Кровавый диск затмил лазурных туч,
Кроящих лета знойных дней полымя,
Омытый янтарем, златистый луч,
Пролив на неба блеклый полог вина.
С бесстыдством шлюхи падшей распластав
Бургундский шелк над сводами собора
И бархатистой прядью налагав
Валы громоздких волн винного моря.
Венцом вкруг бороздили стаи птиц,
В страшащий, мерный ритм бросаясь танца,
У витражей, где сонм невинных лиц,
Слеза чьих щек не тронула румянца.
Как восходящая Луна, зловещ!
Пленишь сердца и кровью обливаешь.
Как сон, грядущее суливший, вещ,
Своей молвою томной обжигаешь.
Велик и зрим твой возглас о тоске,
Он, словно путы ржавые, измучил!..
Так внятно заключен в твоем стихе,
Что льешь строками крови через тучи.
Горьки ли так концы, что видел ты
У пьяных юношей, чьих грёзы лгали?
Как глотки, падкие на сласть мечты,
Надежды все с портвейном изрыгали...
Ты видел смерть, ты видел боль тоски,
Свидетель мертвых эр, эпох забытых,
Мы душами с тобою так близки,
Мы — агнцы тайн доселе нераскрытых.
Когда совсем тяжка мне будет боль,
Вино свое мне ядом влей по жилам,
Твой взгляд зловещий долго душу гнёл
И просвещал мне путь в миру унылом,
Но скорбь моя твоих властнее чар,
Пьяни, позволь в тебе мне захлебнуться,
Меня внутри давно губил пожар,
Остатки человека не проснутся...
Червивый рой до смерти плоть мне жрал,
Душа истлела в огнище любовном,
Всю жизнь себя мечтами усыплял,
Теперь гнию в нутре своем зловонном.
Грядёт величественный мглистый вал,
Крадется око злой Луны в обитель,
Прощай, Закат, тебе я посвящал
Стихи, тебя куском души насытил...
