Чернова

Катя, тогда Вам нельзя честь вторую часть этого моего бардака, поскольку в ней относительно фильма много спойлеров. Кстати, если у Вас отложена версия с 2:14 по длине, то выбросьте ее к черту, нужно смотреть версию с 2:24, там цензурой не вырезаны важные сиське, пардон, грудь черной женщины, и вот эта фраза «мое лицо – не мое лицо» в заголовке, как раз из этой десятиминутной (потрясающей) разницы. по роману: мне в сравнении показался бульваристым по стилю и слишком злобствующим, там прямо льется со страниц НЕНАВИСТЬ, хотя, может, перевод дурной. При этом, при совпадении событий в сравнении с Иштваном - это два совершенно разных текста. Понимаете, Сабо он не о нацизме, и не о конкретной персоналии, в отличие от Манна. Думаю, он поэтому сразу в небожители, что отрешен. У него, конечно, Брандауэр ручной, Немецкая трилогия, но немецкая трилогия – это Висконти – Бертоллуччи – Сабо, они ведь об одном и том же, просто на разных визуальных языках, а в теме операторов нельзя без «Конформиста», конечно, хотя, очень не люблю говорить о фильмах, которые мне были важны. Не знаю, это магия какая-то. Брандаэур. И Сабо в фильме об актере мог снимать только его. Я даже на Нерона посмотрю ради удовольствия. У меня Мефисто по третьему кругу, и в первые минуты – этот такое «феее», острый носик, лукавое личико, волосики какие-то прилизанные, но он жжет так, что в него влюбляешься, он симпатичен, и я, конечно, скажу еще, что это не анти-нацистский фильм, потому что Брандауэр – он, черт возьми, всех оправдывает. Очень мало критики (на русском всего две статьи нашла), но лучше всего Роджер Эберт (американский кинокритик): что Брандауэр – он адвокат всей «банальности зла».

Dr.Aeditumus, хотела подвести к ответу (и подведу, в тексте - риторические вопросы, и все крючки даны для цепляния :)): тщеславие, но я не сильна в нюансах терминов, может, славолюбие - те же яйца, вид в профиль. Не понимаю, причем здесь Хайдеггер, но пусть будет.

Дана, тогда Вам тоже нельзя честь вторую часть этого моего бардака. В ней некоторые сцены разбираются. Хотя, я могу и не выкладывать, да.

Dikanna, не-не, у меня тоже все путается, потому что всего — много, это большая проблема обширной эрудированности, поскольку память не надежна, и она превращает не-конкретные знания в винегрет. Конформист — это Бертолуччи-Трентиньян, а сейчас о «Мефисто», Иштван Сабо — Брандауэр. Не указывала названия, подумала, это какая-то классика классики, все причастные узнают по характерному гриму, а не причастным — безразлично. О «Конформисте» я подумаю и еще не напишу, тоже смотрела в нежном возрасте, лет двенадцать назад, если не больше, но странно, до сих пор помню покадрово, он настолько хорошо выстроен, что, кажется, хрестоматийный. А знаете, я думаю, «Конформист» и должен вызывать непреодолимое отвращение, это его художественная задача, я не читала роман Моравио, я не знаю «крепкую литературную основу», но вот у Бертолуччи и была эта цель, и он ее добивается, притом за счет чистой классики (я бы даже сказала античной классики) совершенства кадра. В моем нежном возрасте у меня было ощущение, что я потрогала завернутую в красивую оберточную бумагу, мокрую крысу. И Трентиньян — он очень неоднозначный, он ведь сыграл эту гниль, не побоявшись шлейфа Ромашки (я не видела, я любила Двух капитанов, как книгу, а если книгу люблю — экранизации стараюсь не смотреть). Забавно, но вот как раз Брандауэр — он сверх положительный повсюду, где я его видела (Хендрик, Дантон, Редль, я думаю он даже Нерона мне сыграет так, что я проникнусь и оправдаю), Брандауэр он может совершенным мерзавцем выглядеть, но там один кадр с его юношеским лицом, с громадным Пониманием, какой он мерзавец в глазах, — и всё. Вот он как-то всегда так жжет, что в итоге любишь его под финал безумно, у него, конечно, бешеная энергетика. Со мной можно спойлерить, я вчера пересмотрела.