И, словно нумизмат, седой и строгий...
Возьми на память этот воздух синий,
Тяжёлый, как церковный виноград.
И мраморной плиты шершавый иней,
И барельефность древних балюстрад.
Здесь каждая колонна помнит море,
И соль посюду на немых столпах,
И в крике чаек оживает горе,
Которым каждый камень здесь пропах.
И мы уйдём, оставив звук и слово,
Как оставляет раковина шум.
И будет время, тягостно, свинцово,
Перебирать обрывки наших дум.
И, словно нумизмат, седой и строгий,
Оно отсеет жалкие гроши,
Чтоб пресный слог наш не сбивал с дороги
Тех, кто сюда за вечностью пришли.
