосказанный апрель,
Котёнок плакал: в сердце - две занозы,
Не хватит жизни вытащить теперь...
© Copyright: Анастасия Керманн, 2016
