Калибровка

Когда прибор настроен на предел,

И мир разъят на атомы и связи,

Я вижу то, что видеть не хотел:

Осадок из органики и грязи.

В системе, где царит холодный свет,

Где всё подчинено законам линз,

Влезает этот ломаный предмет,

И портящий расчеты мне эскиз.

 

Здесь не душа. Сплошная аберрация.

Пятно в глазу. Дефектный элемент.

По этой зоне плачет трепанация,

Чтоб удалить гнилой рудимент.

Я этот сбой беру под микроскоп.

Не как судьбу — как тепловой пробой.

Как лишний, паразитный изотоп,

Рискующий взорваться сам собой.

 

Ввожу поправку. Убираю фон.

Смещаю общий индекс преломленья.

И отключаю этот микрофон,

Чтоб прекратить процесс сердцебиенья.

Вращаю лимб. Сжигаю все нейроны.

Стираю память. Жгу ее дотла.

Чтоб не слыхать защитной обороны,

Где мысль остра, как лезвие сверла.

 

Теперь — итог. Стабильный монолит.

На шкалах — ноль. Гармония на вид.

Здесь торжествует ледяной Евклид,

Который не прощает. И не мстит.