И оседают хлопьями века

Стремится к плети плоть, а к плоти плеть.

Что одному порок, другому — благо.

Стальных клинков смертельнее бумага,

Но ей судьба — от пламени истлеть.

Что доблести идти в последний бой,

Щиты отбросив и подняв забрала?

У самого бесправного есть право

Расстаться с честью или головой.

И шут, смеясь, воскликнет: «Каково?!» —

Но веры нет его ужимкам пошлым.

Он как сапог с оторванной подошвой

Прельстить не может больше никого.

Мы в крепости, надёжной, как тюрьма,

Глядим на мир сквозь амбразуры прорезь

Кто не забыл, за что мы там боролись?

Чернят нам лица сажа и сурьма.

Страшна ли плоти плеть, а плети плоть?

Уставшие от самобичеваний,

Мы вечно запираемся в чулане,

Сомнений не сумев перебороть.

И там, в пыли и вечной полутьме,

С мышами не сумевшие ужиться,

Вчерашние друзья и сослуживцы,

Слабеем и готовимся к зиме,

Которой пережить наверняка

Ни одному из нас не доведётся.

Истлевший флаг над крышей замка вьётся,

И оседают хлопьями века.

Отзывы

Но Этот век - он наш и меч, и щит. И плоть, и плеть - для духа лишь опора, а наша кровь - подобие ликёра, что будущим вселенную пьянит.

Romana, блистательно! Обычно это я стараюсь вывести всё на позитив.

Дмитрий, я тоже)

Как-то совсем безнадёжно, Дим. А хотелось бы пережить с наименьшими потерями. И без того их - выше крыши.

Дана, знаешь, да, хотелось бы. Но я во многом остаюсь реалистом. Иногда остаётся только верить и уповать на высшие силы.

“Non nobis, Domine, non nobis, sed nomini tuo da gloriam”

Алёна, истинно так.