Голева Татьяна

30 июля исполняется 120 лет со дня рождения Беллы Дижур русской поэтессы и матери всемирно известного скульптора Эрнста Неизвестного.

 

***

Никак душе не спится,

В сомненьях изошла,

Рыдают ночью птицы,

Гудят колокола.

Но в щебетаньи птичьем,

В тоске колоколов,

Есть тайное величье

Туманных вещих снов.

Есть сладость одиночества,

Где только ты и - Бог,

Где он Свои пророчества

Познать тебе помог.

И стали утешением

Разгаданные сны,

Святым благословением,

Подарком тишины.

 

Данное стихотворение принадлежит необычайной женщине Белле Абрамовне Дижур (30.07.1903. Черкассы-17.02.2006. Нью-Йорк - русской поэтессе, прозаику, матери всемирно известного русского и американского скульптора Эрнста Неизвестного (09.04.1925.Свердловск – 09.08.2016.Нью-Йорк).

 

Белла Дижур родилась в Киевской губернии, в городе Черкассы, откуда её родители, Абрам и Соня, переехали во время 1-ой мировой войны в 1914 году, в Екатеринбург (Свердловск).

 

Отец работал на заработках в летнее время, на строительстве железных дорог на Урале, когда началась война, отец побоялся оставлять семью и вывез в Екатеринбург. Отец происходил из Винницы, мать из Белозерья.

 

Окончив среднюю школу, Белла Абрамовна уехала учиться в Ленинград. Здесь прошли её студенческие годы.

 

Она очень полюбила этот город. Была вхожа в круг поэтов Серебряного века.

Дружила с будущим знаменитым поэтом Николаем Заболоцким, они даже обручились, он посвятил её полную тетрадку стихов, но она вышла замуж за врача отоларинголога Иосифа Моисеевича Неизвестного.

 

Когда в 1938 году поэта арестовали, он из ГУЛАГа тайно переслал Белле Дижур свои стихи, которые она сохранила.

 

У молодой четы в 1925 году родился сын Эрик, будущий заслуженный фронтовик и всемирно известный скульптур Эрнст Неизвестный, а в 1934 году дочь Людмила.

В 1928 году закончила Химико-биологический факультет Ленинградского педагогического института им. А.И.Герцена.

 

Вернувшись в Свердловск, Белла Дижур была химиком-экспертом областного управления милиции.

 

Первые её стихи были опубликованы в 1937 году в альманахе «Уральский следопыт». Первая книга стихов «Раздумье» появилась в 1954 году.

 

Поскольку Белла Дижур была по первому образованию учителем, один умный редактор предложил ей писать научно-художественную прозу для детей.

 

Так в этом жанре она и процветала, издаваясь и на Урале, и в столице.

 

Все годы Белла Абрамовна наряду с литературным творчеством активно занималась научными изысканиями в области криминалистики.

 

Когда, началось «дело врачей», в начале 1953 года, к её мужу, Иосифу Моисеевичу, детскому отоларингологу, которого раньше любили, пациенты перестали приходить из-за невежества.

 

Беллу Дижур приняли в члены Союза писателей СССР, как известную поэтессу, ещё в 1940 году.

 

В члены союза её принимал тогда знаменитый уральский писатель Павел Петрович Бажов, рекомендации ещё дали Мариэтта Шагинян и Агния Барто.

 

Сотрудник «внутренних органов», Белла Дижур была, тем не менее, наставницей для многих инакомыслящих того времени.

 

Её дом в Свердловске был приютом для тех, кто, так или иначе, выражал недовольство советской действительностью.

 

В конце 40-х она едва не угодила в состав группы местных « безродных космополитов». Её должны были исключить из Союза писателей СССР, но не исключили.

Возможно, посодействовал прекрасно к ней относившийся автор знаменитых уральских сказок Павел Бажов.

 

А когда в 1976 году уехал из страны её сын – знаменитый скульптор Эрнст неизвестный, Белла Дижур стала «матерью изменника родины».

 

В 1979 году после смерти мужа, Иосифа Моисеевича Неизвестного и зятя-мужа дочери, надеясь на то, что из Латвии будет легче уехать, Белла Абрамовна переехала из Свердловска в Юрмалу, где 7-ь лет, они с семьёй, дочкой Людмилой и внуком Андреем «просидели в отказе».

 

Белла Абрамовна рассказывала:

 

«Это было нелёгкое существование в качестве «отказников», со всеми вытекающими последствиями.

 

Быт наш был зыбок, неустойчив. Каждую неделю ездила на трамвае в общественную баню. Мы жили как маленький кочующий цыганский табор.

 

Но бытовое и психологическое неустройство для моей души обернулась неким чистилищем. Об этом свидетельствуют мои стихи.

 

Я часами просиживала на берегу Балтийского моря, прислушиваясь к голосам прибоя, и в них слышалось мне совсем неприсущие прежде мотивы».

 

Как потом рассказывала Белла Абрамовна: «Там ко мне, в семье дочери, очень хорошо относились.

 

Неприятно вспоминать, о таком случае, но когда в России Людмила, окончила институт (внешне она не похожа на еврейку, и её почти сразу приняли на работу) и заполнила анкету, ей сказали: нет!

 

Конечно же, вся Россия жила в несвободе, но евреям было намного тяжелее других. Мы стали отчуждаться от России только тогда, когда нас стали отчуждать от неё.

 

Именно поэтому я писала: «нас ветер истории носит по свету. Библейские страсти мы носим в сердцах».

 

И когда мы получили разрешение на выезд, я должна была членский билет сдать.

Я отправила его со знакомой девочкой, и секретарь рижского отделения Союза писателей прислал мне с этой же девочкой букет цветов».

 

Письмо Евгения Евтушенко, адресованное Председателю КГБ СССР В. М. Чебрикову, написанное в 1985 году, по просьбе самого Эрнста Неизвестного, «к таланту которого он относился с безмерным уважением», сыграло положительную роль, и в июне 1987 года семья прибыла в Нью-Йорк.

 

Письмо представляет интерес, как свидетельство гражданского поступка, выдающегося поэта России Евгения Евтушенко, в деле борьбы за человеческую справедливость.

Письмо Евгений Евтушенко написал в Риге, в 1985 году, где находился, с выступлениями и к нему пришла Белла Абрамовна.

 

Подлинник письма у Беллы Абрамовны остался на руках, копия ушла в Москву.

Вот его текст:

 

«Дорогой тов. Чебриков!

Христа ради прошу я Вас – отпустите 82-х летнюю мать скульптора Эрнста Неизвестного к её сыну.

 

Белла Абрамовна Дижур – старейшая детская писательница, принятая ещё Павлом Бажовым в ряды ССП в 1940 году, зла никому в жизни не сделавшая, и единственное её желание – чтобы собственный сын закрыл ей веки, похоронил её.

 

Никаких военных секретов она не знает.

 

Как бы ни относится к Эрнсту Неизвестному, но, на мой взгляд, негоже такому могучему государству, как наше, мстить ему через 82-х летнюю, ни в чём не повинную мать.

Великодушие ещё никого никогда не унижало. Проявите же великодушие, жалость, незлопамятность, исконно, свойственные настоящим русским людям…».

 

Белла Абрамовна накануне эмиграции из России написала стихотворение:

«Прощание».

1

«Мы ржавые листья на ржавых дубах…».

Эдуард Багрицкий.

 

Просторная русская фраза:

Неспешная русская речь,

Служить бы тебе без отказа,

Лелеять тебя и беречь.

Возвышенных слов перекличку

вести до последних минут…

И дерзкую эту привычку

Представить на Божеский суд.

 

2

 

Не лику Христову

и не Иегове –

тебе поклоняюсь,

волшебное слово.

Остаться б до смерти

Твоею рабой…

Но вот я прощаюсь,

Прощаюсь с тобой.

 

3

Да. Я уезжаю… Ах, я уезжаю!

И горько прощаюсь с родным языком.

Россия! Отчизна моя дорогая!

Мой старый, мой бедный отеческий дом.

 

Чужие вокзалы, чужие кварталы,

Чужие наречья – зачем они мне?

Но что же нам делать с извечной опалой,

С извечной опалой в родной стороне?

 

Мы ржавые листья, рождённые в гетто…

«Мы ржавые листья на ржавых дубах…»

Нас ветер истории носит по свету.

Библейские страсти мы носим в сердцах.

А вот ещё строки из её стихотворения:

«Не помню я ни песен синагоги,

Ни запаха пасхального вина,

Ни судных дней, когда взывая к Богу,

Шепча таинственные имена…

Но где-то на пороге дальнем детства

Похрустывает тонкая маца,

И древней крови смутное наследство

Ещё живёт в моих чертах лица.

И голос крови мой покой смущает,

Он ещё жив и говорит ко мне…».

 

Надо отдать должное Белле Абрамовне, впервые советские люди узнали о Януше Корчаке в конце войны из её поэмы «Януш Корчак», за 1945 год.

 

Но откуда о подвиге еврейского педагога узнала Белла Дижур?

 

Дело в том, что в 1943 году неподалеку от Свердловска, в посёлке Монетный был организован Польский детский дом.

 

Им руководил Александр Левин – в двадцатые годы он работал у Корчака библиотекарем.

Осенью 1943 года Белла Абрамовна работала в уральской молодёжной газете и по заданию редакции поехала туда, чтобы написать-рассказать о детском доме.

Александр Левин и рассказал Белле Абрамовне о трагедии варшавского гетто и Дома сирот и подвиге Януша Корчака.

 

Эрш Хенрик Гольшмидт (22. 07. 1878. Варшава-06.08.1942. концлагерь Треблинка) выдающийся еврейский педагог, писатель, врач и общественный деятель, майор медицинской службы.

 

В 1898 году он взял себе псевдоним, печататься стал в 18 лет. В качестве военного врача Русской императорской армии принимал участие в Русско-японской войне.

 

Янушу Корчаку принадлежит свыше 20-ти книг о воспитании, главные из них: «Как любить ребёнка» - 1914 год и «Право ребёнка на уважение» - 1929 год.

 

Известную книгу: «Как любить ребёнка» он писал во время Первой мировой войны в Киеве, где работал врачом в детских приютах.

 

Позднее Януш Корчак создал в Варшаве Дом сирот.

 

В августе 1942 года немецкое командование обрекло на смерть всех 200-ти воспитанников Дома, отдав приказ о депортации детей в концлагерь Треблинка.

 

Узнав о предстоящем страшном дне, Януш Корчак в последний раз обстирал их, помыл.

Строем, под охраной полицейских и немецких солдат, они были отправлены в вагоны для скота.

 

Янушу Корчаку предложили свободу, но он остался с детьми, приняв с ними смерть, в 64 года, в газовой камере.

 

С Янушом Корчаком погибла и его помощница, и друг Стефания Вильчинская.

 

Александр Левин – будущий профессор Варшавского университета, тайно после войны вывез полный текст поэмы «Януш Корчак» в Польшу, там его перевели на польский, еврейский и европейские языки.

 

О последних минутах жизни Януша Корчака и 200-от детей у Беллы Дижур написаны волнующие строки:

 

«…И вот он в кругу

ребятишек снова

Взволнованным

Шепотом окружён…

И сотни ручонок

тонких, дрожащих

К нему потянулись

и он в кольце.

И старое сердце

забилось чаще,

И свет заиграл

на его лице.

И свет этот виден был

так далёко,

что даже фашистский

солдат без слов,

минутой позднее

железного срока

бросил на двери

гремящий засов.

 

А вот строки из её интервью:

 

«Да, когда я написала поэму «Януш Корчак» и корчаковский комитет Западной Германии, в 1983 году, присвоил мне звание лауреата, я была полна гордости, что я еврейка. Почему?

Потому что, если моих братьев преследуют, значит и меня преследуют. За что? Только за то, что я родилась еврейкой. А никаких других «грехов» у меня нет.

Я одна из тех, кого преследуют. Даже если меня не повели в Бабий Яр, повели моих родственников-киевлян, у меня в Киеве было много родни».

 

Вот начало поэмы Беллы Дижур “Януш Корчак»:

 

Я не росла в глухих кварталах гетто,

Мне дым его печальный незнаком,

И если честно говорить об этом,

Был не еврейский мой отцовский дом.

Но в дни, когда, как встарь, на перепутье

Народ мой вновь поруганный стоит,

Я вновь еврейкой всей своею сутью,

Всей силой незаслуженных обид».

 

В 1983 году в Юрмалу на имя «отказницы» Беллы Дижур пришло приглашение прибыть в Гессен, Германию, для вручения ей премии Корчаковского комитета.

 

«Спасибо, но прибыть не смогу по независящим от меня причинам», - написала она президенту комитета, профессору- богослову, католическому священнику Адольфу Хемпелю.

 

Союз писателей Латвии отказал Белле Дижур в помощи пересечения границы.

 

Тогда Корчаковский комитет в полном составе во главе со священником приехал в Ригу сам, чтобы вручить юбилейную медаль к 100-летию со дня рождения Януша Корчака.

Гости устроили торжество в гостинице «Рига», а Белла Абрамовна ответный обед у себя в Юрмале, на первом этаже старого деревянного домика без удобств по улице Ригас №42.

 

Белла Дижур с улыбкой вспоминала, как под окнами, в крепкий мороз несколько часов «гулял» ответственный человек из серьёзного учреждения…

 

«Пригласите и его! Что он там мёрзнет! – пошутил профессор Хампель.

Медалью им. Корчака – Беллу Дижур наградила также Польша.

 

«Мамочка! – писал в Юрмалу Эрнст Иосифович в 1980 году, на днях в Нью-Йорке оказался на концерте, где исполнялась: «Кантата о Януше Корчаке».

 

И меня впервые в жизни чествовали не как художника за моё творчество. Зал стоя аплодировал мне, как сыну автора поэмы о Януше».

 

Вне сомнения переживания судьбы Януша Корчака, память о его стойкости и самоотверженности помогало и самой Белле Дижур справиться со своими невзгодами.

 

Через год после письма Евгения Евтушенко главе КГБ, в 1987 году 84-х летнюю Беллу Абрамовну с дочкой и внуком, выпустили из страны в Нью-Йорк, где она ещё смогла, с Божьей помощью, прожить 18 лет и в Америке внук Андрей стал умелым врачом.

 

Не забыли, однако, власти, сделать пакость «на дорожку». Её внука пригласили в Министерство культуры, где книги Беллы Дижур (детские книги!) «отсортировали»: «Эти дозволяется вывезти за океан, а эти – нет, где-то тут таится скрытая крамола».

В июне 1987 года семья прибыла в Нью-Йорк.

 

В итоге после долгих мытарств Беллу Дижур выпустили из страны, Эрнст, встречая мать в аэропорту, спросил:

 

«Мамочка, какую квартиру ты хочешь в Америке?».

 

- «Чтоб была горячая вода и телефон! « - сказала Белла Абрамовна.

Дело в том, что из Свердловска, в 1980 году, она переехала в халупу в Юрмалу, надеясь, что из Латвии будет проще уехать к сыну, и отвыкла от элементарных удобств, на протяжении 7-ми лет.

 

Эрнст улыбнулся» «Здесь других квартир нет».

 

Спустя несколько лет, уже в Америке, Белла Абрамовна наконец-то издаёт книгу стихов на двух языках – русском и английском, с иллюстрациями сына Эрнста Неизвестного.

 

Она ещё спустя годы отвезла сборник в Москву, Свердловск, уже ставший Екатеринбургом, подарила друзьям и всем, кто её помнил, побывала на могиле мужа.

 

В американском «Новом журнале» Белла Дижур опубликовала свои студенческие воспоминания, где призналась сама себе, то, что не вышла замуж за Заболоцкого – к лучшему.

 

Я очень любила своего мужа. Мы вместе прожили почти пятьдесят лет. Он умер в 1979 году в Свердловске в 82 года.

 

Уже, будучи гражданкой США, Белла Дижур публиковалась в российских журналах «Знамя» и «Урал». Причём в журнале «Урал», публиковалась, уже перешагнув столетний рубеж.

 

В свой последний приезд, в Екатеринбург в конце 1990-х годов, будучи уже очень слабым, престарелым человеком, Белла Дижур, нашла в себе силы посетить всех своих знакомых, друзей-писателей, которые по состоянию здоровья уже не покидали дома, привела творческие вечера в Музее писателей Урала, Союзе писателей и библиотеке им. В.Г.Белинского.

 

Прочитала множество новых стихов.

 

Кстати Белла Дижур получила первую премию на конкурсе пушкинистов Америки, в котором участвовала 240 авторов.

 

Её стихотворение попало в «Антологию русской поэзии ХХ века», изданную Евгением Евтушенко:

 

«Истончается время, дыхание, движение…

Увлажняется глаз, цепенеет рука,

И какие-то длинные белые тени

Заслоняют лицо старика.

Он сидит за столом, молодец молодцом,

Он ещё балагурит о том и о сём,

Он ещё не в аду, не в раю, не в больнице,

Но невидимый свет над висками струится.

За сутулой спиною – два белых крыла,

И два ангела белых стоят у стола.

 

Истончается быт, и привычные вещи

Уплывут нивысомо в туман голубой,

И появится сон неожиданно вещий,

Белокрылым виденьем, склоняясь над тобой.

 

Истончается связь и с дальним, и с ближним,

И поток долголетия, застыв на бегу,

Прерывает земное движение жизни,

Зажигает лампаду на другом берегу.

 

В России у Беллы Абрамовны вышло три скромных поэтических сборника, в Америке она издала ещё один «Тень души», с предисловием Василия Аксёнова, признанный одним из лучших изданий США 1990 года...

 

Автор - Лев Баскин

 

(Из интернет источников.)