Елена Наильевна

Когда я была у него на присяге год назад, они, новобранцы, отслужили месяц, в течение которого прошли т.н. курс молодого бойца, где в том числе с утра до вечера маршировали по плацу под жарким летним солнцем юга России. На нашу средневолжскую белокожесть южный загар ложится быстро и легко, и наши мальчики за этот месяц стали шоколадными. Худыми, подтянутыми и шоколадными.

Мы, толпа запущенных на территорию военной части по торжественному поводу родителей, стояли напротив плаца, выискивая глазами в этих ровных красивых рядах солдат каждый своего мальчика и бубня от волнения какую-то ерунду, просто чтобы предательски не потекли слёзы (но на словах мальчика "служу России!" они всё же текли, что ж поделать).

И вот в процессе (а процесс был довольно долгим, под жарким солнцем часами стоять и маршировать не так-то просто) одному мальчику стало плохо, и он упал в обморок - ну как упал, он отключился, обмяк и стал сползать вниз, а мой сын стоял рядом, и подхватил его, и мальчик с другой стороны подхватил его, и молча, не подавая виду, так они и стояли по стойке смирно, потому что это не "гражданка", где мамочка крикнет "ребёнку плохо, помогите!" (а я крикнула-таки), и весь мир у твои ног.

В общем, всё закончилось хорошо.

Сегодня мой солдат прощается со своей частью, и скоро-скоро будет пить из своей кружки, которая "и мою кружечку, и тру".

И да, наши военные - самые красивые военные в мире. И это не фигура речи и не солнечная дымка над плацем.