У меня есть друг. Не урод, надежен, не беден,
средних лет, не скуп и, главное, холостой,
уж на что не шли все коллеги, друзья, соседи, -
познакомить, женить, - только он одержим мечтой.
Ищет он жену. Пусть не топ красоты модельной,
но чтоб детки и дом, забота и вкусный обед,
чтобы в душу душа, без измен до черты смертельной,
счастье прямо с утра, мир, любовь да совет.
Только вот беда, лишь злосчастья в соседских фондах, -
незнакомки все от колготок до опытных губ,
поначалу вид - Мона Лиза с Джокондой,
на поверку - сцилла с харибдой, бесовка, суккуб.
Года два тому он нашел себе чаровницу,
и умна зелО, и мила, и пригожа собой,
а спустя три дня сосед в подъезде узрел волчицу
ну, а ночью в спальне мерещился другу вой.
Или вот была у него простая подружка,
не царевна, чай, но чиста и добра, и жила б
как жена, да вдруг бородавки пошли, лягушки,
понял он, что скупа и жадна, - королева жаб.
А еще одна на груди лежать обожала
у него. Целовальница, хохотушка. Привык.
Только меж губ ненароком змеилось жало,
при улыбке вдруг обнажался вампирий клык.
А однажды он - чуть не в ЗАГС, супругой в законе
чтоб назвать ее, фиолетовый в паспорт - штамп,
но из лужи вдруг отраженье - медуза Горгона,
вспомнил, как зеркала ненавидела, била к чертям.
А с последней что? Он решил наплевать на бредни,
берегиней все называл и ведуньей своей,
оказалось, что натуральная ведьма, -
улетела прочь, (с нею – веник), в одну из ночей.
Говорил ему, - Ну, и что, воду пить не с лица ведь
по ночам. Зато столбенеть от страсти святой,
а еще полететь интересно на ведьмовский саммит,
на Голгофу, на Лысую Гору и Брокен крутой!
Иногда и мне ворожей, наяд, чародеек
приводила жизнь. И чертовок-фурий чуть - чуть.
Но из всех принцес королева моя мне милее,
чудо-юдо без странных примет и особых причуд.
