Damir Timur

Для стороннего моё объяснение, возможно, слышится банальным и малозначащим. Так человеку пожившему, пережившему, разуверившемуся в разных там романтических чувствах и восторгах, чужие восторги смешны, наивны, жалки и нелепы. Мол, было это сотни, тысячи и миллионы раз, ничего нового. От циника лениво звучит: «Удивите меня, а впрочем, мне всё равно».

 

 

Почему именно это?

У человека достаточно работ технически более сильных, победивших в разных конкурсах, больше известных. Но…

 

Я не буду петь тебе про дожди,

Про старые туфли, горелый хлеб и прочее…

 

Наверное, потому, что написано для меня, экспромтом, и в тот момент, когда я не верил, что выживу, и потому прозвучавшее очень точно и верно.

 

…Не грусти. Два глотка до апреля. Зима ведь почти прошла.

Заживут рубцы, боль отхлынет…

 

И то самое, чего «душа ждала и дождалась»:

 

…За апрелем бывает май. Доживем до рассвета,

Но только петь не проси и не заставляй

 

Фадей Максимов, «Доживем до рассвета»

А петь я всё-таки попрошу. Ну, или хотя бы стихи писать.

_____________________________

Bот это стало мне путеводной звездой. Здесь каждое слово моё, мне и обо мне. Я и прочёл его с первой попытки, и запомнил.

 

Что ещё тебе надо? Взамен откровенным фразам

И рискованным диалогам — руслам иссохших рек —

Предложить бы любовь, только ты не икона, а я не Грек.

Где лазурь, там и тьма, а моя темнота заразна.

В сотый раз напишу откровение. Просто ты

Растолкуешь по-своему…

 

Горько, грубовато, и вроде безнадежно, но нет.

Любовь всё равно всегда любовь. И романтика — материя бессмертная, потому финальные строки звучат не просто предложением «смирись или отвратись», а утешением и уверением, что слова — лишь слова, а вот…

 

…Мой экстремум любви такой, что другим не снилось.

Привыкай — или брось всё к чертям, ведь куда б ни шёл я,

Подыщу для тебя — ярко-алого — пару тысяч аршинов шёлка.

 

Смейтесь, если смешно, но Ассоль всегда дождётся Грея, любовь существует, пока существуют люди, и алый шёлк, или красные нити или как бы там ещё не назвать, но по человеческим меркам это будет всегда.

Для меня автор фаворит, я бесконечно сожалею, что он больше не пишет и надеюсь, что всё-таки когда-нибудь я прочту такое, что ранит и заживёт.

 

Аким, «монолог»

 

_____________________________

К этому автору у меня отношение неоднозначное, далеко не всё нравится, первое, что прочёл у него поразило и запомнилось силой и искренностью эмоций — авторских ли — мне всё равно, это было похоже на под дых. Позже читал ещё несколько, но это так и осталось единственным «ударом молнии»:

 

Он мякиш бросает на лёд с моста

И шёпотом жарко взывает: «Боже!

Как я ненавижу все эти рожи…

Я всех бы убил, чтоб начать с листа!

 

Какую бы я причинил им боль!

Дай, Господи, силы начистить морду

Любому из них, разнести всё к чёрту!».

И Бог отвечает: «Ну что ж, изволь…».

 

Тут вроде бы всё о том, что «бойтесь желаний своих», но никто не боится, потому что желания далеко не всегда исполняются, разве что в кино и книгах, а симулятор получился очень уж реальный:

 

На грязном мосту удивлённый конь

Таращит глаза на колонну танков —

Машины на Невский ползут с Фонтанки,

Нестройно ответный ведя огонь…

 

Ты хотел? Получи:

 

…Танкист получает приказ: «Вперёд!»,

А вслед за приказом — осколок в ухо.

Стучат пулемёты незло и глухо,

Роняя фигурки людей на лёд.

 

Но всё хорошо, это не по настоящему. Чего испугался, дурашка?

 

…Мираж растворился, и прежний вид

Вернулся: прохожие, грязь, окурки…

И он, изумлённый, в промокшей куртке

С батоном в руке на мосту стоит.

 

Влад Южаков, «Мост»

 

P.S. И мне, как многим хотелось бы рассказать не только о трёх, а больше, но это может превратиться в бесконечную историю.

А ведь есть ещё и классики!

Лорка, например…)