Barklai

Сегодня в Питере отмечали 75-летие полного освобождения Ленинграда от блокады. История моей семьи тесно связано с этим городом и с теми трагическими событиями. Дед и бабушка по папиной линии (оба 1901 года рождения) ещё революцию здесь встречали. Дед в гражданскую воевал и в отечественную командовал дивизией на Ленинградском фронте. Бабушка и папина сестра блокаду пережили. А вот старшего сына, дядю Яшу судьба не сберегла. Их ещё курсантов бросили из Ленинграда под Москву, когда враг подбирался к столице. Там и погиб почти сразу же… в 19 лет. А папа родился через два года после войны. Дед очень хотел сына. Дед по линии мамы тоже пошёл воевать вместе с братом, а отец с мамой и младшей сестрой остались в блокадном городе. Родители умерли от голода, а тётю Зину десятилетнюю девочку забрали в детдом. Потом его эвакуировали. А потом они попали в оккупацию. Выжила. Детдом вернулся в Ленград после победы. А в 48-м вернулся дед, нашёл её и забрал. Она – единственный член семьи, который ещё жив (дай Бог её здоровья) и, который всё это видел и помнит.

В этом году на Манежной площади и Малой садовой улице проходила выставка под открытым небом «Улица жизни». Здесь были представлены фотографии тех лет, а рядом современные снимки тех же мест, как они выглядят сейчас. Множество стендов о главных событиях города тех дней, о том, как город жил в нечеловеческих условиях, но… работали школы и театры, заводы делали танки и снаряды для фронта… люди не сдавались. Наверное, это на генном уровне – воспринимать эту боль как свою, но нет ни одной питерской семьи, которая не потеряла бы близких в то страшное время. Меня поразило то, как много молодёжи пришло туда, люди привели своих детей. Пришли и те, кто помнит, кто прошёл это сам. Много фотографий центра города, улиц родных и знакомых с детства… тех, что находятся совсем рядом с нашим домом, из которого дед уходил на фронт, где умирали прадед с прабабкой страшной зимой 42-го, откуда забирали от тела матери маленькую замёрзшую девочку, где потом выросла, прожила всю жизнь и до сих пор живёт моя мама, и где выросла и прожила тридцать лет я сама. Вот, Загородный проспект, по которому идут ополченцы, огромная неразорвавшаяся бомба на углу Невского и улицы Марата. Десять лет каждый день я проходила по этому месту, идя в школу. А вот это, совсем рядом с нашим домом, через дорогу. Даже краешек нашего дома виден. Фотография дома на Дмитровском переулке, в который попала бомба. Фашисты целились в колокольню Владимирского собора, что в двух шагах, но промахнулись. Мне рассказывали, что прабабушка тогда чуть с ума не сошла. Тётю Зину послали за хлебом. Она обычно шла этой дорогой мимо этого самого дома, а тут почему-то решила пойти через Владимирский проспект. Бог спас. Но прабабушка тогда этого не знала. Поседела, пока нашла дочь, спрятавшуюся от налёта в парадной одного из домов на Владимирском. Её туда кто-то просто впихнул вместе с остальными. Вот, дневник мальчика из 222-й школы, в которой потом училась моя мама. Каждый день описан подробно и… страшно. Как теряли одноклассников, погибших под бомбёжками и, как они туда ходили в надежде отыскать их живыми, как находили тетрадки и брали их себе на память.

Тяжёлый праздник для питерцев. Но мы живы, пока помним. Надо помнить.

 

Фото тёти моей мамы (хотя я её тоже тётей зову) Зейды Залмуновны Новик, потрясающей женщины, стильной и красивой, активной, которая носит брючки, курточки и модные кепи, у которой стоит кардиостимулятор, и в которой всего 147 см. роста. Фотке два года. Здесь ей 85!