Стихи Svet56 — самые популярные.

svet56 • 284 стихотворения
Читайте все стихи Svet56 онлайн.
Полное собрание стихотворений с комментариями и оценками.
ДАТА Все время
ЯНВ
ВЕФ
МАР
АПР
МАЙ
ИЮН
ИЮЛ
АВГ
СЕН
ОКТ
НОЯ
ДЕК
ПН
ВТ
СР
ЧТ
ПТ
СБ
ВС
ЖАНР Все
... И однажды не будет нас,
а останутся я и ты.
Так пройдём до конца сейчас,
там где завтра сожжёт мосты.
Когда солнца - чуть-чуть на дне,
увядает большой букет,
и неясную тень в окне
занавесит дым сигарет.
Когда море, ревущий зверь,
нас обрушит под дикий вой...
Это будет потом...Теперь
ты люби меня всей душой.
Я пичуга в твоих руках,
и покорная, как Лейли.
От гордыни остался прах,
от стыда... лишь одни угли.
Запах моря и пена чувств,
поцелуи, блаженство всласть.
И последнее из безумств -
эта ночь и хмельная страсть.
Мы закат разольём с тобой
по бокалам. И допьяна...
Шелестит на песке прибой
и смывает следы волна.
Бабье лето! И солнца диск
нектарином у наших ног.
Миллионы солёных брызг,
и безумный Винсент Ван Гог
пишет звёзды.
Закат угас.
Поглотила волна мечты.
А на утро не будет нас.
Но останемся...я и ты...

НеАссоль

28.01.2024
1) Презентация текста
Долго металась между... Потом остановилась на двух стихотворениях и опять заметалась)). Первое - красивое, лучезарное, пенистое, безбрежное, а второе , как говорят некоторые, - крамольное. Остановилась на первом.
Море для меня - жизнь. Я выросла на берегу моря и видела его разным. Я и море - одно целое.
И надеюсь, что с помощью редактора, мой голубой сапфир засверкает ещё ярче! Вот как я загнула.))
Может быть штампов много, может чуть укоротить его надо, не знаю, но со стороны всегда виднее. Люблю это стихотворение, но знаю, что можно написать лучше, вот и прислушаюсь к советам редактора. Удачи нам!
 
2) Текст
НеАссоль
Море... Какое оно, море?
Нежное, безбрежное, светлое, прозрачное, мутное, невзрачное,
чаще говорливое, тихое, игривое, пенистое, страстное...
Стоп...Море - всегда прекрасно!
Напоминает лемнискату -
бесконечное. Дно покато.
Никогда не бывает одинаковым.
Приливы-отливы, перламутровые раковины...
Море живёт своей жизнью,
только ему понятной.
По утрам в основном лениво,
а потом вдруг внезапно
расплещется враз игриво,
и такая в нём мощь и сила,
что становится как-то страшно.
Море всегда прекрасно!
Вот шагаю сейчас по кромке.
Никого, кроме
горластых и вредных чаек...
А маяк, мигая, мельчает
и, как мои следы, исчезает...
Точно так же, как однажды исчез ты.
С тех пор я боюсь темноты
и ночи с акульей пастью
/не сломаться и не упасть бы/.
Обещал вернуться на рассвете.
Но прошло два десятилетия...
Постарели чайки, я и горе.
Только море всегда молодое.
Облака, как сушёная вобла
сегодня.
А волна трётся гребнем о скалы
устало.
Я теперь ненавижу море
с его душой бездонной,
но каждый день прихожу сюда.
Безвольная.
Есть же в нём магия /покоряющая сила/.
Море, я давным-давно тебя простила...
А оно льнёт, ластится, обещает,
зыбкий песок качая.
Море ошибок не прощает.
А я прощаю, люблю /зачёркнуто/, ненавижу.
Ну давай, давай... подступай ближе...
 
 
3) Разбор редактора
 
Дорогой автор!
Вы написали прекрасное, совершенно женское стихотворение, которое зацепит, наверное, практически каждого. Или каждую. Кто же не любит море? Кто не разговаривал с ним однажды, не сливался с ним, не ассоциировал с отливами/приливами свои чувства?
 
Я не в первый раз читаю его. И помню свое впечатление от первых строк: достаточно банально, ничего нового, тысячу раз было… Но в середине текста вы сумели переломить впечатление, когда изменили тональность, вышли на другой уровень откровения, на другие чувства… И оно заиграло по-новому, и уже было ожидание – что же будет в финале?
 
Мне очень нравится, что текст размашистый, свободный, в нем нет никаких строгих правил. Где-то есть рифма, где-то ее нет, где-то насыщенная строка, где-то одинокое слово. Вы здорово придумали, поиграть и с поиском места для некоторых слов, которые стоят не в начале строки. Все это делает ваш текст похожим на море, в котором тоже нет регулярности, все стихийно, случайно и непредсказуемо.
 
Читается оно медитативно, и финал совершенно логичен: ЛГ победила свой страх нового, она вернулась, она снова готова получать кайф от жизни… Вот это «подходи ближе…» очень обнадеживает, но при этом нет искусственности, нет сказочного финала, нет патетики.
 
Я бы сказала, что ваш текст имеет терапевтический эффект.
 
Нужно ли его править? Должна ли эта правка быть кардинальной? Нет, я не вижу такой необходимости. Но все-таки можно попробовать сделать некоторые места более концентрированными.
 
Конечно, ваше право – не согласиться. Автору должно нравиться то, что он делает.
 
Возможно, мои рекомендации не принесут улучшения, тогда я скажу об этом прямо, и поищем что-то еще.
 
 
Море... Какое оно, море?
Нежное, безбрежное, светлое,
прозрачное, мутное, невзрачное,
чаще говорливое, тихое, игривое, пенистое, страстное...
На мой взгляд, слишком много прилагательных подряд. С одной стороны, это медитативно и волнообразно, с другой, - несколько монотонно. А внимание читателя не должно уставать, его надо все время переключать. Поэтому я бы рекомендовала в первых двух строках оставить самые интересные эпитеты, может, поискать более оригинальные (с словарях или без). А третью строку сделать действенной, динамичной, чтобы подчеркнуть, насколько изменчиво море… Например (слова могут быть другими, это всего лишь схема),
Море... Какое оно, море?
Нежное, безбрежное, светлое,
прозрачное, мутное, невзрачное…
 
море говорит, молчит, играет, пенится, скорбит, празднует…
...
Стоп...Море - всегда прекрасно! – Слово «стоп» я бы заменила… На что угодно. Как бы ни было, что ни говори, но все равно и пр. Надо еще подумать.
 
Напоминает лемнискату -
бесконечное. Дно покато.
Никогда не бывает одинаковым.
Приливы-отливы, перламутровые раковины...
 
Море живёт своей жизнью,
только ему понятной – штамповатые строки
По утрам в основном лениво,
а потом вдруг внезапно
расплещется враз игриво – игриво (или играет) у нас уже было! Слов огромное множество, надо искать, повторять стоит только то, что очень нужно тексту или когда это прием
 
и такая в нём мощь и сила,
что становится как-то страшно – штамповатые строки
 
Море всегда прекрасно!
Вот шагаю сейчас по кромке.
Никого, кроме
горластых и вредных чаек...
А маяк, мигая, мельчает
и, как мои следы, исчезает...
 
Точно так же, как однажды исчез ты. – я предлагаю выделить эту строку. Вот так ее и оставить в одиночестве. Подчеркнуть ее значимость.
 
С тех пор я боюсь темноты
и ночи с акульей пастью
/не сломаться и не упасть бы/.
 
Обещал вернуться на рассвете.
Но прошло два десятилетия...
Постарели чайки, я и горе.
Только море всегда молодое.
Облака, как сушёная вобла
сегодня.
А волна трётся гребнем о скалы
устало.
Я теперь ненавижу море
с его душой бездонной,
но каждый день прихожу сюда.
Безвольная.
Есть же в нём магия /покоряющая сила/ - сила тоже уже была!
 
Море, я давным-давно тебя простила... – смотрю и думаю, что как-то немного наивно, вроде как море виновато в исчезновении ЛГ, словно он утонул…. Стоит, наверное, об этом подумать. Может, его простила? Или он и вправду утонул? Тогда как-то это должно быть понятно хотя бы вскользь…
 
А оно льнёт, ластится, обещает,
зыбкий песок качая.
Море ошибок не прощает,
а я прощаю, люблю /зачёркнуто/, ненавижу – хочется как-то еще усилить эти строки эмоциями, но пока не знаю, как))
 
Ну давай, давай... подступай ближе...
 
Резюмирую в целом.
 
Не уверена в названии. Все-таки история об Ассоль несколько другая. Грэй не исчезал, не предавал, он вообще долго жил только в сознании героини. Но не настаиваю.
 
Почему-то мне кажется, что можно немного сократить. Может быть, за счет штампов, может быть, за счет тех строк, где повторы… Тоже не настаиваю. Но, на мой взгляд, стихотворение могло бы быть более динамичным, как море. Чередовать медитацию с динамикой…
 
И я бы предложила сделать нерегулярную разбивку. Разделить стих на несколько частей, чтобы интереснее была архитектура текста и отчетливее звучали акценты.
 
4) Отредактированный текст
НеАссоль
Море…
Какое оно, море?
Нежное, светлое, безбрежное,
прозрачное, мрачное, праздное,
ласковое, страстное…
Разное.
 
Море всегда прекрасно.
 
Напоминает лемнискату -
бесконечное. Дно покато.
Никогда не бывает одинаковым.
Приливы-отливы, перламутровые раковины...
 
Иногда, как проснувшийся ребёнок, –
умиротворённое, беспечное, ленивое…
Чуть потянется спросонок,
а потом расплещется игриво,
и такая в нём мощь, безудержность,
красота, самовластность...
 
Море всегда прекрасно!
 
Вот шагаю сейчас по кромке.
Никого, кроме
горластых и вредных чаек.
А маяк, мигая, мельчает
и, как следы мои, исчезает...
 
Точно так же однажды исчез ты...
 
С тех пор я боюсь темноты
и ночи с акульей пастью,
/не сломаться и не упасть бы/.
 
Обещал вернуться на рассвете,
но прошло два десятилетия.
Постарели чайки, я и горе,
Только оно всегда молодое - море.
 
Надо мной одинокое тощее облако,
как сушёная вобла,
сегодня.
А волна трётся гребнем о скалы
устало.
Я теперь ненавижу море
с душой его жадной, бездонной,
Иногда оно просто невыносимо, –
Если приметит кого-то,
схватит в объятия,
не отобрать... Море непобедимо.
Презираю хищное море,
но каждый день прихожу сюда –
безвольная.
В нём – в каждой капле, в каждой крупинке соли –
неземная магия /покоряющая сила/…
 
Море, я давным-давно тебя простила.
 
И оно льнёт, ластится, обещает,
зыбкий песок качая.
Море ошибок не прощает.
А я прощаю, люблю /зачёркнуто/, ненавижу.
 
Ну давай, давай... подступай ближе...
 
5) Резюме редактора
 
Работа с автором просто вдохновляет. Есть готовность к вариативности, к изменениям, к поиску. Создается впечатление, что автор получает удовольствие от поиска))
 
Что мы сделали? Стих местами регулярный (есть рефрены, например, рифмопары, совпадения по фонетике). А местами совсем нерегулярный. И в этой эклектике его прелесть. Мы немного больше "раскачали" ритм, чтобы еще дальше уйти от регулярности, ну... словно имитируя "разность" моря. Постарались уйти от штампов и лишних слов. Сделали разбивку, чтобы выразить акценты. И добавили немного текста, который вскользь уточняет судьбу главного героя, - для того, чтобы стали понятными страх и обида на море ЛГ.
 
Кто-то, склонный к традиционности, наверняка выскажется за первый вариант. Мне лично очень нравится второй, и я благодарна автору и за этот вариант, и за сотрудничество!
 
 
Резюме автора
Автору нравится отредактированный вариант и он выражает редактору свою глубокую признательность за проделанную работу и продуктивный диалог, за трепетное отношение редактора к исходному тексту, за ненавязчивые советы, за тепло души! Победила дружба! Стихотворение, как кажется автору, стало более возвышенным, красивым, красочным и оно, как бы повзрослело, что ли)). Дорогой редактор, огромное вам спасибо!
Автор приглашает всех причастных к этому конкурсу на море. Приезжайте!
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
..
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Давай зависнем в Самаре, в твоей однушке, на пару дней.
Утонем в креслах, накрывшись пледом с узорами декабря.
Здесь слоники, плюшевый коврик и много из детства вещей,
и пьёт одиночество каждый вечер горькую втихаря.
Покурим грусть, забытую осенью в шкафчике у стены,
По чашке кофе с корицей. Захочешь, чай Earl Grey заварю.
Сегодня нам не приснятся навязчивые, длинные сны,
сегодня дежурные мы с тобой по снежному декабрю.
А завтра нас ждёт серебряный лайнер с надписью "В никуда".
Где нет ни пилота, ни штурмана, ни стройных бортпроводниц.
Нас собственные ошибки ведут уже много лет туда,
откуда никто не вернулся назад, – затеряны среди птиц.
Мы злимся, заводимся, мчимся по кругу, наш дом - интернет.
Порой нам кажется жизнь нелепой, бессмысленной чепухой.
Но стоит лишь смерти в дверях протянуть нам на лайнер билет,
мы будем цепляться за новый день, за каждой миг пятернёй.
Сейчас распахну пошире все окна и запущу рассвет.
Морозное утро, рябиновый куст и полёт снегиря.
Ленивое солнце... Ты рядом...Молчим /и счастливее нет/ –
бывает же так тепло тридцать первого декабря...
 
 
В захолустье мой дом – обветшалый, холодный.
По углам пауки, во дворе – кот безродный.
Старый, в розах, диван и скрипучие стулья.
– Здравствуй, детство моё! Я вернулась – в июле.
Стены молча хранят монологи, секреты...
Я шагаю... Следы на щербатом паркете.
Не танцуют весёлые зайки ламбаду,
ведь замызганы стёкла дождями нещадно.
 
Здесь стекали лучи янтарём с черепицы.
Первый раз умудрилась в Серёгу влюбиться.
На свиданье спешила в цветном сарафане.
Умещались полмира и солнце в кармане.
 
Старый дом, ты стоишь и скрипишь понемногу.
Захламлённый чердак в грязно-серых потёках.
Здесь древесный жучок день-деньской на работе.
Козырёк жестяной - в голубином помёте.
Простынями обои свисают до пола,
и душа, разрываясь, хрипит радиолой.
Одинока как перст...
Где ещё отогреться?
Разреши напитаться мне запахом детства.
 
Ты красив для меня, пусть и веком потрёпан.
Заросли лебедой пешеходные тропы.
Посажу георгины, сирень, хризантемы,
напеку изумительных булочек с кремом.
 
Ты ещё поскрипи, деревянный и стойкий –
старый друг, приютивший заблудшую сойку...
 

А зори...

02.04.2024
Лимонная долька в чернильных волнах растворяется...
Сто грамм фронтовых - за отца - /запотела бутыль/.
Подавленность камнем тяжёлым на плечи навалится.
Включу НТВ. День Победы. Любимый мой фильм...
 
 
Улыбка сияет, фигура от бога – точёная.
Глаза зеленющие, рыжая нежность волос.
Крутила романы, и ей офицеры влюблённые,
писали стихи и дарили букеты мимоз.
 
А завтра война... Расстреляли сестру и родителей,
братишку мало́го, и чёрного верного пса...
Беда не сломила. А только добавилась мстительность,
чтоб погань фашистскую из пулемёта кромсать.
 
Суровая, светлая повесть Бориса Васильева...
А фильм на разрыв /Боже правый, девчонок, спаси/.
…Уводишь врагов за собой - озорная, красивая.
Я плачу, а дождик слепой за окном моросит.
 
Пронзительный голос – романс – над лесами безбрежными
летит в высоту - в нём победы твоей торжество.
Сейчас ты погибнешь – я знаю, но верю по-прежнему,
что чудо случится...Беги! И останься живой!
 
Заря, я прошу, затаись серой мышью...Не вспыхивай.
Пусть лягут слоями туманы на сонный простор.
Беги! Затеряйся в лесу между елями, пихтами...
 
А зори молочные ... тихие здесь до сих пор.
 
Гуашь. Рисунок Сашеньки Черновой.
 
 
К чёрту! Сегодня прекращаю
о тебе думать. Заварю цейлонского чаю,
налью в армуды
и забуду, что когда-то была с тобой на «ты»,
о сердечках со стрелами — граффити в подъезде
(рисовал сосед по ночам, днём — стирали вместе).
Черкну пару слов
и наемся варенья из розовых лепестков.
Всё менялось в мире со временем. Мы взрослели.
Только ты становился моложе и моднее.
Красивый такой.
Современный, высокомерный, холодный. Чужой.
Нет инъекции равнодушия внутривенно.
Я вкатила бы пару кубиков... да из плена
летела б стрелой,
на вокзал пассажирский, в шумный состав скоростной.
 
Я болела тобой серьёзно, неизлечимо.
Психовала, курила Винстон, пуская колечки дыма.
Скучала в шале,
в живописной лилово-лавандовой Габале́,
по тебе.
Любовалась мечетью Аждарбека,
голубой, обворожительной (ей больше века).
Мечтала войти...
Не решилась на это ни разу. Прости. Прости.
Католичка...
«Бог один», — твердила себе часто.
Я любила тебя, гордилась. И вином красным,
сухим Каберне,
наслаждаясь, частенько мечтала о тишине.
Что не будет высоток, метро и разных bus/ов/.
Мы останемся наедине, и в кирхе Баха
Токкату ре
на прощанье сыграю и растворюсь в тебе,
Старый город...
Снежинки падают наземь, души летят в созвездие северного полушария,
превращаются в бриллианты и украшают Волосы Вероники.
В истории останутся имена Ликурга, Македонского, Нерона, Дария,
а может и они покатятся в тартарары, как театр, картины, книги.
 
Кто ходит сейчас на премьеру, читает, часами простаивает перед полотнами?
Единицы...
Девайсы. Сети. Тик-токи. Молодёжь часами чатится.
А старшее поколение зависает в Одноклассниках. Потом разводы — сотнями.
Любовь, видишь ли, свою первую встретили где-то в миноре матрицы.
 
Не буду заморачиваться, мне это надо? И так слишком много съедено, выпито
пересказано, перевидано. Счастье Петухом Петера склёвано —
осталась только ноющая боль за грудиной. Плач — сухими глазами — забыт.
Рыбиной, медведицей, да не всё ли равно, лишь бы небесной стать мне, раскованной.
 
Из длинной плёнки вырезать все чёрные кадры детства и в костёр их — жаркий, пылающий.
Забыть воспоминания, которые душат /ночами особенно/.
Убедить, что ошибки совсем не пороки, их совершают многие. Согревающий,
родной голос. Огромное желание стать мамой — гордой, несломленной.
 
Любить деток так, как меня когда-то недолюбили. В детстве безрадостном хлястиком
по измазанной грязью мордашке нещадно били. Убили начисто
желание пускать в душу. Я рисовала дядю, нянечку, потом стирала ластиком.
 
А мамы не было. Осталась отказная, написанная размашисто.
Свистит осенний ветер: до, ми, ля,
раскачивая старые качели.
Наутро опустели тополя,
вороны окончательно сдурели.
 
Слетают эполеты и платан
грустит и философствует о жизни.
/ Тогда, в сезон хурмы - твой сарафан,
сменялся на потрёпанные джинсы/.
 
Грядёт пора хандры и ОРВИ
и надо бы в утиль старушку "Ладу",
но что-то переклинило внутри...
 
Плывёт волшебный вальс из "Маскарада".
 
Потом асфальт накроется снежком,
и дворник чертыхнётся спозаранку.
Пойду один в уютный сквер пешком,
послушать птичий гвалт и перебранку.
 
Как будто бы и не было весны,
подснежников, мимозы и тюльпанов.
Не я купил кота за полцены
у пьющего сантехника Степана.
Не мы с тобой ныряли за мячом,
который плыл, дразня зелёным боком,
не целовались вечером тайком,
не звал тебя "любовью босоногой"...
 
Зануда осень. Плащ. Воротники.
И пятна на стене - следы портретов,
/ в сердцах я разорвал их на клочки/.
 
Ромашковое счастье... Где ты? Где ты?
 
В итоге - одиночество, артрит,
бессонница, настойка из шалфея.
Из плюсов - котик Блэк с утра урчит
и на душе от этого теплеет...
Светка Иванова торопится в школу -
рыжая второклашка с косой до пола.
Светке-непоседе приходится туго,
скачет по жизни одинокой пичугой.
Бабка Аксинья иногда приголубит,
кутаясь в старую овчинную шубу.
Старая... ничегошеньки, жаль, не помнит.
Шамкает беззубым ртом: донюшка, доня.
Доня-то давно на небесах у Бога...
Светка быстро перебегает дорогу.
Бабке лекарство надо купить в аптеке.
Господи, опять припрутся из опеки.
Солнечные зайчики плавают в луже.
Войско одуванчиков рвётся наружу.
Травы лучами отутюжены лихо.
В детской песочнице с утра воробьиха
чистится, моется, марафет наводит.
Рыжей Светке в школу... - понедельник, вроде.
 
Светка Иванова бежит мимо школы.
Взбирается по крутому косогору.
Пишет ручкой письмо на воздушном змее
маме, мамуле, самой из всех… самее.
Смотрит сверху на поле, русское поле,
напрочь, забыв об уроках и вольная,
вынув из кос черепаховый гребень,
змея воздушного запускает в небо.
Машет неистово, смеётся и плачет.
Радостно носится псина бродячая.
Лучики солнца сочатся сквозь ельник.
Лучший сегодня день - понедельник.
(Н)

Качели

01.04.2025
Налетали вороны серы да горласты,
омывались дождиком у калитки астры.
Опадали яблоки, деревцо́ клонилось,
поутру к завалинке горе притулилось.
 
Наряжали в платьице - по подолу рюшки.
Отпевали Танечку в старенькой церквушке.
Горевали ангелы, поп дымил кадилом,
голосила матушка / сколько сил хватило.../
 
Дождевые ниточки зацеплю за ели.
Полюбуйся, Танечка, вот тебе качели.
Да не бойся, дурочка, там ничуть не жутко.
Вон зайчишка серенький и большая утка.
Раскачались звонкие быстрые качели
к небесам лазоревым весело взлетели...
 
Облака зефирные, карамельки - звёзды,
Родники речистые, винограда грозди.
Здесь ромашки, матушка, Бог такой лучистый,
Прилетай, пожалуйста, по нечётным числам.
 
Девятины справили. Собралась в дорогу.
Напекла оладушек Танечке и Богу.
Налетали вороны серы да горласты,
омывались дождиком на погосте астры.
1
А помнишь, сидели мы
на облаке грозовом?
Зигзаг золотой тесьмы
плясал под весенний гром.
 
Слова серебром лили́сь,
дрожала любовь в глазах,
и мы уносились ввысь
на сказочных кораблях.
 
А утром полотна тьмы
и пушечный всюду гром.
Остался в дозоре ты
на облаке боевом...
 
2
Я будто бы умерла...
Остались лишь тени дней.
Где свет - там густая мгла,
где ночь - там шаги людей.
 
Здесь спят зеркала, часы.
А люди порой кричат.
На привязи мы, как псы -
платон, бонапарт, сократ.
 
Считает весна шаги,
на облаке кучевом.
 
Талдычит ворон:- Беги,
покинь ненавистный дом.
 
3
Бегу, а тебя всё нет.
Секунду, минуту, час.
Рассвет шелковистый мне
признался в любви сейчас.
 
Ладони ласкал, и взгляд
скользил по моей груди,
а мне бы в юность назад...
Шепчу тебе: - Укради
меня у весны, травы,
у озера, облаков,
цветущей в саду айвы,
у игорей, дим, петров.
 
На облако бы опять.
Коснуться слегка плеча,
закрыв глаза, целовать...
 
- Нет, мам, не зови врача.
 
 
Опять эта серость стен...
 
В замке повернулся ключ.
Безумствую, как Винсент.
 
Укол, словно ёж... колюч.
Грубые линии, чёрный мазок.
Руки испачканы, стонет листок.
Пепел, руины, огонь на земле.
Дети рисуют войну...на войне.
Дети похожи на чёрных галчат.
Боль - на бумаге и краски кричат.
Вот обрывается птицы полёт,
Завтра не будет, сегодня умрёт.
 
Косо - воронки и вкривь - купола.
Где-то разрушена чья-то изба.
Кто-то из дома бежит впопыхах.
Город был здесь, а сейчас только прах.
 
Вот до укрытий бойцы доползли,
Светка рисует окопы вдали.
Оля рисует погибших сестёр,
Ленка - ромашку в золе...
Сашка стёр.
-"Нечего делать цветку на войне,
лучше звезду нарисуй на броне!"
 
- "Машка, не плачь, враг бежит, посмотри!"
Греет надежда детей изнутри.
 
Краски скребутся, ломается кисть.
Юнкерс тяжёлый над домом завис.
 
Чёрная вьюга, дробинками снег.
Дети рисуют растерзанный век.
Сколько историй сгорело в огне...
Кружится снег в неживой тишине,
с кровью ложится на серый бетон...
Сколько расстреляно детских имён.
Вырван цветок из обугленной тьмы -
белый, живой, непокорный, как мы.
Вьюга свирепствует. Юнкерс жесток.
Ленка колдует:
- Лети лепесток...
Бессилье врачей, мой плач, и страшный диагноз - кома.
Палата... три дня без сна...Ветрище. Раскаты грома.
 
Вздремнула, и снится сон: малышка, в горошек платье,
шары и флажок в руках, а мама достала скатерть
льняную... Я тороплю...
- Парад, опоздаем, мама...
- Сейчас, вот стол застелю,
терпения нет ни грамма...
О боже, какой сквозняк! Держи-ка шары покрепче!
Помчались?
Люблю тебя, - смеясь, мне на ушко шепчет.
 
Потом снится –
двор, песок, лопатка, цветной стеклярус.
Свернувшись, котёнок спит. Рубашка отца, как парус.
Секретик готов, и я загадываю со вздохом
желание,
чтобы мне... купили братишку-кроху.
 
***
 
Короткая жизнь... Финал... Так горько, обидно, больно.
Гвоздики. Венки. Толпа, плывущая вдаль безмолвно.
Потерянность, пустота, мелькают чужие лица.
Мне хочется закричать и в пряной листве зарыться.
 
Полгода во сне живу. Лютует хазри нещадно.
Колючий, ежом, сквозняк сдирает портьеры жадно.
Беспутный, с ума сошёл: неделю - напропалую
гуляет, свистит наглец и душу скребёт нагую.
 
Родительский день. Весна. Льняная в полоску скатерть.
Соседи придут, друзья, а я до сих пор в халате.
И валится всё из рук. Компот разлила, растяпа.
Кричащие сквозняки в квартире,
где я и папа...
И белые чернила, и перо,
/ такие, что с огнём сейчас не сыщешь /.
Мохнатой шапкой снег лежит на крыше,
а ты вторую ночь всё пишешь, пишешь -
непонятый обиженный Пьеро.
 
Слеза скатилась каплей по щеке.
Удел шута-поэта незавидный.
А тут ещё и Арлекин ехидный
утащит из-под носа крендель сытный,
и кукиш нарисует на доске.
 
И белые чернила и перо...
Они не чертят линий - жгут морозом.
Мечтал играть на сцене виртуозно,
а стал в рубахе чистой и белёсой -
ничтожеством, потешником, зеро.
 
Погасли окна ровной чередой,
и чай остыл, и кот уснул чернющий.
Ты, малую толику счастья ждущий,
мечтаешь улететь к луне растущей,
от боли и насмешек над тобой.
 
Бессонница и чувств водоворот.
Но эти ненормальные чернила
растаяли под натиском светила.
Нахальство Арлекина победило,
и утром звук пощёчин слышал кот...