До сих пор я помню этот сон, отчётливо, до мельчайших подробностей, не смотря на то, что прошло уже двадцать три года...
Ночь, на большой ветке тополя на фоне полной Луны стоит рысь. Она медленно поворачивает голову и вместо звериного я вижу уродливое человеческое лицо с демоническим оскалом и откровенным вызовом во взгляде. Нечеловеческий ужас пробирает меня до каждой клеточки. Внезапно под тополями, во дворе, закручивается сильный вихрь, до того мощный и тёмный, что силясь не попасть в зону его действия я с криком просыпаюсь. Действие происходит в деревне, где был бабушкин дом, за две недели до того, как её с сестрой зверски убили.
Следующие годы показали, что это было только начало в череде странных и запутанных событий. Сам этот дом был для меня сакральным, можно сказать священным местом. Каждое лето во время летних каникул я приезжал на почти три месяца погостить, исходил окрестные леса в поисках грибов и ягод, ловил рыбу в реке, по вечерам при свете керосиновой лампы слушал прабабушкины истории о далёкой старине, любил высоченные тополя, посаженные перед домом, с замершим сердцем внимал их задумчивому шелесту, лёжа на печке и прислонив ухо к маленькой чугунной вьюшке пытался понять, о чём воет ветер или когда навещал в пору зимних каникул, то обожал прислушиваться к звуку гудевших от мороза проводов на столбах линии электропередачи. И вот в одночасье мир рухнул. Пустая изба, пятна крови на полу, стена в ружейной картечи. Тогда я не просто потерял любимых людей - погибла часть моей души, навсегда и безвозвратно. Но самое поразительное стало твориться во снах. Что бы сказал психоаналитик Карл Юнг по этому поводу? Первые годы после убийства когда снилась деревня, то даже подойти близко к дому не получалось. Словно тяжёлая чёрная волна отбрасывала меня при приближении и я отчётливо чувствовал, что внутри избы кто-то есть, настолько злобный и непохожий на всё, с чем я сталкивался до сих пор, что даже во сне перехватывало дыхание. Постепенно осознав, что мне необходимо проникнуть в дом любой ценой, так как это напрямую связано с моей жизнью в физическом теле, я ценой неимоверных духовных усилий оказался во дворе дома. В одном из снов калитка была открыта и с огромным трудом поборов въедливый страх я вошёл внутрь. Дверь веранды в доме тоже была полуоткрыта, но внутри явно ощущалось нечто. Предчувствуя ловушку, я вошёл в веранду и тут же воздух стал неимоверно тягуч, тело парализовало и нечто стало приближаться ко мне в наступившей темноте. Только умение, выработанное мною годами, мгновенно раскачивать астральное тело до состояния вихря позволило проснуться. Всё чаще я стал оказываться перед открытой калиткой, словно звавшей войти. Теперь я был более осторожен, чувствуя взгляды через окно. Но тайна манила, войти в дом было вопросом жизни и смерти, поскольку сны реально влияли на моё человеческое состояние.Они повторялись постоянно, в разных вариантах, но всегда приводили к бабушкиной избе. И как я заметил, ключевую роль играло освещение, день и ночь, свет и тьма. Например снилось будто приезжаю я в деревню, не доходя пяти-шести домов до избы и неожиданно день превращается в вечер, непознанные сущности выходят на охоту и их жертвой явно избран я. Вечер быстро превращался в ночь, со всех сил я бежал обратно, но их дыхание уже ощущалось за спиной. Тогда я взлетал в чернильную ночь, наверху светили холодные звёзды, кометы прорезали путь в небе, огромные знаки Зодиака сливались в умопомрачительном танце.
В очередной раз днём оказавшись во дворе я внезапно осознал, что моё духовное состояние может влиять на освещение во сне. Войдя в веранду я оставил дверь отворённой и открыл занавески. Волна ужаса медленно улеглась. Войдя в сенцы я почувствовал её снова, поскольку свет со двора уже слабо проникал внутрь. Собрав все внутренние силы я рывком дёрнул дверь в комнату, на уровне интуиции ощущая, что меня там уже ждут. И тут же что-то с криком, как у баньши набросилось на меня.
