Хазиахметова Алсу

Байкал. Гордость России. Могучий красавец, которому нет равных по глубине во всём свете. Он глубок, как сам космос, и от этого страшен.

Говорят, если на лодке выплыть на самую середину озера, можно увидеть красоту, от которой теряешь голову. Леса, отливающие изумрудом и янтарём одновременно, скалы, тянущиеся высоко в небеса, и вода – вода без конца и края. Совсем другая вода – в морских водах света много, они даже в смурную погоду до черноты не темнеют. А Байкал… Говорят, если с лодки выглянуть и посмотреть в глубину, можно увидеть бесконечность. Бесконечность изумрудного холода, затягивающую зелень черных дыр и необыкновенную прозрачность вод, какой нигде больше нет. Некоторые люди не выносили этого и бросались в воду, чтобы доплыть, коснуться этой бесконечности.

Когда погода хмурится, Байкал начинает штормить. Сначала он просто плещет мелкими волнами, подгоняя ветер и дождь скорее, скорее веселиться. Волны все растут и растут, белые барашки начинают бегать по чернеющему полотну воды. А Байкал все не унимается – гонит ветер, подкидывает волны так высоко – и разражается бурей. Бьёт волны о серые, кажущиеся в такие моменты маленькими, скалы, брызжет ледяными пулями на деревья, обливая их от макушек до корней. Тучи низкие, черные – тонкой пеленой стелются по волнистому полотну, поливают волны ледяным штормовым дождём. Повеселится, повоюет с ветром Байкал – и утихает. Последняя волна хлопнет ветер по спине, и уляжется. Как будто и не было шторма. Только деревья блестят в закатном солнце от пролитой воды.

А зимой Байкал спит. Укрывается толстым, двухметровым одеялом льда, которое от его дыхания трескается и раскалывается на большие куски.

Дышит он медленно, для людей совсем незаметно – и расколы по льду расходятся медленно. Когда стоишь на льду, и слышишь треск от этих расколов, сердце заходится как сумасшедшее, и ты начинаешь бежать. Потому что лёд Байкала настолько прозрачен, что кажется – он раскалывается под тобой, и эта холодная, темно-зелёная пучина под тобой поглотит тебя и никогда больше не выпустит. А пузыри в толще льда пугают ещё больше. Кажется, будто это последнее дыхание очередной жертвы бесконечности – и страшно, и взгляд отвести не получается – настолько это притягивает.

Весной, когда только сходит тяжёлое покрывало льда с Байкала, начинаются грозы. Как красив Байкал в это время! Мелкие барашки бегают по воде, тучи фиолетовые, черные, иногда даже багряные – если закатное солнце смогло пробиться сквозь покров. И белые, фиолетовые, синие ветки молний расползаются по тёмному небу. Темнота, темнота и в одно мгновение – свет. Яркий, ничем не преграждаемый – расползается по глади озера бледными отсветами, и через мгновение – снова темнота. Да, прекрасен Байкал, до ужаса, до смерти прекрасен.

Холоден, притягателен, ужасен, смертелен – и все же прекрасен.

Непостоянный, противоречивый – холодный и согревающий, тёмный и прозрачный, спокойный и бушующий.

Да, это и есть Байкал.