Андрей Мансветов

Сразу оговорюсь, что предлагаемый вашему вниманию текст, заметка, а, боже упаси, не фундаментальное исследование и даже не попытка систематизации. Так, чуть-чуть по вершкам. Но вершки эти постоянно возникают в диалогах, поэтому, вот…

И начнем с начала, в котором у стихотворения нередко стоит название. Если это так, страшнейшая ошибка – заканчивать название точкой. Даже не вдаваясь в формальности, точка – конец. Все. Чтобы перейти к самому стихотворению надо делать новый заход, минуя заглавие, которое, если подходить ответственно – полноценная часть стихотворения. Беда, что ответственно подходят не все. Нередко, разбирая стихи, я обращал внимание авторов, что они либо идут по пути бессмысленного (бывает и вполне оправданный) повтора, либо сразу сдают интригу текста, либо… Вариантов масса, но это уже семантика, а речь сегодня о форме. И здесь стоит добавить только, что экспрессивные (восклицательный, вопросительный) знаки в конце названия вполне уместны, а в начале возможна постановка отточия, чтобы придать названию оттенок эха, продолжения, живой речи. Важно не забыть, что отточие не предполагает постановки после него заглавной буквы. Вот так:

…и ваше название

Теперь можно перейти к самому тексту. Самым серьезным дискуссионным моментом его оформления традиционно становится манера постановки заглавных букв. Именно манера, поскольку никаких жестких правил на этот счет в поэзии не существует. Самая распространенная из них – обязательная заглавная в начале каждой строки. Манера имеет глубокие корни, в смысле идет из старины, когда каждая строка (стих) представляла собой законченную мысль, предложение. С развитием поэзии (в первую очередь, выходом за рамки духовного творчества) правило практически отмерло, а заглавные остались. Плохо ли это? Определенно, нет. Ведь более «демократичная» манера – постановка заглавных букв и знаков препинания по базовым нормам письменной речи – может столкнуться с некоторыми труднопреодолимыми моментами. Например, она бесполезна при записи фонетической и трансовой поэзии. Авторы, работающие в этой стилистике редко и необязательно используют законченные фразы. Для них сохранение формального признака сакральности (духовности, песенности) - большой плюс. Технически же, перевод строки/заглавная буква при чтении дают ритмическую паузу (перенос) с последующим фонетическим усилением (заглавная). Разумеется, использование их в обязательной связке – всего лишь дань читательскому конформизму, но никак не обязательная бездумная норма.

 

Ирина Кабачкова:

Я от тебя слышала про заглавные. Не важно, где появилась эта традиция впервые - её переняла русская литература, и мне так стихи ЧИТАТЬ удобнее, и вот я так оформляю текст.

 

А я не вижу в этом никакой проблемы. Но «Общей для современного поэтического языка тенденцией является расширение арсенала осмысленных материальных/формальных элементов, в том числе и на графическом уровне, - пишет Дарья Суховей (а я с ней согласен). - Характерное свойство языка новейшей поэзии – индивидуальное осмысление формального элемента поэтической речи, его неслучайность в контексте стихотворения». Тем, кому интересны все эти тенденции, могу порекомендовать легко находимый в сети материал «Новые функции заглавных букв в поэтическом тексте» (На материале антологии "Девять измерений").

Вот, кстати, вам еще одна мысль того же автора: «Заглавные буквы в современной поэзии часто используются для того, чтобы что-то маркировать (а не соблюдать какие-то условные правила), или даже становятся экзотическим элементом поэтической речи».

Из этой мысли просто стартовать к рассмотрению феномена полного отказа от заглавных вовсе.

Широко бытует неаналитическое мнение, мол это не более чем пришедшая с Запада мода. И сказать, что это ВСЕГДА не так, я, увы, не могу. Но интересна не мода, а функциональность такой записи. В частности, меня заинтересовал ответ некоего Глеба Симонова на вопрос «Из каких соображений некоторые писатели не используют заглавные буквы?»

А именно:

«Если говорить максимально просто, то по той же причине, по которой современная поэзия стала реже использовать восклицательные знаки, которых в классической было, мягко говоря, до хрена.

Динамика классического текста — очень декларативная. Я! Пришел! К тебе! С Приветом! Рассказать! Что Солнце Встало! Etc. Оно почти подразумевает исполнение, даже если не исполняется.

Динамика современного текста — более скользящая и разговорная, и даже если текст, допустим, протестный или сугубо образный — его письменная часть всё равно существует в первую очередь на бумаге. Оно подразумевает текстовость, даже если читается вслух».

От себя добавлю, что важной функцией «строчной» записи, на мой взгляд, является деконструкция авторского присутствия в тексте, которая как любой прием, может быть, как уместна, так и не очень.

Более ученый взгляд на ситуацию предлагает профессор Ю.Б. Орлицкий:

«В современном русском стихе, особенно свободном, с одной стороны, наблюдается последовательный отказ от прописных букв вообще, причем не только для обозначения границ предложений, строк, строф или произведения в целом, что в стихе вполне компенсируется за счет строкоделения как более сильного средства обозначения пауз, но и для выделения имен собственных».

На этом я, пожалуй, сделаю паузу, потому что продолжение следует.