Кицунэ

Есть в народе такая традиция (к религии, кстати, она не имеет никакого отношения) выпускать на Благовещенье птичку. И есть люди, которые на этом хотят заработать. За некоторое время до праздника они отлавливают в лесу диких птиц, а потом продают возле храмов. Птицы содержатся в маленьких клетках, ломают перья, крылья и к моменту продажи многие из них уже не могут взлететь. Кроме того, лесные птицы не приспособлены жить в городе - многие из них становятся добычей кошек, попадают под машины и т. д.

Торговля птицами - это браконьерство, к тому же, у продавцов нет никаких документов, разрешающим им продавать птиц в общественном месте.

Узнала я об этой жестокости от воронежского поэта Эльвиры Пархоц и предложила свою помощь в спасении птиц. Мы присоединились к волонтерам Центра помощи диким животным "Сердце леса", где взяли листовки для распространения.

Приехали мы к центральному храму Воронежа Благовещенскому собору к 8 утра. Продавцы уже сидели. Узнали, что одна птичка стоит от 200 до 300 рублей.

Начали распространять листовки. Вот тогда началось настоящее шоу!

Сначала московские волонтеры, работающие параллельно с нами, разогнали большую часть браконьеров с помощью отряда казаков. По слухам, в отделении были драки, но птиц конфисковали и отдали волонтерам.

Почти в самом начале ко мне подошла одна поберушка. Спрашивает:

- Что это у вас?

- Листовки, предупреждаем, чтобы люди птичек у браконьеров не покупали.

- Ох, иди-ка ты отсюда. Ты вон сытая-здоровая, нечего здесь стоять.

- Так я по-моему вам не мешаю, я же не деньги собираю. У меня задачи другие. Мы птиц спасаем.

- Ох, жалостливые нашлись! А вы вон сколько бумаги извели на ваши листовки! А бумага - это что? А? Лес! Где ваши птички потом будут жить?

Я попыталась объяснить, что количество бумаги несоразмерно с количеством спасенных таким образом птиц. Но потом вспомнила, кому я это объясняю. А моя собеседница все еще продолжала.

- Тебе что в детстве птичек не покупали на Благовещенье?

- Нет. В Ельце, где я провела детство, такого я не встречала.

- Ааааа! Так ежай обратно в свой Елец! И там распространяй свои листовки. Ты завидуешь просто! Тебе не покупали птичек!

Дальше я отвечать ничего не стала.

Через пару минут подошла женщина спросить дорогу. Поберушка услышала это и закричала:

- Да она не местная - она ничего вам не скажет!

Я спокойно объяснила женщине, куда ей нужно пройти.

Вскоре, после окончания службы, из церкви повалил народ. И у нас закипела работа. Многих листовки останавливали, кто-то говорил, что уже все знает и покупать птиц не собирается. Вызвала милицию, но браконьер то ли уже распродал птиц, то ли решил перейти на другое место, тут же собрался и ушел, хотя и не слышал моего звонка.

Нам тоже не осталось ничего, как перейти к другому храму, где также работала наша группа. Занятия нам не нашлось, потому что птиц ловить мы не умели, да и разговаривать устали. Отправились обратно.

По дроге встретили еще одного браконьера. Видим, нас догоняет мужчина:

- Девушки! У вас ручка есть?

- Держите.

/Достает какой-то обрывок бумаги, обращается ко мне/

- Скажите ваши имя и фамилию.

- До свидания.

- Не ну скажите!

Тут в разговор вмешалась Эля (реплику почти никто не поймет):

- Я L, а это Ягами Лайт.

- Неее, я так не запомню.

- Ваши проблемы... /мне шепотом/ Что за недоделанный Кира? Записать нас хочет... Ага...

После мы поняли, что он помогал тому браконьеру и, видно, услышал, что мы звоним волонтерам.

Видим возле Благовещенского собора опять сидит мужик, торгует. Далее приведу некоторые его реплики. Их будет вполне достаточно, чтобы понять, какой человек перед нами:

- Так я уже заплатил сегодня штраф 500 рублей - имею право.

- У меня птица хорошая - перо к перу. Если не полетит - 1000 рублей отдам вам! (некоторые птицы в его клетках были полуживы)

- Да я сам волонтер! Спас недавно галчонка, ему кто-то крыло прострелил!

- Я вообще этих птиц не ловил, а перекупил по 100 рублей, чтобы наварить!

- Мне вообще жена нужна, которая меня перевоспитает! Я блондинок люблю! Вот кто из вас за меня замуж пойдет? Мне... /некоторая пауза/ 40 лет. (Мужик выглядит на все 60, перегаром от него несет за три километра).

Надо сказать, что "делать бизнес" мы ему не дали, и в результате ему пришлось сменить локацию. Видим, что к нему направляются покупатели - даем им листовку, проводим беседу. Остановили таким образом от покупки человек 30.

Здесь надо сказать, что трое нас не послушали.

Показываем женщине фотографию с сегодняшними трупами. Она продавцу: "Сколько птичка стоит?" Мне:

- Девушка, у вас своя позиция, у меня своя! Я птичку выпустила, сделала доброе дело.

- Так она все равно погибнет в городе!

- Не надо так говорить! Не погибнет!

Следующая дама, нас слушать не стала:

"А она точно полетит? Она какая-то измученная, дайте мне другую!"

Покорил мужчина:

- Понимаете я ему деньги даю. Он не от хорошей жизни здесь стоит.

- Но это нарушение закона! Дайте деньги тем, кто этот закон не нарушает!

- Я и им дам.

- Вы же поощряете браконьера!

- Но ему надо на что-то жить...

Ну и вишенкой на торте расскажу, что за весь день меня несколько раз послали работать в хоспис или детский дом. У нас, мол, о людях никто не думает, а вы тут о птицах. Сразу возникал вопрос: а почему жизнь птицы ценится меньше жизни человека?

Здесь можно еще о многом написать, подметить кучу деталей. Но проблема не решится, пока остаются такие люди, которые не в состоянии переварить информацию. Тупость иногда бывает неискоренимо. Хорошо, что тупых людей гораздо меньше, чем неинформированных. Многие смотрели в наши листовки после того, как выпускали птичку. По лицам некоторых было видно: они поняли, что поступили неправильно.