Стихи Вероники — самые популярные.

Вероника • 403 стихотворения
Читайте все стихи Вероники онлайн.
Полное собрание стихотворений с комментариями и оценками.
ДАТА Все время
ЯНВ
ВЕФ
МАР
АПР
МАЙ
ИЮН
ИЮЛ
АВГ
СЕН
ОКТ
НОЯ
ДЕК
ПН
ВТ
СР
ЧТ
ПТ
СБ
ВС
ЖАНР Все
Однажды ты осознаёшь, что оказался в толпе.
Ты!
Такой необыкновенный, восторженный и счастливый.
Радующийся — от возможности просто жить.
В толпе…
Сначала чувствуешь себя потерянно-одиноким.
Но все — обыкновенные и приземлённые —
Оказываются проворнее и сноровистее, чем ты.
А тебе приходится довольствоваться остатками вчерашней манны,
Так щедро сыпавшейся тебе в ладони с небес
Ещё накануне...
Почему иссяк этот поток?
Что ты сделал не так?
А что сделали эти — обыкновенные?
 
Остаётся по ночам ловить холодные, острые,
Режущие ладони звёзды —
И не успевать загадать желание,
Потому что его уже загадали другие.
 
Каждый хочет греться под солнцем,
Каждому хочется поймать и спрятать за пазуху горячий луч.
Так, на всякий случай.
Вдруг слишком длинной и суровой будет зима?..
А тебе не достаётся и этого луча.
Не дотягиваешься?
Где же твои силы,
Где необыкновенность и восторженность счастливого существа?
Длинные чёрные тени реальности окутывают тебя
И не дают сделать ни шага.
 
А надо ли?
 
Начинаешь понимать, что на месте стоять удобнее.
Локтями пробивать дорогу к лучам и звёздам — себе дороже.
И ты успокаиваешься.
Тебе не нужны больше Ангелы.
Сначала пропадает доверие.
Потом исчезает искренность.
Следом уходит доброта,
Она оставляет в глубоких колеях пути, по которым брела,
Цепляясь за высохшие по обочинам стебельки погибшей мечты,
Мертвую воду равнодушия.
 
Ты начинаешь черстветь,
Как впопыхах забытый на столе ломоть хлеба.
 
Ты — черствеешь.
Вместе со всеми.
 
 
 
 
 
 
 
Помнишь волшебную раннюю осень?
Часто бродили на волжском откосе...
Робкий, смешной, но судить я не в праве,
Вязаный шарф, очки в темной оправе.
 
Юный плейбой, жаль, что в старых ботинках,
Все разговоры о модных пластинках,
Прочь отгонял холодок и досаду,
Грубо ругал всех певцов и эстраду!
 
Снова закат догорал золотистый,
Склоны сияли от радужных листьев
Помнишь, как нежно тебя целовала
Только казалось, что этого мало...
 
Руки мужские настойчиво грубы,
Страстью наполнены пухлые губы…
Помнишь скамейку и сквер у фонтана,
Крупная ссора! Расстались спонтанно!
 
Травы пожухли, их краски поблёкли
Ты протирал запотевшие стёкла
Жизнь закрутила, работы рутина....
Слишком непрочная нить – паутина!
 
Встреча назначена ровно на восемь,
Годы спустя мы на старом откосе!
Плащ от Кардена, духи от Версаче,
Думала, выглядеть будешь иначе!
 
Ты элегантен был с зонтиком-тростью,
Я оказалась у юности гостьей!
Жизнь улыбалась вновь в розовом цвете!
Спрятала в сумку дешёвый беретик!
 
***
Спасибо Автору!
Особый потусторонний мир.
Странный, темный, дикий. И яркий.
Картины сливаются в одно целое,
Абсурд и сюрреализм на грани реальности делаются явью.
 
Осень словно сон или галлюцинация…
Нам открывается запретное.
 
Дождь на окнах пульсирует ликующим водопадом,
А облака принимают формы неведомых существ.
Крошечные человечки падают с деревьев,
И, попав на землю, становятся частью дикого мира.
 
Деревья, словно артисты на сцене, играют роль в этом спектакле.
Их голоса шепчут загадки и тайны,
Разгадка которых скрыта в их корнях.
 
Листья на деревьях становятся часовыми механизмами,
Каждый шаг — нотой в мелодии нелепой игры.
Ветер шалит и рассказывает свои истории,
В которых только он один находит смысл.
 
Хочется уйти от серости и обыденности…
За красивыми картинами будничности скрываются паяцы,
В их мире каждое движение — таинственный ритуал.
 
Осень готова показать нам праздник в серости,
Создать вселенское выразительное полотно.
В нём будут нажористые рифмы,
Слова-гиганты, слова-карлики, слова без букв.
Слова без смысла.
 
Абсурд плотно витает в воздухе…
Осень причудливо танцует вокруг.
 
 

Дежавю

25.11.2023
Бывают очень грустные дни, когда ничего не произошло, а на душе тоскливо. И от чего — непонятно. Вчера у меня случился именно такой день. Работа, работа, работа, а телефон глупо молчал, не давая никакого шанса на радость. А я ждала звонка от дорогого мне человека. Тщетно.
Вот и рабочий день закончился. Как ехать домой? Пить пустой чай в тишине? Даже без конфет, потому что я не люблю сладкое. А чем ещё можно себя порадовать? Новой причёской! Вот возьму и порадую.
 
Мастером оказалась миловидная разговорчивая женщина, соглашаясь со всеми моими пожеланиями в смене имиджа. Усадив меня в кресло и накинув накидку, стала ловко орудовать ножницами.
"Проворная какая", — подумала я, закрывая глаза и отдаваясь ощущениям пока несовершённой радости.
Приятный гул работающих в салоне фенов расслабил донельзя.
 
Для меня новая причёска, что новая жизнь. Выйду сейчас красавицей, пройдусь по летнему парку…
На столике завибрировал телефон, вернув меня в реальность. Помечтать о «новой жизни» не получилось.
"Милый"— высветилось на дисплее. Вспомнил. Как же здорово! Настроение мгновенно подскочило вверх.
Не успела я протянуть руку к "милому", как телефон перехватила уверенная рука моего мастера.
— Да, милый.
Я удивлённо подняла глаза на растаявшую в улыбке женщину.
— Сегодня, заедешь? Здорово!
Хм... Куда это интересно должен будет заехать МОЙ милый?
И что за дерзость! Брать чужой телефон и отвечать на звонки клиентов?! Или такой сервис в этом салоне?
Я решительно протянула руку к телефону и выдавила улыбку:
— Вообще-то, это мне звонят.
Лицо женщины побелело до цвета первой пороши. Глаза синхронно бегали от моего лица к дисплею телефона и обратно.
— Простите ради бога. Я думала, это мой телефон. И мелодия, как у меня. Вот же неудобно вышло.
Оказалось, что телефон такой же модели всё это время лежал рядом с моим на столике.
Были извинения от хозяина салона и моя улыбка.
 
День закончился на позитиве. Разве я не этого хотела?
На всякий случай переименовала в справочнике ,,милого,, на «Роман Иванович».
Через месяц опять в салон.
Мало ли…
 
***
Спустя месяц.
 
Прихожу в салон. Ну, а чем не радость после трудового дня?
Расслабиться морально, физически и психологически.
Снова к тому же мастеру.
Соглашаюсь со всеми пожеланиями в смене имиджа...
Бесстрашно кладу телефон в центр столика.
"Ну, не может быть! Чтобы и сегодня!" — подумала я, закрывая глаза и отдаваясь ощущениям пока несвершённой радости.
 
Рядом в соседнем кресле мастер заканчивает делать умопомрачительную причёску девушке.
Красотка нервно торопится и просит побыстрее. Свидание! Опаздывает!
Длинноногая бестия поспешно убегает из салона навстречу мечте.
Эх... А у меня когда было свидание? Ностальгически вспоминаю.
 
Ну вот. И я оживилась, увидев красиво уложенные волосы.
Позитивно получилось. Нравится. Расплачиваюсь. Тяну руку к телефону. А его нет.
Где мой телефон? Ну, неееет...Почему опять я?
 
Сотрудники, всполошившись, начали искать мой телефон. На столе, под столом. Мобильника нигде не было.
 
Мой нервный смех прокатился тогда, когда в салон пулей влетела красотка с растрепанной причёской, держа в руках мой телефон.
— Извините. Пожалуйста. Я нечаянно. У меня такой же телефон. Думала, мой.
 
Иду покупать новый телефон.
Какой-нибудь неприметный.
Ведь через месяц снова в салон.
Красиво жить не запретишь.
 
Чёрный платок ночи
небрежно расшит серебряными звёздами.
Они осыпаются, как мишура
с брошенного за ненадобностью
карнавального наряда,
и песок пустынного берега поглощает их,
гася острые грани.
Они падают в воду –
и тонут осколками холодного огня.
Бледная лунная дорожка играет несмелыми,
тусклыми, прохладными бликами.
Ноги стынут в ожидании прикосновений
чёрного серебра воды,
и стынет голова
в прозрачной немоте воздуха равнодушной ночи.
Тщетно.
Мысли дымной вереницей
расплываются,
кружатся,
влекут
в спасительный омут.
 
Утонуть… Утонуть…
 
Это же так просто!
До абсурда.
Я не умею плавать.
Боль, поселившаяся внутри,
медленно и настойчиво
лишает возможности дышать.
Ушёл человек. Самый родной.
Просто – ушёл.
Без трогательно-трагичных слов-прощаний,
смотав в клубок и забрав с собой
все мои будущие пути-дороги.
Равнодушно,
как равнодушна эта ночь.
И – безвозвратно.
Как упавшие и погасшие звёзды.
Они же не загорятся снова…
Я – пустота и тупое отчаяние.
Я – пустота.
…А вода оказалась на удивление
тёплой!
Серебряной от осыпавшихся и утонувших в ней звёзд.
И тёплой,
как руки отца,
который спас меня в детстве,
когда я тонула в озере.
Его глаза были тогда полны запоздалого ужаса
– и любви.
Испуганную до немоты,
он крепко обнимал меня и плакал…
А я гладила его мокрые волосы и жалась к колючей щеке.
Разве это было напрасно?
Папка…
Развернувшись, побежала от чёрного,
стылого серебра воды
к тёплому от вчерашнего солнца,
живому берегу.
 
Жить…Жить…
 
Загадывала желания
на каждую упавшую звезду.
Мне хватит их, звёзд.
На долгую жизнь.
За двоих.
Ты снова спас меня, папка…
Я несусь по изгибу Вселенной
Среди тайн неразгаданных звёздных,
Меж чудес, что из света и мрака,
Вместе с солнечным пламенным диском —
Далека, холодна для кого-то,
Кто глядит из немыслимой дали,
И близка, безрассудно любима,
Горяча в красках майского утра
Для того, кто мой сын и хранитель,
Мой цветок, человек мой и птица —
Я Земля…
 
Я в снегах заколдованно-вечных
И в песках обжигающе-медных,
Голос мой из глубин океана,
Из зелёной беспечности леса,
В каждой ноте счастливых напевов
Добрых птиц — и в пчелином гуденье
Над медовым нескошенным лугом,
В шумных брызгах дождя синим утром,
Что закончился мостиком радуг
И звенел в острых каплях меж листьев —
Я Земля!
 
Я дышу сладким ветром нагорным
На далёких бессонных вершинах —
Воздух чист, как алмаз без огранки,
И в полях палантин разноцветный
Расстилаю в гармонии с летом.
Даль небесную звёзды обжили,
Косогор лунным светом залился:
Ночь зову, чтобы дню поклониться
И сменить темный плащ на рубаху
Из травы, что в росе серебристой —
Я Земля…
 
Я склоняюсь пред Господом Богом
И прошу мира светлого людям.
Помоги, протяни же им руку,
Поведи, научи, терпеливый,
Донеси до них тайну Вселенной:
Человек, ты разумным был создан!
Меч войны зачехли безвозвратно,
И увидишь счастливые звёзды.
Так прислушайся к сердцу, что любит,
И добром прорасти сквозь рассветы…
Мы — Земля!
 
https://poembook.ru/poem/2993854-deklamatsiya-matreshki-zima--zemnoe
Тишина кругом. На двери замок.
Плющ обвил весь дом, словно лютый змей.
Было здесь тепло, только не берёг
И не знал потом ничего родней.
***
Мне далёкое детство вспомнилось:
Тёплым золотом мёд на пряниках,
Мама в фартуке, печь огромная,
Роем в дом летим, прямо с санками.
 
Ловим добрый взгляд глаз смеющихся,
Сладость в рот быстрей — и во двор гурьбой,
И снежок летит, в цель запущенный:
Там мальчишеский снежно-смертный бой.
 
Хоть январь трескуч, стужа волнами,
Хоть зима пришла заморозить нас,
А душа была переполнена
Добрым солнышком, изнутри светясь.
 
Отыщу огонь в недрах памяти,
Он сиял во мне, грея-радуя —
Легче станут мне камни-тяготы,
По судьбе шагаю, не падаю.
***
Мамы нет давно. Шрам в душе глубок.
На полсотни лет я теперь взрослей.
Тишина кругом. На двери замок.
Плющ обвил мой дом, словно лютый змей.
Перрон.
На нём почти всегда людно.
Ждут встреч. Прощаются и уезжают.
Кто-то любуется поездами,
наслаждаясь непокоем ожидания чего-то неясного,
мимолетного, видимого в первый и в последний раз.
Перрон серый, истоптанный и исшарканный множеством спешащих ног,
он освещён и освящён
белыми до яркой боли и тревожно-алыми огнями.
И он никогда не спит...
 
Мальчик.
Маленький, с волосёнками цвета ржи.
В куцой, криво застёгнутой курточке.
В кулачке зажат букетик подснежников, сорванных тайком в детдомовском сквере.
В доверчиво распахнутых глазах отражаются бело-алые огни.
Он ждёт. И Перрон ждёт — продолжения истории.
 
Дальше — Поезд.
Он не похож на огнедышащего дракона,
Это мудрый и гибкий змей, проглотивший чьи-то мысли, надежды, ожидания,
смявший их в тесных вагонах и дребезжащих тамбурах —
и выплюнувший там, где предписано судьбой.
На очередном сером Перроне.
 
Потом — Мама.
Приехавшая, но не решившаяся.
Зачем?.. Пусть всё останется как было.
У них разные пути — у мальчика и у женщины с ржаными волосами.
Он... не нужен ей. А она ему?
Сейчас — очень нужна.
А потом, когда всплывет неправда или слабость,
вырвавшая дитя из маминых рук,
и будет методично разрывать душу сына?
И серый Перрон разводит мальчика и женщину,
ребёнок, плача, бежит по нему, как во сне,
и не может догнать ту, что... не узнала его.
— Ма-маааааа!
Неправда, она узнала.
Но Перрон решил всё сам.
Он видел многое. И такое тоже.
И он уносит женщину прочь — это не её встреча.
 
А Мальчик... он переживет.
Он еще сорвёт свои подснежники
вместо тех, что, смятые, уронил из бессильно разжавшейся замёрзшей ладошки
на холодный бетон Перрона, прямо под ноги спешащих, равнодушных пассажиров...
И ему будет для кого их сорвать.
 
Перрон же молчит. Такова его доля:
он никогда не вершит - только встречает и провожает судьбы.
Он — портал.
И ещё...
Перрон никогда не спит.
 
 
 
 
 
Развод сына обрадовал Варвару. Не пара Люська Егору! Он статный красавец, работяга. Каждая бабёнка в селе потаясь любовалась на него. А Люська? Вертихвостка. Одна у неё забава — кошки. Куда ни глянь, везде рыже-чёрно-белые морды! Тьфу!
 
Что произошло в семье — сын не говорил. Ходил хмурый. Улыбался тогда, когда гладил Фенечку, кошку, что принёс с собой из прошлой жизни в дом матери. Видно, любимица.
 
Своенравный хозяйский кот Григорий дружелюбно воспринял приход новой жилички в дом. Кроткий нрав пушистой малышки покорил и его.
 
А вот Варваре кошка ко двору не пришлась. Может, из-за Люськи?
 
Фенечка бодро осваивала территорию, то и дело попадаясь хозяйке под ноги.
Та ворчала, замахивалась на пришелицу полотенцем, грозясь «высечь поганку»!
Сын, улыбаясь, прятал кошку себе за пазуху, говоря мурлыке:
— Она добрая. Не бойся. Ей привыкнуть надо.
 
Но Варвара так и не привыкла.
Неприязнь поднималась из глубины души при виде, казалось бы, безобидного существа. «Ну, чего злюсь? Вот когда натворит что-нибудь! Тогда ей мало не покажется!»
 
Долго ждать не пришлось. Под кроватью обнаружился спутанный клубок пряжи.
В сердцах Варвара схватила торбу…
 
Возвращаясь из леса налегке, вздыхала лишь об одном: как сказать об исчезновении кошки сыну.
 
Время оказалось на её стороне. Егор уехал по работе в соседнее село.
 
Сон не шёл. Не думала Варвара, что так разболится душа о чужой Феньке.
Не так страшна была ярость сына, как самой стало нестерпимо жалко невинную животину.
 
Лишь зардело утро, женщина второпях бросилась в лес.
Но с расцарапанными о колючие ветви руками и с грехом на душе возвращалась женщина домой. Одна.
Под ноги юркнул Григорий, заглянув хозяйке в глаза. Осуждающе?
 
От бессонницы Варвара садилась за спицы, чтобы отвлечься от постылых мыслей.
«Что скажу Егору? Что же я за мать такая… Радость сыновью — в лес».
 
За окном что-то мелькнуло.
«Сын вернулся?»
Поспешно накинув шаль, Варвара выбежала на крыльцо.
Мокрая, в репьях, Фенечка сидела на перилах и бесстрашно жмурилась.
— Пришла, сама нашла дорогу, родная…
Варвара сгребла в охапку лёгкое тельце и проворно нырнула в избу. Вытирая слёзы, с радостью смотрела на лакающую молоко из миски Григория кошечку.
 
— Мама! Я дома! Как вы здесь?
 
Сын вернулся!
Егор, широко улыбаясь, приобнял мать.
 
Перекрестившись на образок, с лёгким сердцем, Варвара ответила:
— Слава Богу. Все дома.
 
а я не просто в него влюбилась.
я доверилась.
человеку, который стал моим Светлым.
 
…мне так кажется.
или мне так хочется…
он то приближает, то отталкивает.
манит — и сразу уходит в безвременное глухое молчание.
просто — уходит.
просыпаясь, не знаю, увижу ли его снова.
чтобы не во сне…
 
верила, что увижу!
 
…я танцую на горящих углях своей любви,
не чувствуя ничего, кроме счастья.
но оно неподъёмное.
я пытаюсь делиться с миром его лучами,
а в душе живёт затаённая печаль,
терпеливым пауком ждущая своего часа.
он же, мой Светлый, остается участливо-холодным.
моя любовь превращается в удушье,
с каждым днём становится труднее дышать.
вдох-выдох. выдох-вдоооох…
 
встреча.
встреча!
его губы ещё улыбаются, а глаза стали ледяными.
меня тихой молнией пронзает понимание:
он просто айсберг,
который позволяет
почти утонувшей в океане холодной беды
душе,
ломая заледеневшие пальцы,
карабкаться и карабкаться на вершину.
и падать…
мучительно скользить в холод и тьму участливого равнодушия.
встреча?..
 
он даже не раскрыл надо мною зонт,
когда под проливным дождём пришёл сказать:
— мы не вместе.