по книге Джона Буньяна
Глава 1
"Вертеп и сновидец"
По дикой пустыне случайно,
Забрёл я в ужасный вертеп,
Там шум, суета постоянно,
И думают все лишь про хлеб.
Прилёг отдохнуть я, и вскоре,
Уснул, и приснился мне сон:
Стоит Пилигрим в своём горе,
В лохмотьях и грязен был он.
В руках его дивная Книга,
А за плечами рюкзак
Тяжёлый, и в нём вся интрига:
Его он не сбросит никак!
И он эту Книгу читает,
И плачет, всем телом дрожа,
Он больше других понимает;
Так дальше жить просто нельзя!
В отчаянии крикнул: «Что делать?!»
В тревоге вернулся домой,
Старался держаться он смело,
Пытаясь скрыть страх дикий свой.
Однако, не скрыл он страдание,
Заметили дети, жена,
Такое его состояние,
Ему так поддержка нужна!
Сказал он им: «Дети родные,
Любимая мною жена,
Пропал я, погиб, дорогие,
Судьба моя обречена!
Всю жизнь я грешил постоянно,
Из Книги своей я узнал,
Что все мы погибнем, буквально,
Нам надо, чтоб кто-то сказал,
Где путь тот единственный, верный,
Иначе весь город ждёт смерть!
Погибнем мы все непременно,
Коль нас засосёт круговерть…»
Родные его удивились,
Подумав: «С ним что-то не так?»
Но к вечеру уговорили,
Чтоб лёг Пилигрим дома спать.
А он провёл ночь в беспокойстве,
Бессонница душу всю жгла,
Встал утром в ужасном расстройстве,
Тревога уснуть не дала.
Не знал он и утром покоя,
Не знал он и сам почему,
Семья за него беспокоясь,
Не знала помочь чем ему?
Он плакал, ужасное горе,
Не мог он никак отогнать,
Но только добился, что вскоре,
Стал этим родных раздражать.
Теперь, они с ним избегали,
Контактов и всяческих встреч,
Бранили его и ругали,
Пытаясь, порою развлечь.
А он всё рыдал и молился,
И только жалел об одном,
Что путь ему тот не открылся,
Где все мы спасенье найдём.
Однажды его я увидел,
Читающим Книгу свою,
Он выхода вовсе не видел.
И в нём, я весь мир узнаю.
Но, только мир этот не плачет,
Спокойно в погибель идёт,
А может быть всё и иначе,
Коль к Богу дорогу найдёт!
А наш Пилигрим озирался,
Всё больше и больше мрачнел,
Вдруг крик его всё же раздался:
«Что делать?!» Спастись он хотел.
Хотел он бежать, но не ведал,
Куда бы направить свой путь?
Он знал, что лишь в Боге победа,
Но, как и куда повернуть?
Тут вижу я, кто-то подходит,
С улыбкою – светел и чист,
В слезах Пилигрима находит,
Святой уже Евангелист.
«Чего ты всё плачешь и плачешь? –
Любя, Пилигрима спросил, –
На что время ценное тратишь,
Теряя так зря много сил?»
А он ему с грустью ответил:
– «Из Книги своей я узнал,
Что счастья мне нет на планете,
На смерть обречённым я стал.
А после мне будет Суд Божий,
Я этого очень боюсь.
Никто мне помочь здесь не может,
Хоть я постоянно молюсь».
– «Ты смерти боишься? Но в жизни
Тебя окружает лишь зло…»
– «Боюсь! Я страшусь даже мысли,
Мне ношу нести тяжело!
Рюкзак этот ниже могилы,
В геенну утащит меня!
А сбросить его, нету силы!
Страшусь смерти я и огня»!
– «Тогда почему не уходишь,
Коль нет здесь покоя душе?
Коль счастье ты здесь не находишь,
Ты должен в пути быть уже!»
– «Куда мне идти, я не знаю.
От гнева, куда убежать?
И вот уже долго страдаю,
Стараясь его избежать».
Тогда человек тот, спокойно,
Ему пальцем путь указал:
– «Путь узок, иди, но достойно,
Тебе свет вдали засиял.
Смотри, чтоб тебе постоянно,
Был виден слепящий тот свет,
Дойдёшь до Врат Тесных, однако,
Другого пути просто нет!
Когда во Врата постучишься,
Ответят, что делать тебе?
И счастью тогда удивишься,
Но, только будь стоек в борьбе!»
И вот, Пилигрим устремился,
Всем сердцем в указанный путь,
Свет дивный ему в сердце лился,
Ему бы с пути не свернуть!
И он побежал, но родные,
Подняли не молкнущий вопль,
Но все на него были злые,
Хотели, вернулся он чтоб.
Соседи на улицу вышли,
Смеялись над ним, чудаком,
Усмешки кривые повисли,
Над гибнущим городком…
А он убегает всё дальше,
И громко два слова твердит:
«Жизнь Вечная!» Радость, без фальши,
В душе его вечной царит!
Но тут два соседа решились,
Вернуть Пилигрима назад,
Вдогонку бежать припустились,
Ему услужить каждый рад.
Один был Упрямый, другого
Сговорчивым звали всегда,
И это была их основа,
А если быть честным – беда.
Они Пилигрима догнали,
Пытались его убедить,
Что путь они лучший узнали,
И надо ему, как все жить.
Ведь дома нет лучше родного,
Им надо вернуться домой,
И это последнее слово:
«Нельзя оставлять город свой!»
Но он возразил: «В город Гибель,
Я больше уже не вернусь!
Спастись вы со мною смогли бы,
А я за вас здесь помолюсь.
Иначе, когда вы умрёте,
Вас ждёт сера, дым и огонь!
В геенну вы все попадёте!»
И он протянул им ладонь!
Упрямый сказал: «Да ты бредишь!
Оставить спокойную жизнь?
С тобой далеко не уедешь,
Хоть трижды ты в сутки молись!»
– «Друзья, вы того не поймёте,
Что всё, что оставите здесь,
Не стоит того, что найдёте,
Послушавши Добрую Весть!
Там всем добра хватит с избытком,
Идёмте, идёмте со мной!
В пути нам поможет молитва,
Ведь нас ждёт Отец Дорогой!
Наследство нетленное в Небе,
Нас всех ожидает, друзья!
Не будет нужды там ни в хлебе,
Ни в чём-то другом, знаю я!
Ведь я прочитал в моей Книге,
Что город нас ждёт Золотой,
В нём нет ни беды, ни интриги,
А вечный, чудесный покой!»
– «Да, что ты всё носишься с Книгой!?
Вернёшься, скажи, или нет?
Заладил: беда и интриги…
Какой-то немеркнущий свет?
Нет, нам не нужна неизвестность!
Сговорчивый, что ты молчишь?
Коль он проявляет беспечность,
Домой его не воротишь!»
– «Да, я не вернусь! Мои руки,
Уже ухватились за плуг,
Терпеть не хочу эти муки,
Ведь люди все гибнут вокруг!»
Сговорчивый, с ним согласился:
«Нам лучше пойти бы с тобой,
Свет Истины если пролился,
Конечно, заманчив путь твой».
Упрямый, ему возражая,
Его дураком обозвал:
«Вас слушать уже не желаю,
И я возвращаюсь назад!»
– «Послушай, сосед, в самом деле,
Тебе лучше с нами пойти,
Ведь там ты увидишь на деле,
Что сможем мы счастье найти!
Там ждёт нас великая слава,
О ней в этой Книге прочти!
Небесная Божья Держава,
Нас примет на этом пути!
За это, поверь, отвечает,
Кто кровью Своей окропил,
Всех тех, кого Он избирает,
До смерти Он нас возлюбил!»
Упрямый вернулся в свой город,
Жалел его Христианин,
Ведь он уже был и немолод,
Но душу свою погубил.
Сговорчивый же путь продолжил,
И только смущаясь, спросил:
«А точно, что путь этот должен,
Их к Тесным Вратам привести?»
– «О! да! Можешь не сомневаться!
И путь этот узок и чист,
Не может мой друг ошибаться,
Не зря ведь он Евангелист!»
