В который раз вернется в мир весна,
Прольются ливни, отгрохочут грозы
И с ними плачет девушка-сосна
Смолой на теле у нее застынут слёзы.
О чем ты плачешь, юное дитя,
Свой тонкий стан ветвями обнимая?
Что шепчешь ты, когда с тобой шутя,
Играет ветер мимо пролетая?
Поведай нам свою печаль, сосна,
О той любви, что ты хранишь веками
И от чего печальна и грустна
Стоишь одна под солнцем, облаками.
Давным-давно здесь жили племена
И князь мордовский кочевал когда-то.
Была у князя юная жена
Красавица-не отвести и взгляда.
И больше жизни князь любил жену,
В огонь и в воду за нее бросался смело,
Он был на веки у неё в плену,
Но вдруг она внезапно заболела.
Чтоб исцелить любимую княжну
Князь вспомнил вдруг о древнем верованье
Когда язычники молились на сосну
С огромной верой и большим стараньем.
Они просили у неё здоровья, сил,
Ей поклонялись, чтили как святыню
И князь тогда настойчиво решил
К сосне могучей привезти свою богиню.
В отчаянье молился он всю ночь,
Ни ел, ни спал и верил в исцеленье
Просил сосну услышать и помочь
Просил послать здоровья и спасенья.
Но умерла княгиня в час ночной
И рухнул мир для князя в то мгновенье
Он стал рыдать и плакать над женой
И землю рыть руками на коленях.
Похоронив любимую княжну
И обезумев от такого горя,
Князь стал рубить могучую сосну
И выливать из уст своих проклятий море.
Летели щепки с яростью и злом,
Топор врезался глубже в древесину,
А свита князя видела потом
Такую необычную картину.
Как будто вдруг княгиня ожила
И протянула руки снова к мужу
Она его манила и звала,
Всё говорила, что он очень нужен.
Рванулся князь любимую обнять,
Хотел прижать к своей груди руками,
Но вдруг виденье стало исчезать,
Лишь ствол сосны стоял перед глазами.
Он высек сам из дерева жену
Безжизненную хрупкую богиню,
Свою любовь он перенес в сосну,
В ней воплотил прекрасную княгиню.
Вдруг осознав, что это всё обман,
Безумный князь исчез в лесу дремучем
Его рассудком овладел дурман
И кровь бурлила, как в котле кипучем.
Что стало с ним теперь никто не знал,
Но с той поры живет легенда эта,
Ту, что из уст в уста передавал народ
Ту, что до наших дней кружит по белу свету.
И, словно символ той любви большой
Стоит на площади прекрасна, величава,
Та, что прозвали девушкой-сосной,
Что носит имя гордое Пичава.
