СЕДЬМОЕ ДНО ИЛИ У СКАЛЫ «ЧЁРНАЯ КЛЕШНЯ» 8
У скалы «ЧЁРНАЯ КЛЕШНЯ» происходят таинственные случаи гибели кораблей. За дело берется журналист, по прозвищу Герой. Он нанимает судно, которое оказывается шхуной контрабандистов. После стычки с пиратами, он высаживается у скалы «ЧЁРНАЯ КЛЕШНЯ», где наблюдает ряд таинственных событий. После возвращения на шхуну контрабандистов, корабль подвергается нападению гигантского осьминога. Шхуна разбивается о скалу, а журналист и попадает в водоворот… Он оказался в плену вместе с контрабандистами Иглой и Лоцманом. Внутри скалы оказался лабиринт тайной организации.
Вошёл охранник с черепом в петлице,
Глаза колючие и телом как громила.
Игла сквозь зубы: «Чтоб мне застрелиться,
За свой кастет ответишь мне, горилла…»
«Остынь, Игла, иначе всех погубишь, -
Ему шепчу я, – мы без козырей.
Погибнуть зря, поверь, – большая роскошь,
Ты лучше бы мозги включил скорей».
Охранник ввёл с собой две мерзких твари.
На лапах перепонки, хвост большой,
И каждая похожа на варана,
Но только вот с собачьей головой.
«Такие челюсти, что рельсу перекусят, -
И Лоцман закивал вдруг головой, -
Да, уж своё такие не упустят,
Когтями цокают, как шпорами ковбой.
Что на земле, что в море – им до сраки,
Они таскают трупы с кораблей,
Скорей всего – подводные собаки,
Они и нас тащили как трофей».
Тут Лоцман ищет шляпу по привычке,
Над головой - хвать, - нету талисмана,
И получилось будто ловит птичку
Или за спину бросил таракана.
Весь в белом, гордо, к нам вошёл блондин,
Как будто Юлий Цезарь в зал сената,
Меня ждёт некто тайный господин…
Я обернулся: «Ждите здесь, ребята».
Мы шли каким-то странным переходом,
Сквозь галерею каменных уродцев
И я спросил блондина мимоходом:
«Кто изваял всех этих чужеродцев?»
«Наследие чужих цивилизаций,
Из морских храмов и всего такого…
Что жили, в общем, на Земле немного…
Не та среда - погибли от мутаций…»
У скальных стен (фантазия больная)
Два человека-кактуса стояли…
Галлюцинации от перевозбужденья?
Еще раз посмотрел – они пропали.
В огромном зале вновь рисунок спрута.
Да это схема! Щупальца – тоннели,
У каждого отдела свой как будто,
Мы подошли к стене, не вижу двери.
«А где же дверь?»
«Идите просто прямо.
Представьте – перед вами нет стенЫ,
Ваш мозг даст импульсы – включается программа.
Расслабьтесь – просто вы утомлены».
Я сделал шаг – и будто тень слетела,
А я уже в огромном кабинете,
Прозрачный пол, как линза на прицеле
И видно дно в каком-то лунном свете.
Морской травы нечёсаные космы
Лежат в тиши извечных запустений,
У морских звёзд, ежей – свой донный космос,
Коньки морские ищут развлечений.
Пугливой стайкой в тысячу неонов
Рыбинок черноглазых вереница
Перетекает в поисках планктона,
А краб-отшельник ждёт чем поживиться.
За мраморным столом был тип в халате,
Лицо в морщинах, жилистая маска,
На голове какой-то пух, как вата,
И ногти желтые, а на руке повязка.
Мне сесть напротив жестом предложил,
Мы выдержали паузу как в пьесе.
Глазами как рентгеном просветил,
Я вновь подумал: «Чем им интересен?»
Он пальцем постучал по черепушке,
Которая на столике стояла:
«Цераптор маленький, – он щелкнул по макушке, -
В конце концов, всегда придем к НАЧАЛУ.
Ну, что сказать, веселый будет час,
Давайте без лукавства и обмана,
Мы знаем, что зовут вас Виктор Рас,
Следим за вами мы от ресторана.
О вас мы знаем многое, поверьте,
Мы тщательно всегда всё проверяем,
Вы как гнездо болтаетесь по ветру,
А удержаться сможете – не знаем.
Вели в газете рубрику сенсаций,
Там всякой чуши много сочиняли,
Все знали, что вы мастер провокаций,
«Скандалы» ваши скуку нагоняли.
Вас сократил издатель из-за дочки,
Влюбилась в вас капризная девица.
К ней мэр подкатывал, всё целовал ей ручки,
Вас попросили срочно удалиться.
Но вы злопамятны, я это одобряю…
Вам честь дороже, чем капризы дочки.
Неделя слежки - тайно всё снимали…
Про мэра с юношей скандал дошел до точки.
Вы проигрались крупно на бильярде,
Кредиты в банках, дом взят на торги,
И вы решились на «Клешню» по фарту,
Ну не в тюрьме же чахнуть за долги».
Я лишь кивнул в согласье – пусть болтает,
А червь-радикалист мне точит мозг,
Откуда этот чёрт про меня знает?
Весьма проинформирован, прохвост.
«Хочу задать вопрос вам …»
«Доктор Браун,
Зовите меня так – не столь нам важно,
Лишь звуковые символы – не боле…
Не я ль наследник Брауна постарше,
С чьим именем корабль, что вы в море
Увидели той ночью, шёл на марше?
Я правильно построил ваш вопрос?
Считайте, что попали в страну Оз
Читали в детстве?
Автор Лаймон Баум?
Тут – все «наследники»,
лишь только потому,
Что Центр Наследия,
здесь создан Третьим Рейхом.
Нелепостью мы кончили войну,
Эвакуировались все
в порядке спешном…
Подводный город в прошлом именитый,
Один из богатейших, врать не стану,
Землетрясенье этот град элитный,
Преподнесло в подарок океану.
А артефакты те, что тут искали,
Царь Соломон здесь будто бы хранил.
На поиски отряд, в конце тридцатых,
К Клешне сам Гимлер лично снарядил.
«Нашли чего-нибудь?» - вот тут я оживился.
Сокровища царя всегда искали
Авантюристы многие, веками,
И ничего никто так не добился.
«Они нашли тоннель, что вел в пещеру.
Он оказался ложным – там ловушка.
Никто не вышел, пол отряда к херу:
Камнями всех, - такая заварушка.
Еще попытка – снова смерть в финале,
Теперь был гидравлический удар.
Еще троих достойных потеряли,
Пять выплыло с тоннеля – был кошмар.
Решили бить тоннель, чтоб параллельно.
В концлагере набрали заключённых,
В Клешне пещер до сотни, натурально,
Три крупных штольни проложили новых.
А в сорок третьем круто изменилась
Политика на фронте, а в Клешне
Лаборатории секретные открылись:
«Оккультное в мистической среде».
Про массовый гипноз, секреты мозга,
Биохимический отдел, возможность йогов,
Перемещенье в пространстве – переброска,
Магнитные поля, жизнь осьминогов…
Да, кстати, монстр тут обитал и раньше,
Доставил нам проблемы с субмариной…
Мы научились управлять скотиной,
Теперь сосуществуем с ним и дальше…»
«Вот здесь подробней - я поёрзал в кресле, -
Как можно управлять такой «скотиной?»
Его зовут ведь ТОго – ужас местных?
Глубинный хищник – страшная махина».
«Мы спрута именуем «Т-4»
«Четвёртый значит, где же остальные?
Как танк назвали. Шуточный вопрос:
Так как им управляете – гипноз?»
Тут доктор взял со шкафа осьминожку,
Сушеную, как будто она к пиву,
Журнал достал и показал обложку:
«Спрут нападает – каковы мотивы?»
«Мы подаем сигнал как раздражитель,
Спрут покидает в пятом дне ущелье
И выплывает в поисках объекта,
Чтобы покончить с этой канителью.
Сигнал мы направляем на корабль,
Он отражается, фиксируется спрутом…
Корабль из металла - он не дрябл,
Когда же разбивается – доступен.
Когда всё кончено - даем сигнал «тревога»,
Такой, похоже, есть у кашалотов,
Спрут прячется и ждет трофеев много:
В его семье два молодых проглота.
Привыкли человечиной питаться,
Но это позже, а собаки тут же
Вылавливают трупы утонувших -
Есть, чем ученым нашим заниматься».
«Каким ученым? Браун – не смешите!
Сброд палачей, ваш Менгеле* – каратель!
Убийство это! Бога не гневите.
За это покарает вас Создатель».
«Оставьте пафосный запал для желтой прессы,
У нас моральный кодекс не в почёте.
У каждого свои ведь интересы, -
Тут Браун предложил, - хотите кофе?
До Бога далеко. Он вечно занят.
Мы прокляты? Так молния б убила.
Вы любите иронию, я знаю,
Берите кофе, чтобы не остыло.
Не все законы до сих пор открыты,
Поэтому копайте – вам воздастся,
Коль для науки в мрак уйдут когорты,
То, всё равно, всё будет не напрасно».
«Вы так и в печь колонны отправляли,
Что скАжите? Опять все для науки?
В концлагерях несчастных истребляли.
Какие лицемерные вы с-суки…»
«Не путайте политику с наукой,
Концепция была совсем другая,
Старуха-смерть она, конечно, злюка,
Списалось все – война была такая.
Ошибки были – признаю отчАсти,
Идей нацизма все же не унять,
А почему фашизм добрался к власти
Вы не пытались это разобрать?
Ведь миллионы правильных людей,
Порядочные немцы, итальянцы…
Позволили поставить над собой
Авантюриста, дав ему все шансы?
Есть «три кита» под почвою нацизма:
ИДЕЯ, ДИСЦИПЛИНА И ПОРЯДОК,
Всё государство в виде организма -
Единого и сильного вдобавок!»
Органной музыкой прервался диалог
И фуга Баха громом – дрожь по коже.
Прозрачный пол… под ним движенье все же…
Неужто оживился осьминог?
Под толщею стекла проплыли тени,
Вернее, тёмные в два метра силуэты.
Я чувствую, мои дрожат колени,
То были чёрные хвостатые «атлеты».
Заметив мой испуг, ответил Браун:
«Пошли в работу водные собаки,
Опять крушенье –
злобствует «тайфун» -
Ну, «Т-4» топит «железяки».
Кто в этот раз?
Так, мелочь, конкуренты…
Искатели сокровищ,
недотёпы.
Как раз заказ на органы…
фрагменты…
Сегодня и отправим вертолётом.
У нас здесь лётная площадка
тоже есть,
Сокрытая от разных идиотов
И субмарина в тайной
бухте «Бес»
«Бес» потому,
что цвет там терракотов.
Тут океан съел как-то целый остров…
В атаку, видели,
собаки шли как гвозди?
То наша разработка геномагов,
Зверей тут дивных,
как на ветках грозди».
«Вы Бога не боитесь, мне понятно,
А ваши подчиненные без веры?
Ответьте, Браун, что б я понял внятно,
Они такие же и в жизни лицемеры?»
«Богов придумал страх, - заметил Стаций*.
За тыщи лет ничто не изменилось.
У нас всё по-другому, без нотаций,
Им не нужна божественная милость.
Проблемы и тревоги мы снимаем.
Поверьте, столько лет работы с мозгом…
Скажу вам скромно: что-то понимаем, -
Они живут в своём пространстве плоском…
Нет страха, нет греха и нет морали,
Поверьте, что они счастливей всех,
Ничто от цели их не отвлекает,
И максимальная работа на успех.
Особая программа релаксации
У нас своя, чего тут лицемерить?
И музыка особая в коллекции,
Свой дивный сад, есть в зоопарке звери…»
«Сад ужасов и зоопарк уродов? -
Я не сдержался, - монстров-пауков?
Мутантов трехголовые приплоды
И скачущий как конь змееголов?»
Старинные часы, как великан,
Играют бой.
Из них выходит рыцарь
В крестах и золоте,
тевтонский истукан
Нам поклонившись,
тотчас удалится.
«Семнацтый век. Люблю я старину. -
Достал таблетки Браун. Запивает. -
Текучесть времени когда-нибудь сомну.
Если успею. Всякое бывает.
Жизнь на полвека стали продлевать,
Секретом мозга надо заниматься,
Нейронов в нем как звезд – давай считать:
Мильярдов сто – не склонен ошибаться.
Сравненье, кстати, очень символично.
Мы рвемся в космос, космос уже в нас,
Мысль, не быстрее ль света в бесконечность
Летит к своей туманности подчас?
Из коры мозга строим корабли,
Энергия нужна совсем другая -
Не термо-плазма чёрт те там какая…
Магические б силы помогли.
Тут над столом зажегся свет неоном,
Как будто паутина в ширь растёт,
Из маленького лучика с уклоном
Экран тончайший в воздухе плывёт.
«Докладываю, доктор, псы вернулись.
Нашли одиннадцать, один еще живой.
Те десять «брёвен» просто захлебнулись,
Одинадцтый с разбитой головой.
Он в коме без сознания, но дышит…»
Охранник как рыбак считал улов.
«В расход поставить, пусть отдел распишет, -
Тут Браун приказал, – возьмите кровь».
Экран исчез. Пропала паутина.
А я смотрел на Брауна в упор.
Хотелось крикнуть: «грязная скотина»,
Тем самым подписав нам приговор.
«Но вы жестоки!» - я сидел набычась.
«Так мир устроен – нет добра и зла!
Враги есть, конкуренты и добыча» -
Улыбка Брауна напомнила козла.
«Я принцип понял. Вы - спрут многорукий.
Какой расчёт был в том, чтоб нас спасать?
Ещё бы три «бревна» в огонь науки…
И было б «Т-4» что пожрать?»
«Не торопитесь сразу всё узнать,
Для вашей безопасности полезно.
Поэтому, когда вопрос не к месту,
Его я буду просто отклонять.
Сейчас о важном, – что и почему:
Той ночью крейсер - не галлюцинация,
Реально видели плавучую тюрьму,
Вернее так: проект телепортации».
«Так значит это правда про тюрьму?
Шесть тысяч узников, бог душу их помилуй,
Каким же образом всю эту кутерьму…
Со дна подняли братскую могилу?»
«Да успокойтесь, там она лежит.
Где и затоплена весною в сорок пятом.
Там в Поле Памяти энергия кипит,
А рыбаки считают «дно проклятым»
Вы кажется писали, должны знать,
Такой отдел был «Кенигсберг 13»
Ну как я мог такое забывать?
Тут Браун оценил мою реакцию.
Я как ошпаренный на месте подскочил,
Мне за него чуть шею не сломали
И я еще тогда предположил,
За этим силы властные стояли.
Всё началось с обычного звонка,
Купить мне документы предлагали,
Я думал так - фуфло наверняка,
Пока вдруг не увидел, что мне дали.
Тот человек похитил из архива
Три документа с грифом «хранить вечно».
Он был из тех кому важна нажива,
Хотел уехать, чтобы жить беспечно.
Окультное у немцев вел Рой Ист,
Отдел секретный «Кенигсберг 13»
При нем особо тайный «Раradies»
Всё в схемах, терминах, всего страниц семнадцать.
Я занял деньги под процент в расчёте,
Отбить с лихвой за серию сенсаций
(Отбили только почки при налёте
Предупредили на счёт публикаций).
Я Брауну сказал, что я дебил…
Что документы у меня изъяли,
Свидетель под машину угодил,
А мне авансом лишь бока намяли.
«Да знаю всё, ведь это были мы, -
Гримасу скорчил Браун – улыбнулся, -
У вас способность к чёрту влезть в штаны,
Лишь бы сенсацией поступок обернулся…»
Жижа Череповский (Чёрный Поэт) Харьков
2018 (фото инета)
