Позгорев Александр

Слава богу, с языком у нас все в порядке. Как бы мы его ни жалели и ни мучили, а он просто продолжается, так как ещё нам нужен. Не нужен станет и уйдет, как Латинский и тогда врачи будущего станут прописывать на нем рецепты и диагнозы ещё живым, а какой то чудак, напишет на нем что заковыристое и прочтет все это, человек десять, ну двадцать от силы. Положат книжку а архив и все продолжится своим чередом, будут летать ракеты и спутники, а сигналы прощупывать холодные пространства космоса.

Пока жив народ, жив язык. Народ без своего языка, вроде уж не и тот народ, что прежде. Но это не столь страшно. Главное - жив народ. Будет ему нужно, новый язык создаст. Не народ для языка, язык для народа. Мы растем и взрослый не похож на ребенка, каким был прежде, кто его осудит за то?

Языки живут с нами на нашей общей маленькой тесной планете и чем дальше, тем теснее им. От тесноты больше общения и заимствований. От тесноты бывают дети, общие дети, любимые и не любимые. Страшные и красивые.

У Солженицына прочел я, что слишком заимствований в русском и он предлагал, как бы ввести новые, исконные наши слова, взамен. Кажется, получалось непривычно и тяжело. Сам язык как бы оправдывался, объяснял заимствование. Иностранное, чужое уж вошло в его плоть, стало нашим, естественным, что в том плохо? А объяснение было корявым и архаичным. Но можно бы и так прожить, не то важно, как назвать, главное, чтобы понятно было. Много иностранных слов у нас, но не то плохо, с ними к нам пришли технологии и новые понятия. Кто первый придумал новое, тот и назвал. Может, со временем все языки сольются в один общий? Кто знает. Но теперь, живём именно мы и язык наш великий помощник и слуга, а без нас и ему не быть!