Баллада о сейдмане

Баллада о сейдмане
Сэйд - женская магия викингов. Мужчины, практикующие сейд, часто порицались и предавались смерти.
Мне говорили:
– Не жги ты в ночи костра,
В лес не ходи, где трава-мурава остра –
Режет запястья, в листы набирая кровь.
Не покидай с волчьим часом отцовский кров!
 
Я уходил.
И плясал под сестрой-луной,
Пил из ручьев, и водой лунной был хмельной.
Мне говорили, что бабское дело – сейд,
Не оберусь я позора и горьких бед.
 
Я колдовал.
Никому не чинил вреда.
Шла стороной до поры и лиха беда.
Шла стороной до поры и худа молва.
 
Некому было в селении врачевать.
 
Я отводил чёрну немочь, трепучу хворь,
В Хель пробирался, как будто бесчестный вор,
Крал у Костлявой и малых, и тех, кто стар.
Сам, будто Смерть, сединой убеленным стал.
 
Громкой попойкой встречали в деревне Йоль.
С верной дружиной летел на гнедом король.
Он – бравый воин, пред ним только бить челом.
Он мне грозил и костром, и мечом, колом.
 
Ведьме велел перед взором очей предстать,
Чтоб на победу в войне провела обряд,
Чтоб защитила хирд от травлёных стрел...
Петь заклинанья и кровью кропить велел
Крупы коней, чтоб дрожала под ним земля,
 
Требовал ведьму.
 
А вышел из круга я.
 
– Шутишь, неужто? –
В толпе раздаётся смех.
– Муж женовидный!
– Да он только сгубит всех!
– Где ж вы видали, чтоб воин – да колдовал?
 
Были жестоки насмешливые слова.
 
– Ведьму подайте!
 
– Мой конунг, а ведьмы нет!
Ульви врачует в деревне с десяток лет! –
Кланялся староста, нес на подносе мед.
Мед был испит.
 
До меня тут дошел черед.
 
– Вывести в лес да волкам на прокорм отдать!
Где это видано – мужу да колдовать?
 
Конунг смеялся, запястья мои связав.
Я поглядел в золотые его глаза:
 
– Право твое на земле строгий суд вершить.
Можешь мне рот даже нитью гнилой зашить.
Только скажу: мог дружину сберечь от стрел,
Смерть отвести...
Ты подмоги не захотел.
 
Слушай теперь: славный конунг сгниет в земле,
В грязь и песок вместо савана разодеть
Смогут враги.
Проклинаю тебя, мой ярл.
 
К лесу я сам вслед за конницей ковылял.
Шел на веревке, как будто смердячий пес.
Все, что пророчилось, пусть через срок – сбылось.
Вот и пришла за мой дар к воротам беда:
Надо за силушку кровную плату дать.
 
Волк, серый брат, горло белое растерзал.
Эльвиднира темен и гулок зал.
Хель улыбается, видно ждала меня.
Злил я её, так на долю к чему пенять?
 
***
Утром очнулся с разорванным горлом.
Вой
Вырвался волчий.
 
Не мёртвый и не живой...
 
В венах не кровь, а холодные воды Гьёлль.
 
Слышишь меня?
Я приду за тобой, король!