Рябинина Ольга

А у нас уже полдень. Ровно двенадцать часов. Солнце прорезалось окончательно сквозь морозный туман горячего дыхания дня. Полное спектральное ликование на крышах и прочих белых поверхностях. И голубых. Хочется кричать. Что птицы-синицы и делают (свиристели-то улетели с голубями совместно клевать рябину в бывшем колхозном малиннике у берёзового колка). МЧС обещали минус тридцать, но кот на балконе мяучит с французским грассе: "Мммминух триииии", будто бы в самом деле различает деления на градуснике. А на Поэмбуке - тишина. Все спят. Воскресенье. Так приятно ощущать тёплое, домашнее посапывание... Символ умиротворённости. Солнце и сопение. Мир. И на земле мир. Сладко. Славно. Недолговечно. Но и недолговечность эта - мнимая. Основы снова будут просвечивать через все отношения и общения, попытки обретения опыта и мудрости. Уроки жизни.

Если МЧС, всё же, наколдует тридцатник, то прилетит поползень. А то и чечётка (самчик, он смелее, жене потом в клювике, давясь, отнесёт). А снегири уже отчалили - что делать, март же. Жарко.